Дж. Андрижески – Ковен Полуночи (страница 46)

В любом случае, он безмолвно ответил на вопрос Ника.

Своим ещё целым пальцем он провёл по пустому пространству, где должна была быть часть его руки, и продемонстрировал, что она полностью отсутствует. Поудобнее перехватив рукоятку копья той же наполовину съеденной рукой, он здоровой ладонью показал, что и другие части его руки действительно исчезли.

Ник посмотрел на чёрные повязки, по-прежнему покрывавшие его лицо и шею.

Иисусе. Должно быть, там тоже пробелы.

Ник предположил, что они у него по всему телу.

Наверное, это настоящая причина для ношения шляпы.

Наверное, это настоящая причина для чёрной одежды, длинного плаща и перчаток, которые Ник видел в своём сознании. Он походил на мумию. Он реально был как Человек-Невидимка. Только вместо действительной невидимости его словно кто-то медленно пожирал заживо.

— Какого ж твою мать хрена, — пробормотал Ник, глядя на другого вампира. Он не мог скрыть ужаса в своём голосе. — Это что за херня? Что с тобой происходит?

Тот жёстко улыбнулся Нику.

— Я возвращаюсь, — голос мужчины-вампира сделался холодным как лёд. В его словах жила нотка триумфа, почти ликования. — Я возвращаюсь в мой настоящий мир… где мне и место. Это уже происходит. Это уже происходит, и ты не сможешь это остановить…

— Мне-то какое дело до того, куда ты денешься, бл*дь? — прорычал Ник.

Но ему было не всё равно.

Он не знал, почему, но не всё равно.

Всё, что он чувствовал от другого вампира, его внешность, те бл*дские повязки, плащ и шляпа, отсутствующие куски тела, каждое его слово — всё ощущалось неправильным. Неестественным. От этого волосы Ника вставали дыбом. От всего этого он чувствовал себя слегка больным, злым, выбитым из колеи, почти готовым убивать.

И это даже без учёта того, что этот тип сделал с его другом.

Это ощущалось правдивым ещё до того, как другой Ник продолжил говорить.

— Это уже происходит, — повторил он, и те триумфальные нотки в его голосе сделались ещё заметнее. — Это уже происходит… но моё время на исходе. Я не намерен уходить один. Я заберу с собой своих людей. Я думал, это будет просто. Я думал, если позволю им увидеть, как я убиваю, то они тебя арестуют. Я думал, они арестуют тебя, допросят, а я смогу закончить свою работу. Но они тебя отпустили.

Глаза из потрескавшегося хрусталя на мгновение расфокусировались.

Нику показалось, будто некая его часть куда-то ушла.

А потом резко вернулась.

— Я думал, они убьют тебя, — повторил он так, будто и не останавливался. — Я думал, они уберут тебя с моей дороги, пока я не закончу…

— Ничего ты не закончишь, — голос Ника понизился до тяжёлого рыка. — Никого ты с собой не заберёшь. Ты даже не приблизишься к…

— Но я уже почти закончил, — двойник говорил так, будто Ник промолчал. Похоже, он разговаривал только с самим собой. — Предельно ясно, что я должен был сделать. Сначала надо было оборвать родословную. Я должен был это сделать… исправить эту ошибку. Но теперь с этим покончено. Теперь надо просто собрать остальных. Мне надо отправиться к ней. Мне надо собрать тех видящих, вернуть в их мир. Мне надо забрать мою пару…

— ХЕРА С ДВА ты это сделаешь! — Ник едва мог видеть. Алая пелена заволокла его глаза, лишив физического зрения. — Никого ты не заберёшь!

Эти слова вырвались из него.

Морли, стоявший рядом, вздрогнул, но Ник едва заметил.

До него дошло, что он испытывает страх. Даже ужас. Презренный, парализующий мысли ужас. Что-то в словах двойника напугало его до усрачки. До такой степени, что он вообще не мог думать.

Может, дело в уверенности. В абсолютной уверенности.

Уверенности безо всяких сомнений.

— У тебя нет выбора, — сообщил ему другой вампир. — Прости, но нет. Я не хотел вот так вовлекать тебя. Я правда думал, что они посадят тебя в тюрьму… что всё решится легко и просто, без особой боли для всех сторон.

Глаза двойника сделались холодными.

Их взгляд показался Нику разрозненным. Разбалансированным.

— Ты вынудил меня действовать по-плохому, — сказал другой вамп. — За это я приношу свои извинения. Но теперь уже ни я, ни ты ничего не можем с этим поделать. Разве ты не понимаешь? Всё уже в движении. И пусть она не твоя, ты же желаешь ей лучшего, не так ли? Ты всем им желаешь лучшего?

Эти бегающие, неуравновешенные глаза посмотрели на Ника.

— Ей здесь не место, — Чужестранец встретился взглядом с Ником. Он говорил так, будто объяснял упрямому ребёнку что-то очень простое. — Не место. Правда не место. Ты это знаешь. Ты это чувствовал. Я ощутил, как ты это чувствовал. Она не должна здесь находиться. Ты бы не заставил её остаться, зная это? Ты бы не заставил её остаться не в том мире просто для того, чтобы быть с ней? Ты бы так не поступил. Ты не настолько эгоист.

Вампир посмотрел на Морли, затем обратно на Ника.

— Я тебя знаю, — сказал другой Ник. — Она тебе дорога. Я знаю, что это так. Ты должен порадоваться этому. Ты должен порадоваться, ведь я делаю то, что правильно для нас обоих.

Ник ощутил, как его шея и грудь напряглись.

Он был так зол, что не мог говорить.

Он не мог сформулировать нормальные слова.

Вместо этого он испустил низкий, полный эмоций рык.

Что-то в этом звуке заставило Морли подпрыгнуть.

Человек повернулся и уставился на него широко раскрытыми от шока глазами. Теперь седеющий детектив отдела убийств выглядел так, будто совсем не хотел стоять между ними.

Ник тоже не хотел, чтобы он тут находился.

Но он мог справиться и в таких условиях.

Он ни на секунду не сводил глаз с двойника.

— Я не знаю, что с тобой не так, — прорычал Ник, делая шаг ближе. — Правда не знаю. Я не знаю, почему твоё тело разваливается на куски… или что это означает… но я знаю, чего это не означает. Я знаю — это не означает, что ты постепенно телепортируешься в другой мир. Это не означает, что у тебя есть некое духовное полномочие убить всех этих людей. И это совершенно точно не означает, что у тебя есть духовное полномочие похитить мою пару.

— Я не оставлю её здесь. Я не оставлю её с тобой.

— Если ты думаешь, что я позволю тебе куда-то её забрать…

— Слишком поздно, — перебил другой Ник. — Ты опоздал, бл*дь. Ты правда этого не понимаешь? Я знаю, где она. Я знал, что ты попытаешься спрятать её от меня. Я раньше тебя узнал, куда они её переместят. Я также знаю, где младенец видящих…

Кровь Ника взбурлила так интенсивно, что на мгновение он лишился способности видеть.

Другой вамп продолжал говорить.

— …это предупреждение, — сказал другой Ник. — Я хочу лишь то, что принадлежит мне. Пойди навстречу, и никто не пострадает. Встань на моём пути, и я убью их всех. Всех до единого, кто дорог тебе здесь. Я с радостью убью их, если альтернатива — бросить их в этой адской дыре, чтобы они умирали медленной смертью. Я не оставлю их жить тут как рабов…

— Только меня, — прорычал Ник. — Только меня ты бросишь на такую судьбу…

— Это не моя проблема! — взорвался тот. — Не моя вина, что ты тут родился! Не моя вина, что твои люди полностью похерили свой мир! Мне жаль, но тебе просто придётся с этим жить. Это судьба, которую ты делишь с остальными обитателями этого мира. Но это не означает, что Уинтер должна страдать. Или те два видящих. Или я.

Ник почувствовал, как его кровь распаляется до такой степени, что становится сложно мыслить.

— …Поступи правильно, — сказал другой Ник. — Поступи правильно, и я прослежу, чтобы они узнали — это был не ты. Я прослежу, чтобы тебя не арестовали. Но встанешь на моём пути, и я решу и эту проблему тоже. Твой приятель Морли не выступит свидетелем… он не уйдёт отсюда живым. Я прослежу, чтобы на записи было видно, как ты его убиваешь. Я убью всех, кто с тобой связан, использую твоё лицо, и к тому времени, когда полиция поймёт, что ты на самом деле этого не делал… к тому времени, когда люди разберутся со всеми убийствами, которые ты якобы совершил… тебя перепрограммируют в овоща, а я уже исчезну. Я вернусь в свой родной мир. Мой настоящий мир. А ты будешь здесь. Ты будешь здесь с вампирским ковеном, который ты и должен был иметь всё это время…

Те разрозненные глаза из потрескавшегося хрусталя поднялись к Джордану.

— Видишь? — сказал он. — Я уже положил начало твоему новому ковену. Ты здесь не будешь один. Ты построишь новую семью. Из себе подобных. Из людей, которым действительно место здесь.

Ник не шевелился.

Он не сводил глаз с лица двойника.

— В любом случае, мой настоящий мир уже затягивает меня обратно, — другой Ник поднял свою «полусъеденную» руку, показывая ему. — Меня уже избрали. Я уже победил. С таким же успехом ты можешь позволить мне спасти её. И ребёнка. И всех, кто ещё захочет пойти со мной. Поступи правильно, Ник. Ты ещё можешь быть героем…

Ник уже не слушал его слова.

Он просчитывал расстояние.

От него до Морли. От Морли до Джордана. От Ника до Джордана.