Дж. Андрижески – Черная Завеса (страница 49)

Я не особенно успокоилась, но поймала себя на том, что снова наблюдаю за вампирами.

Я увидела, как вампир Дориан смотрит из окон на заднюю часть дома.

Он нахмурился, глядя туда.

— Думаю, они ушли, — тихо сказал он. — Здесь никого нет.

— Согласна, — сказала женщина рядом с ним.

Она также была афроамериканкой. Я не очень отчётливо видела её из-за темноты в комнате и из-за плаща, которым она скрывала голову и большую часть лица. Теперь она опустила капюшон и я увидела её глаза из потрескавшегося хрусталя, а также странное синевато-чёрное свечение на коже, которое я помнила у других вампиров.

Я не осознавала этого прежде, но темнокожие вампиры не становились белыми как мел, как это было с Ником, Дорианом и даже Бриком.

Их тон кожи просто выравнивался, даже если это означало, что они становились ещё темнее.

Они также слегка сияли в свете луны, как белокожие вампиры.

— Тут были только они, Жан-Кристофф? — спросил Дориан у их лидера. — Пара? Я чую другого. Молодого. Может, подростка. Или около двадцати лет?

Он глянул на высокого чёрного мужчину со слегка сияющей коже, и тот кивнул.

— Я его тоже чую, — согласился он.

Другая вампирша, чья внешность напоминала коренных индейцев или мексиканцев, сделала пренебрежительный жест.

— Тут бывали многие. Они развлекались. Они приносили жертвы…

— Тебе надо научиться отличать, маленькая сестра, — спокойно сказал главный вампир. — Дориан прав. Здесь живёт ещё один. Не гость. Не из числа тех, что похоронены в подвале…

Я поморщилась.

— …житель этого дома, как ведьма и её супруг. Кто бы это ни был, он какое-то время ночевал здесь. Не так долго, как те двое, которых мы отследили от Луизианы. Но несколько месяцев точно. Судя по запаху, я бы назвал его их взрослым ребёнком. Их биологическим ребёнком. Вернувшимся жить сюда после какого-то времени в отъезде. Что думаешь, Дориан?

Дориан глянул на их лидера, и его лицо осталось неподвижным.

Несмотря на совершенно отсутствующее выражение, было ясно, что он согласен.

— Он дома? — спросил рыжий. — Ребёнок?

Лидер покачал головой.

— Нет. Сейчас дома никого нет. Мы вернёмся.

Постепенно картинка вокруг нас померкла.

Прежде чем это случилось, я ощутила под собой странную пульсацию.

Это ощущалось почти как печь под домом.

Может, под землей.

На несколько секунд пульсация сделалась сильнее.

Затем и она померкла.

— Брик же не заставит нас искать его прародителя, верно? — спросила я у Ника. — Он уже знает, кто его прародитель. Ну типа… должен же знать, верно?

Ник нахмурился, медленно качая головой.

— Он мне никогда не говорил, — ответил он. — Он только говорил, кто не является его прародителем. Я знаю, что это не Константин. Я знаю, что это не Дориан. Но ты права… он должен знать. Это одна из тех вещей, которые вампир знает. Ты просто чувствуешь это.

— Если только его прародитель не мёртв, — фыркнул Блэк. — Ты уверен, что это точно не Дориан?

Ник поколебался, затем решительно покачал головой.

— Уверен. Брик прямым текстом сказал, что это не он, да и динамика их отношений была совершенно не такой, — продолжая размышлять, Ник добавил: — Думаю, насчёт Константина он тоже сказал правду. Я называл ему ещё несколько имён, но он так и не сказал мне, кто его прародитель. Прямым текстом — нет.

— Может, в этом и дело? — спросила Кико, нахмурившись. — Он хочет узнать, как стал вампиром? И поэтому позвал нас сюда, чтобы мы узнали для него?

Ник нахмурился.

Я понимала, что он так не считал.

Вовсе нет.

Но он ничего не сказал.

Мы вернулись в фойе дома перед деревянной лестницей с толстыми перилами из поцарапанной тёмной древесины.

— Если дело в этом, почему тогда он попросту не нанял Блэка? — спросил Джакс.

Когда никто ему не ответил, он посмотрел на нас, снова крепко сжимая руку Кико. Он также расположил своё высокое тело прямо между нами и Кико, и я понимала, что это ужасно раздражает Декса.

Я почти понимала, почему Декс раздражён.

Из-за странности Джакса нам сложно было даже видеть Кико, пока та не выглядывала из-за торса Джакса… а она делала это обычно тогда, когда задавала вопрос или добавляла что-то к словам остальных. Это всё равно что разговаривать с сусликом, который высовывался из норки для каждого вопроса или заявления, а потом прятался обратно.

Поведение Джакса показалось бы мне откровенно раздражающим, не будь я всё ещё под кайфом от торта и связана со всеми, включая Джакса. А так мне показалось умилительным, очаровательным и раздражающим то, как Кико опять скрылась за Джаксом.

Я чувствовала, что это не личное.

Джакс не волновался, что мы можем навредить Кико.

Он даже не волновался, что Ник может навредить Кико.

Уже нет.

Джакс просто не чувствовал себя в безопасности здесь. Ему не казалось, что Кико в безопасности. Ему не казалось, что все мы в безопасности. Он также не знал, какая именно опасность может угрожать нам. Он не знал, какие угрозы могут таиться в этом доме, в этой ситуации, с какой стороны на нас могут напасть. И странным, чисто инстинктивным и почти одержимым ответом Джакса стало поведение, защищающее Кико абсолютно от всех.

Даже если мы были единственными людьми здесь.

И да, это раздражало.

А ещё это было по-странному милым.

Блэк пихнул меня.

«Соберись, док. Нам нужны твои мозги. Да, Джакс милый. Мне сейчас ужасно хочется треснуть ему по башке, но они милые. Мне надо, чтобы ты подумала о доме, док. Мне нужно, чтобы ты помогла нам выбраться отсюда».

Когда я посмотрела на него, он слегка помрачнел.

Я пихнула его в ответ.

«Не будь злюкой», — послала я.

Когда он помрачнел ещё сильнее, я развернулась и обняла его руками за талию, крепко стиснув. Потом неохотно отпустила и повернулась лицом к остальным.

— Ладно, — вздохнула я. Всё ещё размышляя, я убрала с лица пряди, выпавшие из замысловатой высокой прически, которую мне сделали на свадьбу. Я положила руки на бёдра, снова вздохнув и стараясь подумать.

Мне пришло в голову, что на мне больше не было трусиков.

Резкая полоса боли вышла из света Блэка.

«Док… gaos».

Я прочистила горло.