Дот Хатчисон – Дети лета (страница 19)

Но благие порывы закончились на диване с пивом и журналом головоломок. Обычно я с удовольствием покупаю одежду, но терпеть не могу целенаправленно искать не подошедшие мне в итоге наряды.

К вечеру, хотя еще не стемнело, желудок напомнил мне, что я не удосужилась пообедать. Зайдя на кухню, я порылась в своих продуктовых запасах. Обнаружила множество разных свежих овощей – ведь даже мне известно, насколько ужасен наш режим питания (по-моему, это одна из многих причин столь страстных стремлений Марлен и Дженни накормить нас) – и решила, что идея приготовить их с маринованным филе цыпленка кажется просто восхитительной. Надо будет сложить в миску кусочки тыквы, цуккини, грибов, лука, брокколи, перцев трех цветов и, слегка приправив их маслом, кунжутом, солью и перцем, просто выложить все на небольшой переносной гриль, за обзаведение которым Эддисон частенько поддразнивал меня. Он и до сих пор не упускает случая отпускать подобные шуточки, но тем не менее всегда с удовольствием поглощает все, что мы готовим на гриле, поэтому, очевидно, я выиграла.

Куриное филе, нарезанное на более или менее одинаковые кусочки, пропитывалось маринадом в миске, и я как раз собиралась нарезать овощи, когда раздался стук в дверь. Нож в моей руке повернулся в позицию, больше подходящую для драки, чем для резки, еще до того, как я полностью осознала происхождение этого стука. Тревожный и неудобный рефлекс для обитания в собственном доме. Заставив себя поочередно разжать пальцы, я положила нож на разделочную доску и откликнулась, устремляясь к раковине:

– Минуточку…

Солнце еще светило в полную силу; при дневном свете никто не полезет в чужой дом с нечестивыми мыслями.

Вытерев руки о джинсы по пути к двери, я глянула в глазок, но увидела в основном лишь буйные рыжие кудри.

– Шиван? – Быстро повернув ручку замка, я открыла дверь. – У тебя же есть ключи.

– Ты же все равно держишь дверь на цепочке, когда дома, – с робкой улыбкой пояснила она, – и я была не уверена…

– Заходи.

Войдя в прихожую, Шиван нерешительно помедлила, чего с ней не случалось уже давно. С тех пор как мы пережили в прошлом году проблему моего отказа от постоянного совместного житья.

– Ты чем-то занята?

– Просто готовлю ужин. Ты ела? Вот задумала сделать запасы на все выходные, поэтому готовится много еды.

Я направилась обратно на кухню к разделочной доске, позволив Шиван самой решить, где ей удобнее расположиться. Она огляделась, может, ища признаки каких-то изменений со времени ее последнего посещения (не нашла), или, может, искала видимые признаки того, что я сама изменилась (я не изменилась).

Не так давно матери говорили мне, что пора перестать притворяться. Я начала жалеть, что не послушалась их раньше.

– Я нарезала перцы большими кусками, поэтому ты сможешь выкинуть их, – сообщила я Шиван, игнорируя тот факт, что она еще ничего не ответила мне по поводу ужина.

– Спасибо. – Подруга положила сумочку на длинный столик у двери и, помедлив пару минут, пристроилась на высоком мягком табурете напротив меня за столом. – К тебе больше не привозили детей?

– Уверена, что Хизер, взволнованно приплясывая перед твоим рабочим столом, уже сообщила бы тебе, если б такое случилось.

– Вероятно, но ты сообщила бы мне, верно?

– Нет. Я же говорила тебе, что первый шаг за тобой. – Проверив температуру гриля, я забросила на него все овощи, сразу начавшие шипеть и распространять ароматные воздушные волны.

– И ты не нарушила бы своего решения, чтобы сообщить мне об очередном доставленном к тебе ребенке?

– Ну, видишь ли, такие доставки не требуют расписки.

Шиван вздохнула и осторожно положила руки на край стола, на безопасном расстоянии от гриля и возможных обжигающих брызг.

– А у вас есть какие-то зацепки?

– Нет.

– То есть они могут продолжать появляться?

– Да.

– Мерседес…

– Я не в силах догадаться, что ты хочешь мне сказать. – Я пожала плечами, пробуя готовность овощей металлической лопаткой. – У нас пока нет никаких зацепок, дети могут продолжать появляться… что еще, как ты думаешь, я могу сказать?

– Ну, не знаю… а нельзя ли, к примеру, как-нибудь следить за твоим домом?

– Чтобы расщедриться на слежку, для начала кто-то должен хотя бы переступить его порог.

– С каких пор Вик не захотел бы…

– ФБР не занимается этим делом, – напомнила я ей.

– Ну, тогда полиция.

– Наша улица слишком тихая и открытая для скрытной слежки, и все равно они не могут отрывать людей от обычной деятельности ради такого странного и непредсказуемого случая.

– Знаешь ли, есть такая штука, как простые ответы.

– Буквально только что ты сердилась на меня за простые ответы.

Подперев подбородок руками, Шиван промолчала.

Я посыпала приправами цыпленка и овощи и открыла холодильник.

– Выпьем что-нибудь?

– Типа вина?

– Разумеется.

Я налила нам по бокалу и вернулась к готовящемуся на гриле блюду. Дав овощам дойти почти до готовности, сбрызнула их соусом практически в последнюю минуту, чтобы они не успели совсем размякнуть, и подала на стол блюдо, разделив его в равных частях между двумя тарелками и тремя пластиковыми контейнерами. Выдала Шиван вилку, а сама вытащила китайские палочки из симпатичного лакированного набора, подаренного мне на Рождество Инарой и Викторией-Блисс, положила их рядом со своей тарелкой и занялась мытьем гриля, пока грязь еще не остыла и не засохла.

Ужин проходил в молчании. Моя спина удобно опиралась на край кухонного стола, а подруга сидела напротив меня, но мне вдруг показалось, что за всю мою взрослую жизнь у меня не случалось такой уединенной трапезы. Когда мы покончили с едой, я сполоснула тарелки с вилками и загрузила их в посудомоечную машину, а палочки просто вымыла и оставила сушиться на полотенчике. Эта деятельность почему-то заставила меня вспомнить о стильной кухне Стерлинг, несмотря на то, что мои блеклые и жалкие кухонные полотенца были выбраны наугад на распродаже дешевых товаров в универсаме «Таргет».

– Я скучаю по тебе, – прошептала Шиван за моей спиной.

– Не поэтому ли ты здесь?

– А почему, по-твоему, я здесь?

Должно быть, у меня вырвался тихий смешок, хотя мне было совсем не до смеха.

– Богом клянусь, Шиван, у меня нет ни малейшей идеи. Хотелось бы надеяться, что тебе хочется разобраться в нашей проблеме, но если мое предположение ошибочно и тебе еще нужно время на размышление, то лучше мне вовсе ничего не предполагать. – Я пока выпила лишь пару глотков вина, а ее бокал опустел, поэтому я налила ей второй. – Ты уже решила, чего хочешь?

Шиван долго молчала. Я не стала торопить ее и, привалившись к столу, потягивала вино, не нарушая повисшего между нами молчания. Такое знакомое мне молчание; оно всегда подспудно сопровождало меня во время ее непрерывного потока болтовни. В этом-то и крылась сущность проблемы.

– Нет, – наконец тихо и испуганно произнесла подруга.

– Тогда зачем ты приехала?

– Я соскучилась по тебе! – крикнула она.

– Так что, устроим грандиозное воссоединение, рухнув в кровать, и тогда все уладится, как по волшебству? Я-то думала, что мы договорились, а оказывается, у нас тут чистый Голливуд – полная лажа…

– Как может столь романтичный человек выдавать такую откровенную циничную чушь?

– Какова ситуация, такова и реакция.

Шиван показала мне пресловутый «средний палец», потом, вздохнув, сама уставилась на него.

– Я набралась дурных привычек, глядя на вас с Эддисоном.

– Всё в порядке, Стерлинг тоже их набралась.

– Я не понимаю, каких слов ты ждешь от меня.

– Значит, пока наша жизнь будет бессловесной.

Осознав, что разговора не получится, я продолжила убираться на кухне, вымыла разделочную доску и ножи и оставила их сохнуть рядом с китайскими палочками.

– На одну ночь, только… только на одну ночь, пожалуйста, можем мы сохранить…

– Притворство? – Я покачала головой. – Не думаешь же ты, что это реально чему-то поможет?

– Но разве это может кому-то повредить?

Очень сильно. Может повредить очень, очень сильно, но когда она зашла на кухню и страстно поцеловала меня, я не оттолкнула ее, лишь осознав, что край стола больно врезался мне в бок. Раньше я совершала и более серьезные ошибки.