Дж. Конрат – Кровавая Мэри (страница 48)
– Вы когда-нибудь крали что-нибудь?
Фуллер знает, что это контрольный вопрос, один из тех, который устанавливает масштаб шкалы. Полиграф фиксирует реакцию организма на вопросы. Психолог знает, что вопросы о совершенном преступлении вызовут учащение дыхания, повышение кровяного давления и потение ладоней. Не имеет значения, что говорит опрашиваемый, – «да» или «нет». Главное – это четыре маркера, оставляющие след на прокручиваемой полосе бумаги, которые станут резко двигаться, если испытуемый начнет волноваться.
Поэтому Фуллер заставляет маркеры скакнуть. Он сгибает палец, отчего металл начинает входить глубже под ноготь. Боль усиливается, организм реагирует, маркеры оставляют на бумаге размашистый след.
– Нет, – отвечает он.
– Белый дом находится в Вашингтоне?
Фуллер ослабляет давление на скобу.
– Да.
– Вы помните, как убили Айлин Хаттон?
– Нет.
Фуллер понимает, что этот ответ заставляет маркеры двигаться, но не так сильно, как после вопроса о краже, когда он воткнул скобу под ноготь, чтобы вызвать боль. Оператор решит, что испытуемый говорит правду.
Просто – как дважды два. Обмануть детектор лжи – не значит оставаться спокойным. Это значит реагировать на нужные вопросы.
– Вы когда-нибудь лгали, поступая на работу?
– Нет.
– Баскетбольный мяч квадратный?
– Нет.
– Вы помните, как отрезали руки Дэви МакКормик?
Скоба остается в покое.
– Нет.
– Вы когда-нибудь уклонялись от уплаты налогов?
Скобу в палец.
– Нет.
– Вы считаете себя честным человеком?
Еще один контрольный вопрос. Скоба вонзается в палец, вызывая ужасную боль.
– Да.
– Вы убили Колина Эндрюса?
– Я не помню. Мне сказали, что это сделал я.
И так далее, еще полчаса. Фуллер спокоен, старается продемонстрировать результат получше. Пусть за него рассказывает организм.
– Ваша амнезия притворная?
Фуллер улыбается Дэниелс. Подмигивает ей.
– Нет. Не притворная.
– Благодарю вас, Барри. На сегодня все.
Подходит Гарсиа:
– Каковы результаты?
– Мне нужно некоторое время, чтобы проверить данные до того, как я смогу дать ответ.
– Каково ваше предварительное заключение?
– Мне бы не хотелось говорить об этом сейчас. Я предпочитаю дождаться суда.
– Да ладно вам. – Либби тоже подходит к эксперту. – Нам интересно узнать ваше мнение.
Он снимает очки, протирает их о низ своего свитера.
– За двадцать лет работы с детекторами лжи я еще не видел настолько правдивых ответов опрашиваемого.
Фуллер прикусывает губу, чтобы не захихикать.
– Готов поручиться своей репутацией, этот человек говорит правду.
Адвокат Фуллера смеется, хлопает его по плечу.
Джек выглядит на миллион долларов. Фуллер беззвучно, одними губами, говорит ей «скоро увидимся» и посылает воздушный поцелуй.
Эксперт снимает все датчики и ленты, люди начинают покидать помещение. Адвокат задерживается и просит охранников выйти.
– Дело даже не должно дойти до суда, Барри. Тут все ясно.
– Все идет, как надо?
– Как надо? Все идет просто великолепно. После опроса экспертов в суде ни у кого не останется ни малейших сомнений. Ты и глазом моргнуть не успеешь, как тебя освободят.
– Я хочу дать показания.
Улыбка сползает с лица Энди Гарсии.
– Тебе даже не нужно ничего говорить, Барри. Обо всем скажут результаты проверок.
– Мне так хочется.
– Не думаю, что это хорошая мысль…
– Все равно. Я должен высказаться. Это для меня важно.
Еще одно похлопывание по плечу.
– Я понимаю. Они будут наседать, но к этому мы подготовимся.
– Я справлюсь.
– Я знаю, что ты справишься, Барри. Я в этом уверен.
Глава 31
Выйдя из тюрьмы, я дрожала и не знала, от чего – от холода, злости или страха.
Поскольку мы с Эрбом приехали порознь, у нас не было возможности поговорить после проверки на детекторе. Эрб казался еще более отдаленным, чем вчера, наша беседа остановилась на «добром утре». Я отодвинула свои проблемы на второй план и, когда мы прибыли обратно в участок, подошла к Эрбу.
– Я ушел от Бернис, – заявил он.
– Ты ушел от Бернис? – тупо повторила я.
– Прошлой ночью. Но это мало что изменило. Я и так весь прошлый месяц спал на диване. По крайней мере, в мотеле номер 6 у меня есть большая кровать, на которой можно растянуться, и табличка на двери – «Не беспокоить». Оказывается, здорово просыпаться по утрам и не слушать ненужных разговоров о моих проблемах.
– Эрб, мне жаль.
– Да нет, не волнуйся. Наши отношения давно были на грани разрыва.