Dreamer – История одной жизни (СИ) (страница 9)

В сотый раз за вечер я почувствовала себя полной идиоткой. Это же надо было так….Представляю, как долго он ещё мне будет это припоминать. Если, конечно после всех моих заковырок ещё захочет со мной встретиться.

— Я дура, — вслух констатировала очевидный нам обоим факт, и пристыжено опустила взгляд в землю.

— Нет, не дура. Просто слегка прибабахнутая.

Сказал так, что я не удержалась, и разрядила обстановку хрипловатым смехом, который он с радостью поддержал.

— Хотя знаешь, идея с чаепитием мне очень даже нравится. Ты, как? Не против, погреться?

Многозначительно подмигнув, он притянул меня к себе, впившись в моё покрасневшее лицо внимательным взглядом. А я, медленно переваривая в голове вопрос, так и не могла понять, то ли он шутит, то ли говорит вполне серьёзно.

— Да, ты меня уже вроде как согрел.

Покраснев с ног до головы, я уткнулась носом ему в грудь, вцепившись руками в его плечи, вновь чувствуя, как предательски дрожащие ноги перестают удерживать меня в вертикальном положении. Всего секунда, и всё моё 'хрупкое' тельце сгребли в охапку сильные руки.

— Я, ведь уже говорил тебе сегодня, что учился на банкира, а не на медика. А ты сознание потеряешь, как только переступишь порог моей квартиры. Так, что отложим ка мы пока чаепитие на некоторое время. А сейчас, я предлагаю тебе воспользоваться уникальным шансом, увидеть меня в роли своего личного шофёра. Ты не против, моя милая Сероглазка?

Я не знаю, как описать те чувства, которые я испытала в это мгновение. Никто и никогда не был так нежен и ласков со мной. Никто и никогда не смотрел на МЕНЯ такими глазами, во взгляде которых перемешался целый калейдоскоп чувств: трепет, нежность, совсем непонятный мне интерес, и желание. От последнего по телу прошла уже знакомая волна жара, осевшая внизу живота. К щекам хлынула кровь, окрасив их в алый оттенок. Всё на что меня хватило, это на едва заметный кивок головы и смущённо отведенный взгляд в сторону. Ехидно хмыкнув, Андрей донёс меня НА РУКАХ, словно маленького ребёнка, до своего гаража. Поставив возле входа в него меня на ноги, он достал из кармана ключи и отворил железную дверь. Взяв меня за руку, Андрей завёл меня внутрь помещения. Моему взгляду сразу предстал чёрный джип внушительных размеров. Рядом с ним стоял окрашенный в чёрно-красные оттенки мотоцикл. Не знаю почему, но двухколёсный зверь мне почему-то приглянулся больше, чем солидный автомобиль.

— Уже каталась, когда-нибудь? — заметив мой заинтересованный взгляд, хмыкнул Андрей.

— Нет, — не отводя взгляда с железного коня, слишком тихо ответила я.

— А, хотела бы? — ровно произнёс Андрей, достав из прибитого к стенке шкафчика, ключи от машины.

— Даже не знаю. Страшновато как-то.

И действительно, я ведь не раз видела, как наши ребята с детдома разъезжают вот на таких агрегатах, правда у них они, куда подешевле. И мне частенько предлагалось прокатиться с ними, но я всегда отказывалась. Зная, как они гоняют по дорогам, мне даже представить страшно в каком бы состоянии меня бы привезли обратно. Если, конечно же, вообще привезли.

— Если всегда чего-то боятся не получишь никакого удовольствия от жизни, — сказал вроде с каким-то лёгким упрёком, и все равно при этом заразительно улыбнулся. — Как-нибудь я обязательно тебя покатаю на этой штуке, — кивнув в сторону мотоцикла, ухмыльнулся Андрей, открыв переднюю дверцу, пассажирского сиденья возле водителя, — а пока, не будем рисковать. Обещаю, что довезу тебя в целости и сохранности.

Подавив в себе безумно сильное желание улыбнуться, я заползла внутрь салона. Обогнув машину, Андрей устроился за водительским сиденьем, и завёл мотор. Через долю секунды машина выехала из гаража.

Всю дорогу до моего дома, в салоне автомобиля не прерывался громкий, прерывистый смех, иногда больше смахивающий на истерический хохот. Я как последняя дурёха смеялась над каждой его шуткой или просто реальной историей из жизни. Ещё никогда, за все свои семнадцать лет, я не чувствовала себя такой счастливой, такой нужной кому-то. Я даже сама не подозревала, как сильно истосковалась по банальному общению. Нет, я, конечно, не была замкнутой в себе девушкой, но я ещё никогда не встречала человека, с которым мне бы было так хорошо, так весело, так просто и легко. Я знала Андрея, если не считать наших трёх минут общения при первом знакомстве, всего один вечер. А у меня уже создавалось такое впечатление, что никого роднее и ближе у меня нет. Спала даже та ужасная застенчивость и головокружительное состояние от его близости. Наверное, из-за того, что он больше не делал ничего, что могло бы вогнать меня в краску. Всю дорогу он без перерыва шутил на самые разные темы. Иногда, мельком рассказывал какие-то отрывки из жизни. Уделял особое внимание учёбе в институте. Рассказывал, что однажды, особо крупно поссорившись с отцом, он ушёл из дома, и полгода жил в съёмной однушке в отдалённом районе города, и зарабатывал себе на жизнь, работая то курьером, то менеджером в салоне сотовой связи, то даже грузчиком. Самое удивительным для меня было то, что он даже издалека, не пытался коснуться моей жизни. Не спрашивал меня, про родителей. Кем они были, и знаю ли я их вообще. Не интересовался, из-за чего я оказалась в детдоме, и как долго я здесь находилась. Не задавал никаких вопросов, которые могли бы меня смутить. Наоборот, болтал на все отдалённые темы.

Минут через сорок, после третьего заблудшего круга, Андрей притормозил возле моего дома, который я впрочем, уже совсем скоро покину.

— Быстро, как-то приехали, — с лёгкой ноткой грусти в голосе произнёс он, одарив меня лучезарной улыбкой.

— Ну, да, быстро. Всего-то три раза заблудились, — хмыкнув, я улыбнулась в ответ.

— Ты завтра занята?

Этот вопрос, как-то резко пропихнул моё и без того хорошее настроение до космоса. Интересно он просто так спрашивает, или хочет со мной ещё раз встретиться?

— Особо важных дел нет. Решила дать себе недельки две отдыха, после выпускного.

— А, потом что? — повернувшись ко мне вполоборота, Андрей начал что-то рыскать в бардачке.

— А, потом надо документы на зачисление в институт подавать, — 'и плюс ещё разбираться с жильём, — мысленно хмыкнула я'. В такие подробности посвящать его совсем не хотелось.

— Вот держи, это тебе, — протянув мне коробку шоколадных конфет в виде сердечек, ровно произнёс Андрей. — Надеюсь, ты любишь шоколад?

Люблю ли я шоколад? Да, даже бы если бы не любила, всё равно, эти конфеты показались бы мне самыми вкусными сладостями на земле.

— Люблю, — тихо ответила я, опустив смущённый взгляд на свои ладони. — А, когда ты успел? Ну, я в смысле того, что мы же вроде нигде не останавливались…

— А, да нет, это просто моя тётушка, на днях в Бельгию летала, вот, и завалила всех родственников шоколадными сладостями. А я сладкое, как-то не очень люблю, теперь вот сплавляю его всем, кто под руку попадётся, — сказал так, что я не удержалась и засмеялась в голос, а он в ту же секунду подхватил мой смех.

— И, на том спасибо. Я вообще шоколад очень люблю.

— Значит надо почаще ко мне под руку попадаться. Кстати, дома у меня целый кондитерский склад.

Могла бы расценить его фразу как приглашение к нему домой, но зная его вечные подковырки, лучше переспрошу.

— И, что?

— Опять не о том, подумала, — довольно улыбнувшись, ухмыльнулся Андрей. — Хочу при помощи тебя, уже завтра отделаться от своей кондитерской. Ты, как? К часикам пяти будешь свободна?

Вроде и голос усмешливый и улыбка, больше похожа на ухмылку, но всё равно у меня такое чувство, что меня ненавязчиво приглашают на второе свидание. И от этого просто сума сойти можно…Многострадальные за этот вечер щёки, опять не известно от чего покраснели. Не говорю уже про бешеный ритм сердца. Если так пойдёт и дальше, то Андрей всё-таки окажется прав, и нам надо будет встречаться в местах, где поблизости есть скорая помощь.

— Буду.

— Вот и отлично, тогда к пяти я заеду за тобой. Твой номер, я, если что знаю.

— Тогда до завтра? — свой хриплый голос я сама могла едва ли узнать.

Подняв глаза вверх, я столкнулась с взглядом хищника. В нём больше не было ни нежности, ни трепета, только непонятные, немного пугающие…и вызывающие привычное томление внизу живота чувства.

Протянув руку к моему лицу, он обхватил меня за затылок, приблизившись ко мне настолько близко, что я ощутила его горячее дыхание возле своего ушка. Прислонившись губами, к моей щеке, он лизнул кончикам языка нежную кожу, и отстранился в ту же секунду.

— До завтра, — так же хрипло ответил он.

Из машины я вышла на негнущихся ногах. Сердце, бившееся с бешеной скоростью, ухнуло куда-то в пятки. Я даже толком не поняла, как оказалась у ворот дома. Как прошла мимо, что-то кричащего мне в след охранника. Как зашла в свой корпус. В себя меня вернул, только злобный и до ужаса отвратительный голос дежурившей сегодня ночью 'воспитательницы'.

— От кого от кого, а от тебя я этого Толмачёва совсем не ожидала. Думала единственно-нормальная девушка среди всего этого сброда.

Наша Дарья Воронова, или по простому Ворона, никогда особо не скрывала своих чувств к детям, которых по долгу профессии должна воспитывать. Сброд, шпана, нищеброды, отходы, — вот кто мы для неё. Нам рассказывали, что ребята с прошлого выпуска как-то попытались её заткнуть, так эта выдра заяву на них накатала, об избиении. С такими как мы менты особо не церемонятся. Есть заявление — посадят в колонию. И ведь всем же до пятого фонаря, что эта дрянь бьёт младшеклашек и подворовывает, что удастся. Уж не знаю, как далеко должна зарыться совесть у человека, чтобы на сиротах наживаться.