Дункан Кларк – Alibaba (страница 22)
Али-люди
Набирая команду, Джек предпочитал нанимать не самых лучших, с точки зрения оценок, выпускников. Элита колледжей, объяснял он, легко попадает в тупик, когда сталкивается с трудностями в реальном мире. Для тех, кто приезжал из-за границы, работа в Alibaba была не сахар. Платили в компании мало: самые первые работники получали хорошо если $50 в месяц. При этом трудиться приходилось семь дней в неделю, часто по 16 часов в день. Джек даже требовал, чтобы сотрудники жили максимум в десятиминутной доступности от офиса, затрачивая, таким образом, минимум времени на дорогу.
С самого начала Alibaba действовала в стиле корпоративной этики Силиконовой долины, когда каждому сотруднику предоставлялись опционы на акции на четырехлетний период. Это до сих пор редкость в Китае, где традиционная установка в частных компаниях: босс как император, для которого сотрудники – приходящие, а зарплата – произвольная.
По мере того как сайт Alibaba.com за счет бесплатных сервисов набирал популярность, команда в Ханчжоу боролась с тем, чтобы поддерживать объем входящих электронных писем. Служба работы с клиентами Alibaba иногда выступала в роли бесплатной техподдержки, отвечая на вопросы о том, как перезагрузить компьютер. Но преданная своему принципу «клиент – на первом месте», Alibaba решила отвечать на каждый e-mail в течение двух часов.
Соучредитель Саймон Се вспоминал, что Джек держал команду, был ее «культурой, ядром». Джек приветствовал новых сотрудников отрезвляющим приветствием и обещанием, а затем одним из своих любимых высказываний: «Сегодняшний день жесток, завтрашний – еще более жесток, но послезавтрашний – прекрасен. Правда, большинство людей умрет завтрашней ночью. Они не смогут увидеть солнечный свет послезавтрашнего дня. Aliren должен увидеть его».
Сооснователь компании Люси Пэн (Peng), первая заведующая отделом кадров Alibaba, а потом ее директор по персоналу (Chief people officer), также играла важную роль в процессе найма и формирования культуры компании. В 2000 г. Harvard Business School провела исследование культуры компании, и Люси тогда заявила, что «сотрудникам Alibaba не нужен опыт. Им нужны хорошее здоровье, хорошее сердце и хорошая голова».
Когда количество пользователей сайта выросло, другие китайские компании начали использовать его для связи как друг с другом, так и с внешним миром, предсказывая запуск торговой площадки на китайском языке для оптовиков Китая, ищущих домашние торговые сделки.
Несмотря на это, Alibaba по-прежнему сталкивалась с трудностями в привлечении людей в электронную торговлю. Кого-то высокие цены заставляли отказаться от покупки компьютеров, кому-то не хватало персонала, разбирающегося в информационных технологиях. Еще более значимым препятствием была повсеместная нехватка доверия. Поставщики беспокоились, что покупатели, которых они никогда не видели, могут никогда не оплатить свои заказы. Клиенты из-за границы переживали по поводу качества товаров – не окажутся ли они подделкой или с дефектами, – либо о том, что доставка никогда не приедет.
Alibaba не могла достать волшебную палочку и сделать так, чтобы подобные риски исчезли, об этом Джек говорил СМИ: «Мы всего лишь платформа-посредник для торговых представителей, но мы не несем юридической ответственности». Компания продолжала работать как доска объявлений для торговли. Но другие фирмы – например, MeetChina – не скрывали своих планов по расширению сферы исследования рынка, проверки кредитной истории поставщиков, проверок качества, доставки, страхования, системы платежей.
Джек считал, что это преждевременно: «Маленькие и средние компании пока не доверяют онлайн-транзакциям. И мы верим, что нынешняя банковская система достаточно хороша для маленького бизнеса. Пока наши пользователи чувствуют, что она простая, они будут выбирать осуществление операций офлайн».
Alibaba изо всех сил старалась говорить о себе на языке, понятном инвесторам: «У нас действительно пока нет четкой бизнес-модели, – признавал Джек. – Если вы вспомните поисковый сервис Yahoo, книжный магазин Amazon, площадку для аукционов eBay, то поймете, что Alibaba – электронный рынок. Yahoo и Amazon – не идеальные модели, и мы все еще пытаемся понять, что лучше».
Деньги Goldman помогли, но приверженность принципу бесплатных объявлений означала, что Alibaba вынуждена скоро будет снова искать финансирование. Кроме того, проблем добавляло открытие нового офиса в Гонконге и еще одного – в Шанхае, которые Alibaba анонсировала как свои новые китайские представительства. Для привлечения новых покупателей Alibaba начала проводить в парадных залах отелей собрания для представителей малых и средних предприятий (Small and Medium Enterprises, SME), расставляя столы таким образом, чтобы сгруппировать вместе компании из близких сфер производства.
Несмотря на лихорадочный темп эпохи интернет-пузыря и усиливающееся чувство неизбежности того, что он скоро лопнет, Джек начал подавать признаки беспокойства. Я побывал в Ханчжоу несколько раз в конце 1999-го и в 2000 г. и был свидетелем того, как Alibaba разрослась из квариры в Lakeside в сеть гораздо более просторных офисов.
Я никогда не видел, чтобы Джек терял самообладание, даже когда он однажды помял крыло своего автомобиля во время парковки у ресторана, куда пригласил меня на обед. Я всегда радовался его визитам в Ханчжоу. Проводить время с Джеком было очень весело. И я всегда с удовольствием смотрел достопримечательности города. Однажды жена Джека Кэйти взяла меня в поездку на знаменитые чайные плантации Long Jing (Dragon Well), которая включала и прогулку по бамбуковой роще, расположенной неподалеку. Это был в буквальном смысле глоток чистого воздуха после Пекина.
Джек в то время проводил большую часть времени за пределами Ханчжоу: он посещал промышленные и инвесторские конференции. В январе 2000 г. мы оба были приглашены произнести речь на организованном студентами мероприятии в Гарварде. Я встретился с Джеком до конференции. Мы шли по ледяной тропинке вдоль берега реки Чарльз, и я заметил, что одна из сопровождающих снимала эту сцену, позже я узнал, что она делала это уже на протяжении нескольких лет.
На конференции присутствовали и некоторые другие китайские интернет-предприниматели, причем большинство из них имело гораздо более сильный академический бэкграунд, чем Джек. Некоторые недавно вернулись в Китай: например, Шао Ибо из EaseNet, который учился в Гарварде. Был там и Питер Ип из China.com.
Но Джек быстро стал звездой вечера, особенно когда признался аудитории, что на самом деле не имел представления о том, какая бизнес-модель у Alibaba, затем добавил: «И тем не менее я получал инвестиции от Goldman. Sachs!»
Джек упивался вниманием, которое он получил в Гарварде, и даже прозвищем Crazy Jack (Безумный Джек), которым его вскоре после этого наградил журнал
Джек всегда пренебрежительно отзывался о бизнес-школах: «Необязательно учиться в MBA. Большинство MBA-выпускников бесполезны… Разве что они вернутся после MBA и забудут то, чему их там научили, тогда они станут полезны. Потому что школы дают знание, а чтобы начать бизнес, нужна мудрость. Мудрость приобретается через опыт. Знание можно приобрести тяжелой работой».
Инвестиция SoftBank
Одной из причин, по которой Джек был на таком подъеме в Гарварде, заключалась в его готовности вот-вот объявить о еще одной важной вехе в истории Alibaba: $20 млн финансирования от японской инвестиционной фирмы SoftBank.
Это и последующее инвестирование сделало SoftBank держателем крупнейшего пакета акций Alibaba. Сделка была подготовлена Goldman Sachs. SoftBank искал возможности для инвестиций в технологические компании Китая, когда Марк Шварц – тогда президент Golden Sachs в Японии – сказал Масаёси Сону, основателю SoftBank, про растущий портфель инвестиций банка в технологические акции Китая.
В октябре 1999 г. Джек оказался одним из нескольких предпринимателей, приглашенных на встречу с Масаёси Соном в одной из серий «быстрых» сессий между китайскими стартапами и японским миллиардером. Их организовал Чонси Шэй, президент SoftBank China Venture Capital. Джек и Масаёси встретились в Fuhua Mansion в Пекине. Их диалог стал началом длительного сотрудничества, который со временем сделает Масаёси Сона самым богатым человеком Японии. Его поддержка Джека, случившаяся всего за несколько месяцев до краха доткомов, изменила судьбу Alibaba.
Масаёси Сон
Джек и Масаёси Сон, для друзей – Маса, в чем-то были похожи. Оба невысокого роста и оба известны своими запредельными амбициями.
Сон вырос в обстоятельствах, даже еще более сложных, чем у Джека. Он родился на самом южном острове японского архипелага Кюсю, его семья жила в лачуге, не имевшей даже официального адреса. Отец Масаёси работал на свиной ферме и варил самогон. Сона дразнили за то, что он был этническим корейцем, и он взял японскую фамилию Ясумото. В возрасте 16 лет в поисках лучшей жизни Сон переехал в Северную Калифорнию. Он жил у друзей и родственников, ходил в Serramonte High School в Daly City на юге Сан-Франциско, а затем его приняли в Калифорнийский университет в Беркли, где Масаёси начал карьеру предпринимателя. Его самым успешным начинанием было создание устройства для перевода, которое управляется голосом, для продажи в киосках аэропорта. Сон сделал дизайн, разработал конструкцию и затем продал лицензию компании Sharp Electronics за полмиллиона долларов. В США Сон начал импортировать ранние модели популярных в то время игровых консолей Pac-Man и Space Invaders, распростряняя их в местных барах и ресторанах, в том числе – в суши-баре Yoshi’s в Северном Беркли (сейчас известное джазовое место Bay Area). В Беркли он познакомился и нанял на работу Лу Хунляна, чье предприятие Unitech Industries (до 1994 г. оно называлось Unitech Telecom) позднее стало частью технологической компании UTStarcom из Ханчжоу, в которую в 1995 г. инвестировал SoftBank.