Дж. Андрижески – Почти полночь (страница 51)

Существовал ещё один портал.

Если Брик прав, то тот, что в Ницце, до сих пор существовал.

Ник старался выбросить слова Брика из головы, сконцентрироваться на том, что происходило здесь и сейчас, но ему это удалось лишь наполовину.

Однако ему нужно это сделать. Ему нужно сосредоточиться. Ему нужно, чёрт возьми, сконцентрироваться. Ему нужно вытащить их всех отсюда живыми, прежде чем он сможет хотя бы начать думать о порталах в доисторических пещерах на берегах Франции.

Ник изо всех сил старался обдумать наилучшие варианты действий сейчас, когда к ним вот-вот должны были ворваться Ч.Р.У. и «Архангел», когда Лара мертва, Брик мёртв, и, вероятно, каждый сотрудник правоохранительных органов на планете вот-вот сделает их врагами общества номер один.

Ему нужен был способ вывезти Джордана целым и невредимым, причём так, чтобы никакие видящие или люди не оказались украшены укусами новорождённого бэби-вампира. Ник бы предпочёл, чтобы они убрались оттуда по-тихому, до прибытия Ч.Р.У. или кого-нибудь из человеческих военных, особенно после того, что Брик только что попытался сказать ему в последние секунды своего бытия.

Если Ник хотя бы наполовину прав в том, что означали эти слова, у них прямо сейчас имелась чертовски веская причина не терять никого из своих людей.

Потерять их из-за попадания в пыточную тюрьму Ч.Р.У. было бы особенно иронично.

При этой мысли Ник снова включил связь.

Он воспользовался мысленным контролем, не замедляя бега по коридору.

— Кит, — он не стал дожидаться её ответа. — Сколько времени?

Он был почти у стеклянных дверей, прежде чем она ответила.

— Уинтер подняла беспилотники в воздух. Они с Форрестом каждый управляют одним из них, — её голос слегка дрожал. — Я сейчас наблюдаю, Ник. Мы видим, как военные грузовики подъезжают к мосту со стороны Манхэттена.

Бл*дь. Заведение находилось всего в десяти минутах езды от шоссе после моста. Пятнадцать минут, если будет хоть какое-то движение на дороге. Сам мост займёт пять минут.

Может быть, десять.

— Сколько их? — спросил он.

— Десять. Пока что.

— Пробки?

— Ник, дороги пустые. Сейчас два часа ночи.

Он стиснул зубы.

— Перехватываешь ещё какие-нибудь сообщения?

— Несколько. В основном из полиции Нью-Йорка, — голос Кит звучал мрачно, и Ник не мог не отметить, насколько тихими были Морли, Форрест и Уинтер на заднем плане. Кит понизила голос так, что Ник подумал, будто она перешла на субвокалку. — Ник. Тебе нужно поторопиться.

— Знаю.

— Тебе нужно очень, очень поторопиться.

— Я понимаю.

— Где ты?

— Я собираюсь войти в камеру Джордана. Я дам тебе знать, когда мы дойдём до лестницы.

— До входной двери.

Ник поколебался, затем кивнул. Кит проложит им самый быстрый маршрут.

— Хорошо, — только и сказал он.

Ник попытался разглядеть Джордана через стеклянную стену и нажал на панель в стороне, причём искал её дольше, чем следовало.

— Сейчас вхожу, — сказал он, когда дверь открылась внутрь. — Держи меня в курсе.

Он не выключил связь и камеры в своей гарнитуре.

Что бы ни увидели Уинтер и остальные, им придётся с этим смириться.

***

Ник сразу понял, почему кричал Малек.

Видящий прижал приклад плазменной винтовки к плечу и целился Деймону в живот. На самом деле, это был умный ход, так как выстрел в упор его не убьёт, но проделывание дыры в спине Джордана точно заставит его упасть.

Это также выведет его из строя, возможно, на несколько недель.

Ник без колебаний бросился вперёд.

Он протиснулся мимо Малека в основном для того, чтобы дать видящему понять, что он здесь, ибо ему очень не хотелось снова самому получить пулю, особенно с близкого расстояния. Он встал прямо между видящими и Деймоном Джорданом, своим другом, и вложил в свой голос столько внушения, на сколько был способен.

— Джордан! — прорычал Ник. Он принял позу, чтобы сделать себя визуально крупнее, обнажил клыки. Его глаза покраснели, как только радужки начали реагировать на его агрессию. — Успокойся, чёрт возьми! Нам нужно увести тебя отсюда, и мы не хотим причинять тебе боль!

Деймон с видимым усилием оторвал взгляд от Малека.

Он мельком взглянул на Тай, и Ник увидел, как в его тёмно-красных глазах вспыхнуло сильное вожделение. Взгляд его нельзя было назвать сексуальным, но у вампиров, особенно новорождённых, эта грань была чертовски тонкой. Ник напомнил себе, что Деймон ничего не мог с собой поделать, что он прямо сейчас был грёбаным идиотом, что он полон гнева, импульсивных порывов, голода и силы, которые он никак не мог контролировать или даже понять.

Деймон не знал, как направить ни одно из этих чувств или побуждений в продуктивное русло. Ник не мог допустить, чтобы это что-то значило, пока его друг не пройдёт несколько долгих месяцев непрерывной реабилитации и ускоренного курса «Как быть вампиром».

Почему, чёрт возьми, люди думали, что могут помочь вампиру справиться с этим, было выше его понимания.

«Архангел» явно ни хрена его не учил.

— Деймон! — рявкнул он. — Тебя вот-вот вырубят нахрен! Тогда мне придётся тащить твою тяжеленную задницу, и я буду раздражён.

Тёмно-красные глаза снова скользнули к Нику.

Ник на мгновение увидел там смятение чувств.

Он поймал себя на том, что вспоминает, каково это — быть новорождённым.

Вся эта сила и нестабильные эмоции, восторженный взлёт от осознания того, на что способно твоё новое тело, сменялись крахами и сильными депрессиями, когда ты осознавал, что превратился в монстра, что ты мёртв и что ты ни хрена не можешь с этим поделать.

Осознание того, что ты никогда больше не будешь наслаждаться пребыванием на солнце.

Осознание того, что у тебя никогда не будет биологических детей.

Осознание того, что ты никогда не будешь наслаждаться едой, питьём или другими простыми радостями жизни, которыми ты наслаждался, когда был человеком.

Осознание того, что другие люди будут бояться тебя и относиться к тебе по-другому.

Он вспомнил свою ярость. Ощущение, что его обманули.

Как и Ник, Деймон тоже пошёл на это не по своей воле. Его человеческая жизнь была украдена у него, точно так же, как Брик украл у Ника его жизнь.

Ник заметил, что сейчас, когда они смотрели друг на друга, в Деймоне Джордане отразились те же эмоциональные качели. Но Деймон не выглядел таким сердитым, каким Ник был когда-то давно. Он не выглядел так, будто хотел причинять боль людям, или трахаться, или пить слишком много крови, чтобы справиться со своей яростью из-за того, что с ним случилось.

В основном он выглядел испуганным.

— Вырубите меня, — выпалил новорождённый.

Теперь его голос звучал по-другому. Более глубокий, мелодичный. Более вампирский.

Он вложил в свои слова всю силу своего внушения. Ник готов был поспорить на много кредитов, что Джордан понятия не имел, что он делает.

И всё же, это было жутковато — даже сама интенсивность его желания.

Джордан уже обладал огромной силой, даже будучи таким молодым.

Но в первую очередь Ник почувствовал облегчение от слов своего друга.