Дрю Карпишин – Реван (страница 37)

– Ну давай, блесни талантом. – Изгнанница указала дроиду на панель.

Т3 подкатился к стене. Из открывшейся секции его корпуса выдвинулся длинный и тонкий электрический зонд: дроид вытянул его на полную длину и воткнул в панель замка. За несколькими секундами тишины последовал треск разряда тока – панель зажглась, и дверь отъехала в сторону.

Как Митра и надеялась, комната была битком набита компьютерами.

– Хватай все, что покажется ценным, и уходим, – распорядилась она.

Спеша исполнить приказание, Т3 воткнул многоцелевой зонд в ближайший порт интерфейса и проник в сеть. Как и в случае с дверной панелью, он послал мощный электрический импульс, который временно реактивировал базы данных, чтобы дроид мог скачать необходимые файлы.

Весь процесс занял меньше пяти минут, но Изгнаннице они показались вечностью. Ожидая, когда Т3 закончит работу, она вновь остро ощутила отсутствие Силы.

Пустота сдавливала Митру и одновременно тянула к себе, пытаясь вырвать из нее самую сущность ее жизни. Природа не терпит вакуума; вот и сейчас пустота пыталась наполниться энергией Митры. На мгновение Изгнаннице показалось, что ее сейчас разорвет на части: тело распадется на триллионы субатомных частиц, которые разнесет по всей поверхности Нафемы.

«Нет! – вскричал ее разум. – Пустота не возьмет меня! Я не просто совокупность частиц! Я живое существо. Я Митра Сурик!»

Подтверждение того, что она жива и существует, казалось, отбросило пустоту назад – по крайней мере на мгновение. Но Митра понимала, что долго так не продержится. Сколько ни пытайся игнорировать то, что ты чувствуешь – точнее, чего не чувствуешь – вокруг себя, ужасы Нафемы рано или поздно лишат тебя рассудка. Это лишь вопрос времени.

Она готова была уже приказать Т3 все бросить и уходить, когда тот триумфально прогудел и извлек зонд.

– Я должна вернуться на корабль, – сообщила ему Митра. – Расскажешь о находках, когда взлетим.

Вновь придя в движение, она почувствовала себя намного лучше, но пустота по-прежнему маячила где-то на границах восприятия, и Изгнанница это отчетливо понимала. За ней как будто охотилась безымянная, безликая, невидимая тварь. Она таилась за каждым углом, словно только и ждала, когда Митра ослабит бдительность и будет беззащитна перед нападением.

Изгнанница ускорила шаг. Дроид едва поспевал за ней, но Митра была слишком сосредоточена на том, чтобы держать себя в руках, и не отвечала на его возмущенный щебет.

Почти достигнув «Черного ястреба», она перешла на бег, хотя даже не сознавала этого. Единственная мысль захватила ее сознание: «Бежать!»

Митра пристегнулась ремнем в пилотском кресле и включила зажигание; в этот момент подотставший Т3 только-только вкатывался на корабль по трапу.

– Держись! – прокричала она дроиду, захлопывая входной люк и врубая двигатели на полную мощность.

«Черный ястреб» взмыл в небо и понесся прочь. Корабль прорвался через атмосферу, но Изгнанница не желала сбавлять ход. Она выжимала из двигателей все без остатка до тех пор, пока они не оказались на краю солнечной системы. Только тогда, в нескольких миллионах километров от Нафемы, джедай почувствовала себя достаточно защищенной, чтобы сбросить скорость.

Астромеханик подкатился к ней и встревоженно пискнул.

– Тебе не понять, – сказала ему Митра. – Но сейчас уже все в порядке. Дай мне пару минут отдышаться, а потом посмотрим, что именно тебе удалось откопать.

На то, чтобы расшифровать и перевести файлы, у Т3 ушло гораздо больше времени, чем ожидала Митра. Лишь через два дня после бегства она смогла приступить к их изучению. Однако, учитывая, что дроиду пришлось обработать миллионы терабайт данных, изначально собранных на компьютерах совершенно чужой для него технологии, его достижения уже были сродни чуду.

Некоторые вопросы прояснились довольно быстро. Здание, набег на которое они совершили, было инфохранилищем – ничем не примечательным, но очень важным элементом любой сложной государственной системы. В нем содержались правительственные документы, исторические записи и – самая многообещающая из всех находок – подробные данные переписи населения, проведенной на множестве планет.

Последняя дала понять, что Нафема когда-то была частью Империи ситхов. Странное дело: все сохранившиеся записи были датированы ранее Великой гиперпространственной войны. Событие, лишившее планету всего живого и оставившее ее вне Силы, случилось почти тысячу лет назад!

Ввиду этого невозможно было с точностью сказать, сохранилась ли Империя ситхов в том виде, в котором была описана в файлах. Но, вспоминая о краснокожем субъекте, напавшем на Ревана на голозаписи Т3, Митра готова была биться об заклад, что ситхи еще живы.

Реван не взял с собой Бастилу из опасения, что в Неизведанных регионах скрывается величайшая угроза Республике. Возрожденная Империя ситхов определенно подходила под это описание.

Рассказ Кандеруса также хорошо укладывался в общую теорию. По утверждениям мандалорца, Реван повелел ему возродить славу и силу своего народа, чтобы однажды они смогли выстоять против ситхов – если те вновь решат вторгнуться в Республику.

Судя по данным переписи, Империя ситхов состояла из нескольких десятков планет. Ситх, захвативший Ревана, мог явиться с любой из них. Если Митра выяснит, где его мир, то сможет сузить область поисков.

Однако, проверив названия и координаты миров из перечня, Изгнанница быстро поняла, что все они уже довольно хорошо известны Республике. За последнюю тысячу лет джедаи побывали на каждой из планет, указанных в описи, и полностью избавили их от влияния ситхов. И сейчас в руках у Митры были данные о той Империи ситхов, которой более не существовало.

Не желая сдаваться, она углубилась в поиски и тщательно изучила записи, касающиеся самой Нафемы. Несколько дней без передышки Изгнанница прочесывала архивные данные, не отвлекаясь даже на еду и сон. Лишь раз в несколько часов она делала короткую медитационную паузу, восполняя утраченную энергию из Силы и мысленно фокусируясь на продолжении работы.

Просмотреть десятки тысяч правительственных документов и отчетов, собранных в более чем полусотне учреждений, – эта задача могла показаться непосильной кому угодно, только не Митре. Она упорно пролистывала одну запись за другой, и мало-помалу картина, которая вырисовывалась перед ее глазами, становилась все более стройной.

Свои последние дни обитатели Нафемы провели в ужасе и отчаянии. Они знали, что джедаи скоро найдут их, и правитель планеты – владыка ситхов по имени Вишейт – виртуозно играл на страхах своих подданных. В публичных выступлениях правитель красочно описывал разнообразные мерзости, которые сотворят с ними джедаи, когда явятся на Нафему. Его речи транслировались по всей Империи ситхов, сея семена ужаса и на других подконтрольных планетах. Владыка планомерно и сознательно наводил панику на своих сограждан, понимая, что они слепо последуют за кем угодно, стоит лишь послать им луч надежды.

Вишейт сам поспешил исполнить роль спасителя. Он призвал всех уцелевших темных владык прибыть на Нафему, чтобы принять участие в ритуале, который должен был принести ситхам долгожданное избавление.

Одновременно с этим правитель поручил ведущим историкам и ученым выяснить местонахождение планеты Дромунд-Каас – давно затерянной родины исконной расы ситхов.

Митра узнала обо всем этом лишь благодаря исключительным способностям Т3. Астромеханик не только скопировал и перевел все данные из архивов, но и подобрал пароли к конфиденциальным правительственным файлам, которые затем пометил значком высшего приоритета, чтобы упростить расследование Митры.

Группа, которую Вишейт отрядил на поиски затерянной планеты, работала в полной секретности, дни и ночи напролет штудируя древние звездные карты в исследовательской лаборатории. К счастью, щепетильная до мелочей руководительница группы тщательно задокументировала каждый этап исследований – в том числе и миг триумфа, когда ученым наконец удалось рассчитать безопасный гиперпространственный маршрут до Дромунд-Кааса, где их не смогли бы настичь джедаи.

Затем шла последняя запись проектного журнала, в которой описывалась подготовка данных к тому, чтобы представить их лично повелителю Вишейту. Спустя три дня правитель открыто объявил о начале великого ритуала.

И после этого объявления – никаких новых записей. Ни от исследовательской группы, ни от других государственных ведомств. Как будто все до единого члены громоздкого правительственного аппарата Нафемы разом перестали существовать. Но, даже не имея на руках официального отчета о последующих событиях, Митра без труда могла сложить все недостающие кусочки мозаики воедино.

Ритуал погубил планету и все живое на ней. Владыка ситхов подарил своим подданным надежду, но в конечном итоге обрек на участь гораздо хуже смерти – он вырвал с корнем жизнь, а вместе с ней и Силу.

Изгнанница не считала себя экспертом по части колдовства темной стороны, но и без того было нетрудно догадаться, что Вишейт не только пережил ритуал, но и стал сильнее. И поскольку все обитатели Нафемы – в том числе и исследователи – были мертвы, он единственный знал о местонахождении Дромунд-Кааса.

Его план одновременно восхищал и ужасал. Вишейт не только обрел невообразимое могущество, но и мог безо всяких угрызений совести возложить вину за гибель своего родного мира на джедаев, тем самым ввергнув жителей других планет, принадлежащих ситхам, в еще большую панику. За этим вполне мог последовать очередной лучик надежды: обещание отвести тех, кто присягнет ему на верность, туда, где джедаи никогда их не отыщут.