Дж. Андрижески – Трикстер (страница 61)

— Я буду наказан. Наказан за неповиновение ему. Наказан.

Видящий с янтарными глазами дёргал свою одежду, особенно толстый край этой неуместно белой футболки. Когда он сдвинул ткань, мои глаза заметили отметины на его плоти. Глядя на эти отметины, я почувствовал, как моё горло сжалось сильнее.

Я мельком увидел синяки под тонкой материей, порезы на спине видящего. Кровь из нескольких таких порезов просочилась через белую рубашку сзади.

Я не заметил из-за снега и того, что спина видящего была обращена в другую сторону.

Однако теперь я сглотнул, уставившись, когда видящий повернулся достаточно, чтобы я смог разглядеть больше.

Кто-то избивал его.

Кто-то избивал его, скорее всего, кнутом или, возможно, электрическим прутом.

— Боги, Териан…

— НЕТ! — закричал видящий, поворачиваясь ко мне. Его глаза раскрылись шире, превратившись в жёлто-оранжевые лампы на этом вытянутом лице. Он выдернул свою руку и плечо из-под моей ладони. — НЕТ! Ты не можешь! Ты не можешь вернуть меня обратно! У тебя нет надлежащих документов!

— Брат, — я поднял руки в мирном жесте. — Успокойся, брат. Пожалуйста. Я хочу только помочь тебе…

— Нет! Меня достаточно наказывали! Больше не надо! Больше не надо! Ты сказал, что всё закончилось! Ты обещал мне! Ты сказал! Ты сказал, что я усвоил свой урок!

— Всё закончилось, брат, — сказал я. — Закончилось. Я обещаю, я…

— Нет! Ты лжёшь! Тебя бы здесь не было, если бы это закончилось по-настоящему.

В его голосе звучало столько страха, что я вздрогнул.

— Всё в порядке, брат, — успокаивал я, не зная, что ещё сказать. — Всё в порядке.

Честно говоря, я не мог сказать, услышал ли он меня, и тем более понял ли.

Я пытался решить, должен ли я снова потянуться к нему, попытаться затащить его внутрь силой.

Стоя тут, он дрожал.

Затем его голос изменился, став детским, но странно чопорным.

— Видишь ли, они обещали мне новое, — объяснил он терпеливо, но с тихой, мрачной настойчивостью. — Они обещали мне новое. Это повреждено, Реви’. Некондиционное. Оно не может быть переработано. Уже слишком поздно, брат мой. Я должен получить новую модель. Должен.

— Терри…

— Нет! — рявкнул видящий, уставившись на меня. — Я хочу новое! Я хочу то, что мне обещали! Иначе я не буду сотрудничать! Не буду!

Меня затошнило от боли, которую я почувствовал в свете другого мужчины.

Я боролся с противоречивыми реакциями в своём собственном свете, желая снова потянуться к нему, хотя бы для того, чтобы утешить его, каким-то образом успокоить. Вместо этого я просто стоял там, подняв ладони в жесте мира и как будто пытаясь подавить страх, который бурлил в его свете.

— Терри, — мягко начал я. — Терри, пожалуйста. Послушай меня. Тебе нужна помощь…

— Больше никакого слушания! Больше никакой лжи! Лгущие лжецы со лживыми глазами.

— Я отведу тебя обратно. Пока ты не замёрз насмерть. Просто пойдём со мной, и я помогу тебе, брат. Мы пойдём куда-нибудь в тёплое место. Мы поговорим…

Я потянулся к руке Териана, но видящий увернулся.

— Нет! Я хочу новое! Новое! — закричал видящий. — Я ни с кем не буду разговаривать, пока мне его не доставят! Это было обещано!

Рядом со мной Кэт вытянула свою дубинку, щелчком выдвинув её на полную длину.

Взглянув на неё, я увидел, что она повесила винтовку за спину. Когда она посмотрела на Териана, я увидел в её глазах жалость, что-то сродни мягкой настороженности, пока она переводила взгляд с босоногого мужчины на меня, но под всем этим я видел лишь цель.

Долг.

Она слышала наши приказы вместе со мной.

— Подожди, — сказал я, поворачиваясь к ней. Я снова поднял руку, на этот раз по направлению к ней. — Тебе это не нужно. Просто дай мне сначала минутку, чтобы успокоить его. Он пойдёт добровольно. Хорошо?

Кэт слегка нахмурилась.

— Сэр? Они хотят, чтобы мы усмирили его. Сейчас же. Они хотят, чтобы он вернулся внутрь. Он мог умереть здесь. Особенно учитывая, во что он одет. Метель усиливается.

Я взглянул на небо, понимая, что она права.

Снег теперь повалил ещё гуще.

Становилось влажнее, холоднее.

— Хорошо, — сказал я, слыша, как в мой голос закрадывается раздражение. — Я понимаю. Но сначала дай мне минутку поговорить с ним. Пожалуйста. Тебе это не понадобится.

— У нас нет минутки, сэр. Нам нужно привести его сейчас…

— Грёбаная минута! — рявкнул я, свирепо глядя на неё. — Отойди. Это приказ, агент. Выполняй, или я прикажу Пауло пристрелить тебя за неподчинение.

Кэт моргнула, и в её глазах жило замешательство.

За считанные секунды это выражение сделалось остекленевшим.

Показывая уважительный жест, она склонила голову в поклоне.

— Конечно, сэр, — вежливо ответила она.

Говоря это, она отступила назад с дубинкой.

Чувствуя фоновые разряды, перетекавшие взад и вперед между её светом и светом остальной части моего юнита, я почувствовал, как мои челюсти напряглись.

Я повернулся к Териану, глядя, как он дрожит, стоя на снегу босыми ногами и обхватив руками своё худое тело. Кэт права. Нам нужно затащить его внутрь.

Однако даже сейчас я колебался, не желая принуждать его.

Я не хотел заставлять его или обращаться с ним как с обычным заключённым.

Выражение его глаз снова изменилось.

Сейчас он казался почти задумчивым, глядя на заснеженную территорию загонов по другую сторону сетчатого забора.

Всматриваясь в это почти детское лицо, я снова задался вопросом, что я делаю.

Я должен был позволить Кэт повалить его на землю электрошокером.

Мне следовало просто отступить, позволить моему юниту справиться с этим. Я должен просто стереть это из своей памяти, позволить им утащить рыжеволосого видящего обратно к тому, кому он принадлежал в лабораториях, и забыть, что это когда-либо происходило. Что я делаю? Чего, по моему мнению, это поможет добиться?

Я уставился на шею видящего, на ошейник, ограничивающий способности видящего. До сих пор я почему-то не обращал внимания на необычный металл светлого цвета, возможно, потому, что был слишком занят разглядыванием света видящего, глаз и этого лисьего угловатого лица.

Теперь я не мог не заметить, что это не было похоже ни на один органический ошейник, который я когда-либо видел раньше, и уж точно не на те, что носили заключённые по другую сторону забора.

Я собирался снова попытаться заговорить с Терианом, чтобы убедить его последовать за нами внутрь, когда видящий повысил голос, заговорив странно громко в воцарившейся тишине.

— Почему он бросил меня? — сказал Териан.

Он посмотрел на меня, и его янтарные глаза расфокусировались, заблестев от непролитых слёз.

— Почему?

Я нахмурился. Горечь вплеталась в мои мысли, меняя цвета моего света в пространстве Барьера. Я боролся с болью, которая поднималась во мне, но я уже понял.

Дигойз.

Для Териана всё всегда сводилось к Дигойзу.