Дот Хатчисон – Дети лета (страница 14)

– Вы говорили, что работаете агентом ФБР.

– Так и есть.

– А как вы… – Сара судорожно сглотнула, но потом взглянула на меня горящими глазами. – Как вы думаете, я могла бы стать такой же, когда вырасту?

– Дружок, если твое стремление будет достаточно упорным и ты станешь много трудиться, то я искренне верю в то, что ты сможешь стать тем, кем захочешь. В том числе и агентом ФБР.

– Я хочу защищать людей.

– Ты уже защищаешь. – Мое сердце дрогнуло, когда она смущенно склонила голову. – Сара, он же мог начать приставать к Эшли. Ты давно защищала свою сестру, и у тебя так здорово получилось, что она даже не узнала о грозившей ей опасности.

Пока девочка размышляла над моими словами, пришла доктор, женщина немного старше меня, с добрыми глазами и мягким голосом, и начала объяснять этапы обследования, не вдаваясь особо в технические детали, но и не делая их унизительно упрощенными. Во время этого рассказа она иногда задавала Саре легкие вопросы, не предполагавшие излишне личных ответов. В ходе обследования Сара слегка ерзала и раз-другой вскрикнула, когда даже предупреждения доктора не уберегли ее от болезненных ощущений, однако в итоге доктор сердечно улыбнулась ей, снимая перчатки.

– Вы просто умница, мисс Картер.

– Неужели это всё… всё в порядке? Ну, понимаете, там… там, внутри?

– В основном, – честно ответила док; лицо ее не выражало особого беспокойства. – У тебя есть небольшое поверхностное воспаление, имеются незначительные потертости, и они вызывают довольно болезненные ощущения, поэтому мы назначим тебе лечение: антибиотики, чтобы предотвратить заражение, и противовоспалительные таблетки, уменьшить припухлость и боль. Плохая новость… хотя не такая уж плохая, просто несколько неловкая, – заключается в том, что тебе также поможет особая мазь. После того как ты отдохнешь и приведешь себя в порядок, одна из моих медсестер уединится с тобой и научит, как пользоваться мазью. Считай это школьным уроком гигиены, пусть и немного более щекотливым; но ты, вероятно, уже и сама поняла, чему тебя научат.

Сара рассмеялась – и слегка вздрогнула от собственного смеха.

– Скоро тебе выдадут пижаму, – продолжила док, – и как только ты переоденешься, медсестра отведет тебя на один из верхних этажей. Сегодня ты будешь спать вместе с сестрой и братом в одной палате.

– А с ними все нормально?

– Да, вполне. Расстроены, конечно, и испуганы, но физически у них все прекрасно, и сегодня ночью у вас будет дежурить медсестра. Сейчас там у них также сидит социальный работник, и она расскажет тебе, что ждет вас в будущем. Тебе нужно, чтобы тебя проводила агент Рамирес, или ты позволишь ей остаться и немного поговорить со мной?

– Думаю, я справлюсь сама, – слабо улыбнувшись мне, ответила Сара. – Спасибо вам, агент Рамирес.

– Можешь называть меня Мерседес, – сказала я, и ее улыбка стала смелее. – Перед уходом я дам социальному работнику свои координаты, и у нее будет моя визитка для тебя с моим телефоном и электронной почтой. Если тебе, Сара, что-то понадобится, даже если просто захочется поговорить, – пожалуйста, дай мне знать. В ближайшее время вас ждет много событий и новостей; возможно, с ними будет трудно справиться, особенно учитывая, что тебе надо быть сильной и позаботиться о младших… Но не бойся проявлять слабость со мной, ладно? Короче, ты сообщишь мне, если я буду тебе нужна.

Девочка кивнула и сжала мою руку, а потом отпустила, позволив мне уйти, и мы с доктором, выйдя в коридор, направились по коридору в какой-то специальный кабинет.

– Насколько я нарушу профессиональную этику, если захочу выяснить, какой мерзавец сотворил с ней такое, и оскопить его? – ненавязчиво поинтересовалась док.

– В штате Вирджиния осквернение трупа могут счесть преступлением. Хотя я могу уточнить.

– Трупа? – На мгновение задумавшись, она резко кивнула и добавила: – Соглашусь, что этого вполне достаточно.

– Итак, ее состояние хуже, чем вы сказали ей?

– Нет, физически она полностью поправится – со временем, при хорошем лечении. Просто я придерживаюсь того мнения, что любых насильников надо кастрировать, а наказание мерзавцев, насилующих детей, должно быть как можно более болезненным и разрушительным.

– Мне нравится ваше мнение.

– Мы сделали анализ крови вашей коллеги; количество алкоголя уже снизилось до допустимого. Не думаю, что вашей группе удастся нормально выспаться этой ночью.

– Да, это вряд ли… Спасибо вам, доктор.

Стерлинг сидела в приемной, хмуро взирая на свой мобильник; рядом с ней дымился стаканчик с пенным горячим напитком.

– Здесь у них есть кофейный автомат, если хочешь взбодриться, – сообщила она мне, – хотя если их кофе такой же поганый, как чай, возможно, не стоит рисковать…

– Пока мне хватает бодрости, – заявила я, опускаясь на стул рядом с ней. – Я еще не успела проверить свой мобильник, есть вести от парней?

– Сообщили, что место преступления подобно тому, что вы видели в доме Уилкинсов. Отца усмирили парой выстрелов, мать зарезали до смерти, а отца буквально искромсали. В отличие от Дэниела Уилкинса, Сэмюелу Вонгу нанесли множество колотых ран в паховую область.

– Ронни Уилкинс, в отличие от Сары Картер, не подвергался сексуальному насилию, так что, на мой взгляд, это логично.

– Они жили в одном из районов на окраине городка, дома там окружены большими земельными участками, поэтому никто из соседей не имел возможности что-то видеть или слышать. – Она оторвала взгляд от телефона. – Еще Вик сообщил, что все зеркала в комнате и ванной Сары занавешены.

– Это не редкость для тех, кто страдал от подобного насилия.

– Бригада экспертов-криминалистов осматривает место преступления, но пока ничего существенного не выявлено. Большинство жителей в том районе не запирают двери на ночь.

– Спокойный район.

– Уверена, что и сейчас ничто не нарушает их спокойствия… – Она вздохнула и, положив телефон на колени, спросила: – Неужели она опять заставила их смотреть на эти убийства?

– Нет. С тремя гораздо труднее справиться, чем с одним, особенно если двоих никто не трогал. Она разбудила их позже и заставила послушать сердцебиение.

– Конец света!

Несколько минут мы просидели в молчании. Я пыталась решить, что лучше: сообщить обо всем этом Шиван лично – несмотря на ее лаконичный эдикт, предписывающий мне позволить ей возобновить наше общение тогда и только тогда, когда она созреет для этого, – либо дать ей возможность самой узнать все на работе. Мне следовало отправить сообщение в аналитическое бюро, чтобы, придя на работу, они сразу запустили поиск любых возможных связей между Сарой и Ронни. При наличии одной зацепки искать что-то особенное в основном бесполезно, но две зацепки уже могут иметь нечто общее, чтобы составить некую модель. Две зацепки могут указать направление. Как бы мне хотелось, чтобы Ивонна, закрепленный за нашей группой аналитик, уже вышла из декретного отпуска… Она отлично умеет находить тайные ниточки связей между пунктами А и Б.

– Как ты думаешь, кровать Эддисона достаточно велика для трех человек?

– Что?

Стерлинг склонила голову мне на плечо. Она уже успела опять кое-как завязать «конский хвост», но выбивающиеся пряди начали щекотать мне шею.

– Моя маловата, а твой дом, вероятно, опять опечатали. Нынче ночью нам надо держаться вместе.

Я шутливо дернула ее за ухо.

– Ты еще немного пьяна, верно?

– Совсем немного.

– Утром нам точно не дадут спать, но кто помешает нам урвать немного сна ночью? – Я прижалась щекой к ее голове и, вздохнув, пробормотала: – Если у Эддисона не хватит места, мы все растянемся на полу в гостиной Вика.

– Отлично.

Возобновившееся молчание нарушали доносившиеся издалека разговоры и редкие вызовы внутренней телефонной связи. Чуть погодя мимо нас в операционную пронеслась группа врачей в медицинских халатах и хлопчатобумажной форме травматологического отделения, а через пару минут мы услышали приближающийся вой сирен. Телефон Стерлинг ожил и защебетал, принимая ряд сообщений, быстро доставленных друг за другом. Мы перевели дух, выждали момент, и она, взяв мобильник, открыла сообщения и начала зачитывать их по очереди.

9

– Говорят, к твоему дому опять привезли детей.

Шиван стояла около моего рабочего стола, а я совершенно потеряла ориентацию во времени, но, очевидно, она уже пришла на работу утром (неужели все еще утро?), поскольку успела напялить свой отвратительный свитер. Прямо над ее рабочим столом находился какой-то мощный кондиционер, и какие бы температуры на нем ни выставляли, из него, казалось, перманентно дуло морозным воздухом. Тот факт, что мои мысли сосредоточились на свитере Шиван, а не на ее присутствии около моего стола, не сулил ничего хорошего для общения, которое явно должно было последовать.

Откинувшись на спинку стула, я сдержала желание оживить массажем лицо, памятуя, что лишь благодаря косметике оно в данный момент отчасти напоминало человеческое.

– Я оставила тебе голосовое сообщение, – слегка придя в себя, откликнулась я, – просила перезвонить мне.

– Да, а потом я пришла на работу, где Хизер уже поджидала меня там, горя желанием сообщить о том, что к твоему дому доставили очередных окровавленных детишек.

– Я не заказывала их на «Амазоне»[24].

– Мерседес!

– Шиван, что, собственно, ты хочешь мне сказать? Да, на крыльце опять сидели дети. Да, их родителей убили. Да, это кошмар.