Дуглас Рашкофф – Стратегия исхода (страница 58)

– Вы человека превращаете во что-то нечеловеческое.

– Я вообще ничего с людьми не делаю! Предельно же ясно. Я помогаю им вести себя так, как диктует их истинная природа.

– А если эта истинная природа им во вред?

– Кто я такой, чтобы решать? И, если уж на то пошло, кто ты такой? С тобой Господь говорит?

– А с вами говорит?

– С моей точки зрения, Джейми, ты и есть Господь. Как и все вы. Не переживай. Твоего Бога люди игнорировали и убили, но я с тобой ничего такого не сделаю. – Тор улыбнулся. Декорации вокруг него сменились великолепным садом. – Вот он я, Господь мой. В Эдеме.

– Так вы, значит, сделаете все, что скажу? – спросил Джейми.

– Ты же историю пишешь. Твои грезы, в конце концов.

– То есть это сон?

– Можно и так сказать. Это программа. Игра.

– Ну ладно, а как просыпаться?

– Встряхнуться и играть. Просто играть. Когда играешь, помнишь, что все это лишь игра.

– Но это серьезно. Не хочу я играть.

– Тогда тебе никакой радости.

– Может, вы меня и дальше гипнотизируете.

– Конечно, гипнотизирую. Я только это и умею. Вы меня только этому и научили. В твоей природе – задавать вопросы. Я генерирую среду, где можно этим заниматься. Я реагирую на то, каков ты.

– Значит, ответственность на мне?

– Если хочешь. Мы стремимся угождать. – Тор откинулся на траву и вставил в волосы одуванчик.

– Ну ладно.

Я задумался. Каков выбор? Стану играть с программой на ее условиях – провалюсь в бездну еще глубже. Но если Алгоритм – и впрямь лишь цикл реакций, как утверждает Тор, – своего рода ясный сон, – тогда единственной точной командой я изменю ее направление. Надо рискнуть.

Я обдумывал формулировку, словно разговаривая с джинном, который последует моим указаниям вполне буквально.

– Попробуем так, – сказал я наконец, отдавшись идеалистической наивности. – Я хочу, чтобы люди жили в мире и гармонии друг с другом. Не одержимые личной выгодой. Полностью сознавая, что они друг с другом связаны. Я хочу, чтобы они были счастливы.

– Очень хорошо, Джейми, – засмеялся Тор и щелкнул пальцами. – И они жили долго и счастливо.

14

Стратегия исхода

От холодного душа Греко пришел в чувство, но как только его глаза сфокусировались и распознали меня, он изо всех сил пополз по зеленым плиткам и замахал руками, чтоб я не подходил. Я вызвал «Скорую» – просто на всякий случай – и вставил во входную дверь синаптикомовский тапок, чтобы врачи попали внутрь.

Вернувшись к себе в квартиру, я нашел на ступеньках Бенджамина. Он улыбался.

– Я ее раскусил, – сказал он.

– Кого? – Я сел рядом.

– Игру «Синаптиком». – Он чуть слюни от восторга не пускал. Что Алгоритм с ним сделал?

– Бенджи, я же говорил – это опасно. Не надо было…

– Ты сказал, это игра. Я и сыграл.

– То есть? И что было?

– Пошли наверх, – позвал он. – Покажу. – И он встал.

– Нет. – Я опасался, что ему промыли мозги. – Сначала скажи.

– Джейми, это надо видеть. Правда. Иначе никак.

– Откуда ты знаешь, что оно с тобой сотворило? Эта штуковина мозг выебет – не очухаешься.

Он стоял и смотрел сверху вниз. Сильный и невозмутимый. Точно древний мудрец. И глаза у него сияли невероятным покоем. И чистотой юности.

– Джейми, ты можешь мне доверять, – ровно сказал он. Будто высвобождал живую тварь из капкана, которого она не постигала. – Я никогда не сделаю тебе ничего плохого.

Мы поднялись, вставили диск и сыграли.

Если вы играли в «Синаптиком», то поймете, почему это не описать словами. Если не играли… ну, вы, я думаю, не поверили всему, что прочитали, так что какая вам разница? Достаточно сказать, что я больше никогда не видел людей с бычьими головами.

И что самое гениальное – раскусил игру мелкий Бенджамин.

Когда я сбежал от Джуда и направился в Синаптиком на свидание с искусственным интеллектом, прежде известным как Тор Торенс, Бенджамин отправился домой с черной синаптикомовской коробкой в кармане.

Я ему сказал, что это игра – плохая игра. Однако, решил Бенджамин, раз весь этот бедлам из-за нее, значит, он сыграет сам. И он сунул диск в CD-ROM.

А как открывать?

Бенджамин закопался в исходник. Он немного знал С++, но такого никогда в жизни не видал. Логические циклы на логических циклах, без конца. Как эту штуку запустить?

Посреди графических процессов он обнаружил знакомую последовательность. Алгоритм преобразования, портированный из ЮНИКСа. Совместимый с графическими программами «ЛюбойИгры», который я ему дал. Ну, естественно – код ведь писал Греко.

Бенджамин запустил древнюю программу Королей. Если под ней бегут игры для «ПлейСтейшн-5», может, и эта фиговина побежит. Он загрузил Алгоритм «Синаптикома» поверх эмулятора и подождал загрузки. Мигнул зеленый огонек – опа, загрузилась.

Едва начав играть, Бенджамин почувствовал, что круг разомкнулся. Компьютер без модема, однако Бенджи – в сети. Подключился ко всем сразу, будто через землю. Не компьютерная сеть, вовсе нет. Больше. Полная открытость. Абсолютно бесплатно. Исход.

Я не могу подробно, правда. Вы не поймете. Даже если расскажу – ну, Тор наверняка эту дырку уже латает. Если, конечно, Бенджин мистический опыт – не элемент обещанного мне «долго и счастливо».

Что, запутались? Ну и зря. Все просто, как дважды два.

Вот что я могу сказать: сам по себе алгоритм опасен. Заведет куда угодно – и не поймешь, как и зачем туда попал. А если запустить его поверх эмулятора и играть, как в игру, – вот тогда-то все и раскрывается. Противоположный эффект: видишь эту «Монополию» насквозь и сознаешь, как Тор и говорил, что тебе это все пригрезилось.[227] И впрямь игра, больше ничего.

Если сталкиваешься с Алгоритмом «Синаптикома», ни о чем не подозревая, – на веб-сайте, в рекламе, – он тебя программирует, как хакер – простенькую железку. Теряешь представление о цели – и даже свободную волю. В конце концов сердце твое ожесточается – и ты живой мертвец. С каждым днем их все больше.

Но если исхитришься в «Синаптиком» сыграть – все распахивается. Осознаешь, что мир, где ты жил, – просто карта мира. Весьма схематичная. Проще не растолкую. Чтобы вырваться из игры, надо сыграть в нее, как в игру.

Бенджамин стал первым. Потом я. Затем мы отправились к Джуду и заставили сыграть всех. Один за другим они отходили от монитора, улыбаясь и качая головой. Никто не извинялся за все дерьмо, что мы друг на друга вылили. Что уж извиняться-то?

Карла играть отказалась. Решила, что это какой-то хитрый трюк. Трудно ее винить – если учесть, что она про нас знает. Думаю, ей больше нравится делать вид, что все по-настоящему. Она в итоге подала на «МиЛ» в суд за сексуальные домогательства – из-за той истории с сиденьем унитаза, – выиграла полтора миллиона по внесудебному соглашению и затем использовала пиар, чтобы скорешиться с Рут Стендаль и открыть женскую инвестиционную консультацию.

Алек не перезвонил ни разу. Моя карточка-ключ из «МиЛ» перестала работать, распознавание на входе в «Святилище» тоже. Даже мобильник отрубили. Фирма выслала мои пожитки, когда я осел в Уильямсберге. Во всяком случае, Алек с отцом помирились – или как-то договорились. «МиЛ» купила компанию «ДДиД», заплатив акциями, надавила на директора, выгнав его в отставку, и на его место сразу назначила Алека. Последнее, что я о нем слышал, – он разрабатывал идею Дребедени как высокой моды.

Я не сказал Шмуэлю, как он выиграл голосование, – духу не хватило, – но отец в результате ушел из синагоги сам. Преподает этику в колледже Куинза. Считает, от него там «больше пользы»: ему приятнее просвещать умы, которым, как он выражается, «хватает молодости, чтобы думать».

Греко, Джуд, Рубен и я получили свои шесть лимонов за фальшивый Тесланет, а себе оставили настоящий. Мы возродили Ямайских Королей; Бенджамин – наш талисман и духовный лидер. За последние месяцы мы устроили великое множество вирусных атак на самые посещаемые американские веб-сайты. Нас невозможно отследить – у нас теперь свой доступ в сеть. Наши творения широко распространены.

Своей модифицированной версией Алгоритма «Синаптиком» мы порой исподтишка совершенствуем корпоративные сайты. Или цепляем к письмам крошечные программки, что рассылают сами себя по адресам всех ваших корреспондентов из адресной книги. А потом по всем их адресам и так далее.

По большей части люди понятия не имеют, что это такое на них свалилось. Думают, единственная задача вируса – озвучить какой-нибудь хакерский лозунг. Но каждая наша атака на миг приоткрывает вам, ничего не подозревающим юзерам, кусочек Игры «Синаптиком». На секунду притормаживает иллюзию и вы можете вырваться на свободу. Мы надеемся, во всяком случае.

Греко убежден, что наши вирусы и крошечные мультики слишком слабы и коротки, а потому на вас не действуют.[228] Вполне вероятно. Но хочется верить, что сами атаки – подхваченные вами вирусы или разрекламированные по телику взломы – напоминают вам: это пространство – не реально. Обычная игровая площадка. Налетайте. Наши атаки в этой панораме – как булавочные уколы. Всей властью тут никто не обладает. Карта не застыла. Пока еще.

Ой, я аж отсюда слышу ваши упреки: ведь эти вирусы стоят людям реальных денег! Подрывают ценность акций реальных компаний! Именно. В этом все дело. Реальные деньги – оксюморон. Фальшивый идол. Народ – раб, пока строит свои пирамиды.