Дж. Андрижески – Черный к свету (страница 23)

«Что?» — спросила я, сбитая с толку.

«Ничего», — пробормотал в ответ его разум.

Он едва заметно покачал головой, затем снова сосредоточился на Уикере, который уже покраснел ещё гуще, и в ответ на мой толчок из него посыпались слова.

— …Ну, в-в-вы знаете, мистер Ракер был п-п-первопроходцем, даже со своими собственными изобретениями, — торопливо, заикаясь, произнёс мужчина. — Он н-н-носил один из п-прототипов, после того, как были п-проведены п-первоначальные испытания на людях… так что нам пришлось з-з-забрать его, пока его не нашли полиция или патологоанатом. Это и было главной п-п-причиной того, что пришлось отложить вызов полиции…

— То есть вы имеете в виду не пулю? — уточнил Ник. — Вы говорите не о том, чтобы извлечь пулю из этого бедолаги или узнать больше о том, как он умер? Вы говорите о том, чтобы извлечь из его тела какую-то экспериментальную компьютерную фигню?

— Из его мозга, — уточнил Леон Уикер. — Но… да. Да. И-и-имплант. В-в-в высшей степени экспериментальный. Очень ценный. Более ста миллионов д-долларов.

Иисусе.

— Но что он делает? — прорычал Блэк.

Теперь он явно решил, что не прочь поговорить о мёртвых телах. Он решил использовать моё давление, чтобы вытянуть из Уикера всё, что можно, пока мы с ним наедине.

— Я-я-я не могу вам этого сказать, — пробормотал Уикер.

«Нет, ты можешь, — мягко подтолкнула я. — Будь хорошим мальчиком. Расскажи мистеру Блэку всё, что он хочет знать…»

«Господи, бл*дь, Мириам», — прорычал Блэк у меня в голове.

Я вынырнула из мыслей Уикера и моргнула.

Прежде чем я успела ответить, Блэк рявкнул на Уикера.

— Вы должны мне сказать, — холодно потребовал он.

Я почувствовала, как его aleimi грубо толкнул человека, словно железная рука сжала его горло. Это не сильно отличалось от того, как если бы он ударил Уикера по лицу.

— Если вы хотите, чтобы я нашёл того, кто убил вашего босса, — прорычал Блэк. — Тогда мне нужно знать всё. Особенно всё, что может быть причиной убийства Люка, — его взгляд стал расфокусированным, и я поняла, что Блэк тоже читает его мысли. — Это какой-то мозговой имплант. Чего-то такого, чего нет ни у кого другого. Это та же самая экспериментальная техника, которую ваша коллега, Рания Горрен, носила сегодня утром в моём кабинете?

Я увидела, как взгляд Ника недоверчиво скользнул к Блэку.

— Д-да, — обречённо произнёс Уикер.

По правде говоря, у него было больше ментальной силы, чем я могла бы предположить. Честно говоря, мне показалось, что более мягкое прикосновение подействовало на него лучше, чем то, что делал Блэк.

«Да, я заметил, — проворчал Блэк, свирепо глядя на меня. — А ещё оно наградило его стояком. Не говоря уже обо мне. И, вероятно, о Нике».

«Это не моя проблема, — надменно ответила я и скрестила руки на груди. — Прагматичность, помнишь? Я думала, это одна из черт, которые ты ценишь во мне?»

«Иногда», — проворчал он в ответ.

Но я чувствовала, что его раздражённая часть смягчается.

«Продолжай, — подбадривала я Уикера своим лёгким прикосновением. — Продолжай говорить с нами. Ты был таким хорошим ранее, — я послала ещё один импульс тепла и убеждения, даже зная, что это, возможно, разозлит Блэка. — Пожалуйста, Леон. Я была бы так благодарна. Пожалуйста, расскажи нам…»

«Господи, Мири», — снова раздражённо послал Блэк.

Я не потрудилась ответить.

В этом не было необходимости, потому что, опять же, это сработало.

— Д-д-да, — пробормотал Уикер, глядя на меня остекленевшими глазами. — Это имплант. Похожий на имплант мисс Горрен. У мистера Ракера больше функционала. Больше памяти. Это немного более продвинутая версия, чем у мисс Горрен, но в целом она примерно такая же. То же семейство моделей, но нового поколения. И если мы вовремя вытащим его и поместим в нового носителя, возможно, не придётся сообщать о смерти мистера Ракера, так что…

— И почему же? — зарычал Ник, обрывая его.

В голосе Ника я тоже услышала нотку вампирского внушения.

Уикер удивлённо посмотрел на него. Его глаза сделались ещё более остекленевшими. Он уставился на Ника с нескрываемым вожделением, вероятно, пребывая под кайфом от многочисленных толчков.

— Ну, потому что он не будет мёртв, — сказал он Нику, как будто это было очевидно.

Глава 11. Отмашка

Мы все четверо уставились друг на друга, пока до нас доходили слова Уикера.

Сам Уикер слегка побледнел от нашего молчания, а затем покачал головой.

— Это м-маловероятно, — пояснил ученый. — Это очень, очень м-маловероятно, — добавил он. — Возможно, мне следовало бы н-начать с этого. П-п-пуля, похоже, уничтожила его… имплант. Это н-н-недостаток н-нынешней конструкции. Он н-н-не защищает от чего-то катастрофического, что может произойти с самим имплантом в момент с-смерти. Осколки черепа и п-пуля разорвали у-устройство на части. Часть данных будет загружена… но этого недостаточно. Технология ещё не доведена до совершенства…

Блэк, Ник и я обменялись взглядами, вскинув брови.

Сам Уикер казался потрясённым, как будто не мог поверить в то, что только что рассказал нам. Вероятно, он и не мог. Я подозревала, что они довольно жёстко усвоили правило никогда не обсуждать какие-либо аспекты своей работы с посторонними.

Мои подозрения подтвердились, когда я увидела, как побледнел Уикер, когда до него дошло всё содержание нашего разговора.

Он уставился на Блэка круглыми от ужаса глазами.

— Она с-с-сказала вам? — его рот открылся ещё шире, отчего он стал похож на рыбу с плоским лицом. Если судить по выражению его лица, то можно подумать, что Блэк только что сообщил ему, что другая сотрудница Ракера, мисс Горрен, сама призналась в убийстве. — О-о-она р-рассказала вам о Фонтане?

Блэк удивлённо посмотрел на него. Ник тоже.

Я открыла рот, собираясь заговорить, но другой голос перебил меня.

— Нет, — холодно и настойчиво произнёс этот голос. — Нет… она определённо этого не делала.

Мы все четверо повернулись к двери кабинета.

Как только Ник увидел стоявшую там женщину, его мутно-карие глаза заметно потемнели. Я заподозрила, что за контактными линзами они стали кроваво-красными.

Что касается меня, то я просто застыла на месте, потрясённая.

Как, чёрт возьми, ей удалось подкрасться к нам незаметно?

Это было чертовски трудно сделать с двумя видящими… не говоря уже о вампире… даже когда они так же отвлечены чем-то, как мы были отвлечены Уикером.

Тогда я вспомнила, что сказал нам Блэк, и всё встало на свои места.

Это, должно быть, Рания Горрен, «мисс Сильвер», которая приходила в офис Блэка. У неё имелась чуть менее совершенная версия импланта Ракера, которую, возможно, уже сейчас извлекали из изуродованного пулей мозга Ракера.

Блэк сказал, что имплант блокировал её разум от прощупывания видящих. Я не до конца понимала, что это значит, пока женщина не оказалась прямо передо мной.

Казалось, что её разум и свет жили за стальной стеной.

Из-за этого она ощущалась нереальной, похожей на куклу.

Внешне она выглядела лет на сорок, у неё были коротко подстриженные светло-русые волосы и самые светло-голубые глаза, которые я когда-либо видела, особенно у тех, кто не был видящим. Она вошла в комнату на 15-сантиметровых каблуках и полностью проигнорировала нас с Ником.

Её глаза впились в Блэка.

В отличие от помощника администратора, я не увидела в этом взгляде ничего сексуального.

В конце концов, она обошла стол и встала прямо за спиной Леона Уикера, всем своим видом напоминая телохранителя или, может быть, куратора, несмотря на то, что она весила, наверное, 45 килограмм в насквозь промокшем состоянии. Она выглядела чересчур разодетой, даже здесь, и особенно рядом с Уикером, который всё ещё был в испачканном лабораторном халате и дешёвых часах, с растрёпанными волосами. Горрен стояла в сером костюме, сшитом на заказ, с бриллиантовыми серьгами, бриллиантовой подвеской, часами, усыпанными бриллиантами, и четырьмя бриллиантовыми кольцами, ни одно из которых не располагалось на её безымянном пальце, а также в чёрных шёлковых чулках.

Трудно было поверить, что она всего лишь юрист.

Она должна быть кем-то более значимым.

«Согласен, — мысленно прошептал мне Блэк. — Но это немного сложно проверить, док, учитывая, что я ни хрена не могу прочитать с неё. Я не слышу её мыслей. Я не чувствую ни малейшего намёка на эмоции, ни настроения, ни темперамента, даже не знаю, устала ли она, или проголодалась, или собирается меня убить. Я даже не вижу её aleimi, чёрт возьми…»

Он сделал паузу на один удар моего сердца.

«…А ты можешь? — многозначительно спросил он. — Ты можешь видеть или чувствовать что-нибудь из этого, док?»

Я знала, что лучше не смотреть на него.