Dreamer – История одной жизни (СИ) (страница 63)

— Когда закончите свой увлекательный разговор позвоните Резанову и перенесите встречу на пять вечера, — я вздрогнула, резко замолчала и положила телефонную трубку на стол. — И ещё, так просто для справки. Правило номер 5: никогда не разговаривать о личных делах в рабочее время!

Все следующие две недели прошли приблизительно также. Я вставала в шесть утра, боясь опоздать хоть на минуту и всё равно в те дни, когда Максюта просыпался на мой шорох и начинал плакать, я приходила на работу как минимум минут на сорок позже начала трудового дня. Влад (мысленно я просто не могла называть его по отчеству) ничего мне не говорил, он вообще за все эти дни ни разу не повысил на меня голос. Да и зачем ему это было нужно, когда от одного его взгляда я чувствовала себя полным ничтожеством? Но мои опоздания были вершиной айсберга. С непривычки я не могла всё схватывать на лету. Я не сразу разобралась, что и к чему. А помогать мне было некому. Дней семь назад Вероника улетела со своим мужем в Прагу, и вернуться оттуда она должна не раньше начала следующего месяца. И это штормило меня ещё больше. Я не могла рассчитывать не на чью поддержку. А очередным ударом стало то, что два дня назад Максюту увезли на скорой с пневмонией. Моего малыша даже не положили в отдельную палату. Его разместили на кроватке в коридоре, с ещё несколькими больными. Мест, видите ли, нет. Я скандалила, просила, даже плакала, но мне ничем не могли помочь. И вместе с этим, даже, несмотря на то, что я не спала последние две ночи, я всё равно старалась, я выворачивалась наизнанку, чтобы показать, что я чего-то стою, но итогом моей работы стало то, что под конец второй недели Влад вызвал меня к себе в кабинет и совсем не для того, чтобы поручить какое-то задание. Он решил так сказать подвести результаты.

— Итак, что мы имеем. За две недели работы в моей компании вы пять раз опоздали, пропустили четыре важных звонка, неправильно составили график встреч на пятницу, а вследствие этого сорвали одну очень важную сделку. Если бы за вас лично так сильно не просила моя сестра, я бы никогда в жизни не взял на работу такую безответственную растяпу. Вы не справляетесь даже с самыми элементарными поручениями. Могли бы хоть для приличия попытаться оправдаться….Всё ладно, идите работать. Считайте это ваш последний шанс.

Меня пробивала дрожь. Я вся была на взводе от того, что все мои мысли разрывались между Максютой и этим мужчиной. Этим, так ненавистным мне мужчиной. Ну, разве между ним и тем Владом, которого я встретила на остановке, который копался в своей машине, а потом с улыбкой предложил меня подвезти, есть что-то общее? Нет, этот Влад — наглый бессердечный хам и эгоист. Его ничего не заботит кроме его чёртовой компании. Ему наплевать на людей, которые здесь работают. Он даже не вспомнил меня!…Да, это било больнее всего. С трудом, но я всё же призналась самой себе, что мне бы хотелось, чтобы он узнал меня. Тогда бы я хоть не терзала себя вопросами, было ли всё так плохо, что он даже не вспомнил меня? Или для него подцепить девушку на остановке, а потом переспать с ней обычной дело?

Внезапно я остановилась посреди кабинета, и прежде чем успела, что-либо сообразить, меня уже понесло по кривой дорожке.

— Если вы не заметили, то я живой человек, а не робот! Я ЖИВОЙ ЧЕЛОВЕК! И да, я опаздывала, я разговаривала по телефону в рабочее время, я иногда уходила без разрешения, но вы даже ни разу не поинтересовались почему! Вам вообще наплевать на всех сотрудников в этой компании. Вас волнуют только эти чёртовы бумажки, а они…они гроша ломанного не стоят, по сравнению с чувствами обычных людей, до которых вам конечно же нет никакого дела!

Я разрыдалась. Закрыла лицо руками и начала сглатывать струящиеся по щекам слёзы. Меня пробивала нервная дрожь. Я снова была на грани. Чёрт подери, я уже превратилась в какую-то истеричку, но так больше не может продолжаться.

Неожиданно, Влад, поставил рядом со мной стул, и с силой надавив на мои плечи, заставил меня сесть. А после этого, пока я удивлённо икая, размазывала слёзы по щекам, он налил в стакан воды и протянул мне его.

— Выпейте, успокойтесь и расскажите, что у вас случилось.

Я всё ещё удивлённо на него поглядывала, когда дрожащими пальцами обхватила стакан и жадно выпила так необходимую мне сейчас холодную воду.

— Ну же Оксана говорите, я жду.

— Я…У меня ребёнок заболел. У него температура сильная, знобит. Его в больницу положили, только там мест свободных в палате нет, его прямо в коридоре разместили…

Я видела, как глаза Влада удивлённо расширились.

— У вас есть сын?

— Да, — этому вопросу я была удивлена не меньше чем Влад, по всей видимости, моей речи. Почему-то мне казалось, что Вероника всё рассказала своему брату. — В какой больнице он лежит?

— А какое это…

— Оксана, вы забыли правило номер 3? На мои вопросы вы должны отвечать чётко и внятно. В какой больнице лежит ваш сын?

— В пятой.

Я икнула и снова залилась краской, но Влад явно этого даже не заметил. Он был чем-то очень сильно озадачен.

— В пятой…это там, где ещё школа искусств рядом? — я неуверенно кивнула, и Влад тут же усмехнулся. — Там же Ефремов главврач…как же, мест у него нет….Вот что, Оксана. Вы сейчас приведите себя в порядок и идите домой. На звонки я и сам смогу ответить. Завтра тоже на работу можете не приходить. Считайте, что у вас выходной. Отдохните, навестите сына. Но чтобы в четверг вы были на своём рабочем месте, ровно в девять и без опозданий. Всё ясно?

Я снова неуверенно кивнула, всё ещё не веря в то, что это происходит на самом деле.

— Правило номер 3.

— Я всё поняла.

— Тогда идите. Нечего мне тут потоп утраивать. И вообще запомните на будущее, я не переношу всех этих женских штучек. Если вы чем-то недовольны или вам есть, что сказать, то сумейте это сделать внятно и по-существу. Всё идите. Я предупрежу своего шофёра, он отвезёт вас домой.

— Но…

— Правило номер 6: приказы начальства не обсуждаются.

Я не смогла понять, не смогла поверить в то, что произошло, даже тогда, когда уже лежала дома, в своей кровати. Я ведь его оскорбила, нахамила ему, разрыдалась в его кабинете, а он…не уволил меня. Более того он выслушал, дал мне выходной, ещё и распорядился, чтобы его шофёр довёз меня до дома. Но как такое возможно? То, что сегодня произошло, совсем не вяжется с тем, как он относился ко мне все эти две недели. Или может вся его строгость, и нетерпимость заключается только в работе? Может, когда он выходит из роли грозного начальника, он становится совсем другим человеком? В любом случаи в тот вечер я об этом думать не могла. Я уснула, как только моя голова коснулась подушки, а когда утром, я пошла в больницу к Максюте и нашла его не в коридоре, а в большой светлой, заваленной кучей игрушек палате, я чуть было не потеряла сознание. Поначалу на мои вопросы, медсестра отвечала, что, мол, это помощь молодым матерям-одиночкам, но потом, когда я сунула ей в карман, всё что было у меня в кошельке, она поведала мне, что их главврачу поступил звонок от какого-то очень важного человека, после чего у них в больнице буквально все встали на уши.

Я очутилась в компании быстрее, чем за десять минут. Когда я буквально вбежала к нему в кабинет, Влад разговаривал по телефону, жестом руки заставил меня подождать и только когда попрощался со своим собеседником, перевёл на меня слегка удивлённый взгляд.

— Я ведь дал вам сегодня выходной?

— Я просто хотела сказать вам, что я не беспомощный ребёнок. Я сама смогу со всем разобраться и вовсе необязательно было звонить в больницу.

Меня трясло как в лихорадке. Я сама не понимала, зачем сейчас всё это сказала. Но, всякий раз, когда мне стоило оказаться рядом с этим мужчиной, я выкидывала какую-то безумную глупость.

Несколько минут Влад молчал, прищурившись, внимательно смотрел на меня, а потом абсолютно серьёзно сказал.

— Хорошо, — набрав на телефоне какие-то цифры, он прислонил трубку к уху. — Ефремов? Это Ветров беспокоит. Слушай, ты помнишь наш вчерашний разговор? Так вот всё отменяется. Да, не нужна отдельная палата. И игрушки тоже выкинь…

— Нет, не надо! — я испуганно вскрикнула и поддалась вперёд, остановившись в паре сантиметров от вмиг замолчавшего мужчины, который перевёл на меня выжидающий взгляд. — Не отменяйте ничего….пожалуйста…

— Ефремов, отбой. Да, всё остаётся по-прежнему. Считай, что палата закреплена за этим мальчиком.

Он сбросил вызов, положил трубку на стол и перевёл на меня свой взгляд. В эту секунду я подумала, что он, наверное, накричит, выгонит, а может даже уволит….Но он улыбнулся. Первый раз я увидела, как он улыбнулся, и мне захотелось зажмуриться. В животе запорхали бабочки. Мне вдруг стало так хорошо, что я чуть было, не запищала от радости.

— Ребёнок…ты сама ещё ребёнок, Оксана. Взбалмошный, безрассудный, глупенький…Ладно, иди, работай.

— Так ведь у меня выходной?

Я улыбнулась. Не смогла сдержаться. Слишком счастлива я была в этот момент. Пожалуй, так счастлива как ещё никогда в жизни.

— Выходной? Щас, размечталась. Сорвала мне важный звонок, а теперь ещё и выходной требует. Иди работать, живо.

Наверное, я влюбилась в него именно в этот момент. Точнее нет, я поняла, что люблю его именно сейчас, в этом кабинете. А зародилось это чувство ещё тогда, в ту ночь, на той остановке. Я снова полюбила. Хотя нет, я, наверное, первый раз полюбила. Искренни, по-настоящему. Так как никого и никогда в жизни. И с этого момента, с этого разговора, я начала вести себя как настоящая, немного сумасшедшая влюблённая девушка. Я стала просыпаться в полшестого утра, чтобы накраситься, приодеться, сделать причёску, которую я кстати изменила. Я немного подстриглась и перекрасила волосы в каштановый цвет. Я начала следить за собой. Сделала маникюр, первый раз за долгое время посетила салон красоты. Я, по-моему, немножко тронулась умом, когда попробовав в пекарне очень вкусное кофейное пирожное, купила ещё одно, точно такое же, упаковала его в красивую коробочку и, придя на работу в офис, дождалась, когда Влад уйдёт на обеденный перерыв, положив на его стол 'сладкую коробочку'. Когда он вернулся, он тут же вызвал меня к себе в кабинет и спросил, откуда здесь появился этот презент. Я сказала, что не знаю, но при этом покраснела с ног до головы и, судя по его едва заметной усмешке, он всё понял. А на следующий день, придя утром на работу, я обнаружила на своём рабочем столе розу. Шикарную красную розу без шипов, великолепный аромат которой просто обволакивал. И буквально через пару секунд 'по чистой случайности' рядом оказался Влад, несколько минут понаблюдал за тем, как я удивлённо разглядываю цветок и прежде чем войти в свой кабинет, усмехнулся — 'Понятия не имею, откуда она здесь появилась'. В тот момент я еле сдержалась от того, чтобы не запищать от восторга. Я чувствовала себя дурой, но ужасно счастливой дурой. Только вся эта эйфория разрушилась, когда он ближе к полудню вызвал меня в свой кабинет. Сначала, он что-то говорил о предстоящих встречах. Я слушала, даже что-то записывала, но все мои мысли были вдалеке от работы. Я всё чаще и чаще вспоминала о той ночи…