Dreamer – Запретный плод сладок (СИ) (страница 11)

— Что у тебя с Олегом? Вы дружите или… — резко прервав моё чувственное наваждение, своим донельзя недовольным голосом, спросил Антон.

Повернув голову, и теперь уже в открытую окинув мужчину беглым взглядом, я еле сдержала нелепую улыбку. Губы были чуть поджаты, брови нахмуренны, крылья носа часто вздымались. Неужели ревнует? От этой невообразимой мысли, в душе поселился тёплый комочек…

— А я обязана перед вами отчитываться? — повторив его недавний маневр, насмешливо вскинув брови, усмехнулась я. И всё же сдержать нежную улыбку не смогла. Заметив её мужчина с одной стороны никак и не изменился, но вот только, если не считать выровнявшегося дыхания, едва заметно растянувшихся уголков губ в улыбке, и ласкового, скрытого 'за семью печатями' взгляда….Всё-таки ревнует.

Остальную дорогу мы ехали молча. Я, до боли сжимая ладошки в кулачки, старалась согнать со своего лица донельзя довольную улыбку. А Антон…спокойно вёл машину, устремляя свой безразличный взгляд на дорогу. И как этим мужикам удаётся так умело скрывать свои чувства?

— Приехали, — остановив машину возле моей старенькой пятиэтажки, Антон, резко обернувшись, первый раз за всё время дороги впился в меня настойчивым, чего-то ожидающим взглядом.

— Вижу. Я пойду? — тихо и совсем неуверенно пропищала я.

— Яра, ты злишься на меня? — никак не прокомментировав мой вопрос, настойчиво спросил мужчина, сверля меня выжидающим взглядом.

— Немного, — соврала я. Сама я ещё во время дороги поняла, что, чтобы Антон не сделал, я не смогу на него долго обижаться.

— Знаешь… — переведя взгляд на переднее стекло, мужчина положил руки на руль, и начал выжидающе постукивать по нему пальцами, — я ведь не должен был допустить того, что произошло. Не должен был давать волю своим эмоциям и безумному порыву. Но, если я скажу, что сожалею о случившемся, то я совру. Мне не жаль, Яра, не жаль…

— Это неправильно, — не своим голосом произнесла я. Оторвав глаза от своих коленок, я резко подняла их наверх, и тут же столкнулась с переполненным нежностью, смущением, и даже каким-то страхом взглядом тёмно-синих глаз.

— Не правильно…

— И этого не должно быть.

— Не должно, — исступленно повторил мужчина, смотря мне прямо в глаза.

Секунда…две…три…а потом взрыв. Наплевав на все здравые мысли (потом, всё потом!), кои ещё были в глубине моего сознания, я, рвано выдохнув, поддалась вперёд, и сама прильнула к мужчине, робко накрыв его губы своими. И снова этот горьковато — сладкий вкус поцелуя, который, как бы я сама от себя не скрывала, я хотела ощутить всё это время. Обхватив руками его шею, я кончиками пальцев стала водить по его затылку, вырисовывая незамысловатые узоры. Как приятно было ощущать под ладонями его мягкую, шелковистую кожу…Как неописуемо сладко, было окунаться в его дурманящий аромат…Нежного, робкого поцелуя стало мало. Захотелось большего. Так неописуемо сильно, хотелось прижаться к мужчине, плотнее ощутить жар его сильного тела, глубже смаковать все те непередаваемые ощущения, что он дарил мне, нежно, едва ощутимо касаясь моих губ своими, и даже не делая попытку углубить поцелуй.

— Яра, — со стоном, прервав это безумие, Антон откинулся, на спинку сиденья, часто задышав.

— Простите, — прерывистым голосом, прошептала я, и не в силах больше находиться с ним так близко, быстро вылезла из машины.

Нервно копошась в сумке, я только с третьей попытки нашла зарытые в боковом карманчике ключи. Дрожащими руками, я еле смогла вставить ключ в замочную скважину, и, несильно подтолкнув дверь вперёд, на цыпочках зашла в квартиру. Сейчас было только одно желание — поскорее принять холодный душ, и хоть немного остудить свой пыл.

— Дочка, уже вернулась? — тихо подкравшись ко мне сзади, нежным голосом спросила мама.

— Ага, — попытавшись проползти в свою комнату, я была остановлена на полпути.

— А, что за мужчина тебя сейчас подвозил? — лукаво улыбнувшись, ехидно спросила мама. Блин, всё-таки увидела…

— Мой учитель по химии. Он допоздна засиделся на работе, вот и предложил повезти меня, — на ходу придумывала я, краснея от стыда, тем самым выдавая себя.

— А, как же Кристина?

— Она не смогла погулять. У неё там, что-то неотложное случилось…ну ты ведь её знаешь! — вновь попытавшись пройти в свою комнату, я была одёрнута за локоть.

— Яр, у тебя губы припухли, — мама-таки сияла от непонятного мне восторга. А вот мои щёки, уже в который раз за день запылали краской стыда. — Надеюсь, про учителя ты пошутила.

— Мамуль, я пойду спать, хорошо? — пусть лучше думает, что я действительно соврала про учителя. Не говорить же маме, что я на самом деле несколько минут назад целовалась в машине со своим преподавателем.

— Яр, подожди, — уже серьёзно, сказала мама. — Тут такое дело… — опустив взгляд в пол, она нервно стала перебирать в руках полы своего халата. Нервничает. С чего бы? — В общем, твой отец приезжает в город.

Перекинутая через плечо школьная сумка, с грохотом рухнула на пол. Отец? Я не ослышалась? Оторвав затуманенный взгляд от последовавшего вслед за сумкой пуховика, я ошарашено уставилась на маму.

— Пойдём на кухню, — замявшись, предложила она. — Нам нужно поговорить.

Ничего не ответив, я лишь утвердительно кивнула головой. Нервно-дрожащими руками подняв с пола и повесив в шкаф пуховик, я буквально проплыла на кухню вслед за мамой. На обеденном столе стояли две тарелки с творогом (видимо мамуля опять решила на диету сесть) и заварочный чайник. Примостившись к плите и накинув на себя фартук, мама достала из холодильника огурцы с помидорами, и стала нарезать овощи мелкими кусочками. Ну, а я уселась за кухонным столом, выжидающе смотря на чуть подрагивающую и явно волнующуюся маму.

— Я познакомилась с твоим отцом, когда мне только исполнилось шестнадцать, — тихим, слегка подрагивающим голосом, первой заговорила она, — в компании общих знакомых. Он был на три года старше. Только вернулся с армии, — вывалив нарезанные мелкими кусочками овощи в два блюдца, мама поставила одно из них передо мной, с другим уселась на место напротив меня. — Знаешь, я не знаю как это описать, когда я его первый раз увидела, внутри что-то перевернулось. Создалось такое ощущение, что на меня вылили несколько вёдер с кипятком, а я никак не могу сдвинуться с места. Не могу оторвать взгляда от его невозможно зелёных глаз (вот значит в кого они у меня…у мамы-то карие), от его красивого рельефного тела, от его нежного, и почему-то немного хмурого лица, — губы мамы растянулись в ласковой и немного грустной улыбке. Было видно, что это одни из самых светлых воспоминаний в её жизни, но они всё же тянут за собой какую-то горечь. — Ты меня, наверное, пока не понимаешь…или может, уже понимаешь? — игриво подмигнув мне, мама заставила вновь вылезти на моих, донельзя, измученных щеках, лёгкий румянец. — Понимаешь, как я вижу, — ласково улыбнувшись, тихо сказала она. — Я не знаю, была ли это любовь с первого взгляда, или может просто какое-то чувственное безумие, но что-то точно было. По крайне мере у меня. Первые несколько недель знакомства, на опять же таки клубных сборищах, на которые я начала ходить только из-за него, он не обращал на меня никакого внимания. Помню, я всё делала, чтобы заинтересовать его, — смущённо улыбнувшись, произнесла мама и, отпив чай из своей кружки, продолжила, — и краситься начала, и душиться, и шмотками там разными интересоваться.

— И это принесло результат? — оживлённо спросила я, стараясь не выдать своего любопытства.

— Принесло, — лукаво улыбнувшись, заметив мою смущённую мордочку, ответила мама. — Правда сначала не совсем такой, как я ожидала. Он заметил, что я на него глаз положила и начал этим не хило пользоваться. Просьбами меня всякими заваливал. Ну, например, рубашку из хим. чистки забрать, или брата его младшего из садика домой привести. А дружкам своим хвастался, мол, служанку себе нашёл. Мне, если честно сначала самой даже нравилось его просьбы исполнять, как дурында, собачкой за ним бегала. А потом, когда узнала, что он про меня трепает…Не знаю, такая ярость накатила. Плюнула на всё и три дня на его звонки не отвечала! — с гордостью и как-то совсем по-детски, сказала мама.

— И, что же произошло потом? — сдерживая улыбку, спросила я.

— Потом…с опущенной в пол мордочкой пришёл извиняться. Сказал, что соскучился, — улыбка с лица мамы начала постепенно исчезать. — Простила. Да и как его тогда можно было не простить? Загонять он меня больше не стал, как и с друзьями, языками чесать. Через несколько недель предложил встречаться. Как сейчас помню, что еле сдержала себя, чтоб от счастья не запрыгать. Правда, виделись мы только на выходных. Он в другом городе жил, совсем недалеко от нашего, но всё же два часа на электричке, два обратно, а у него учёба, институт.

— Мам, а ваши отношения, — краснея от стыда, смущённо начала я, — а они насколько близкими были? — утонув взглядом в тарелке, тихо спросила я.

— А ты к чему это спрашиваешь? — насторожено произнесла мама.

— Да так просто…

— Ну, если так просто, то поверь Яра, ЭТО совсем не главное в отношениях, — серьёзно сказала она, правда уже через несколько секунд смущенно добавила, — но их неотъемлемая часть.

Поковырявшись пару раз вилкой в салате, я быстро переключилась на творог, так и не решаясь поднять полный стыда взгляд на маму.