Дориан Торнвуд – Время между нами (страница 3)

Машин на улице почти не было, в связи с чем они доехали до полицейского участка спустя каких-то десять минут и вышли из машины. Это был ничем не примечательный полицейский участок в жилом доме практически без каких-либо опознавательных знаков. Они зашли внутрь.

– Здравствуйте, вы что-то хотели? – спросил их здешний работник.

– Да, нам нужно рассказать о родителях Элины Вельтман. Вернее, моему сыну, – ответил отец, показав на Нордиса.

– Сейчас позову полицейского и он опросит вас, – сотрудник тут же куда-то отошел

Прождав пару минут, он вернулся в компании какого-то полицейского.

– Здравствуйте, пройдемте в мой кабинет, – предложил он им и они последовали за ним.

– Элина Вельтман? – спросил полицейский, когда они присели в кабинете и Нордис рассказал им из-за кого они к ним пришли. – Что не так с ее родителями?

– Они избивают ее! – выкрикнул Нордис.

– У вас есть доказательства на этот счет?

– Прямых доказательств нет, – вмешался папа.

– Только то, что вся ее левая рука была покрыта кучей синяков, – добавил сын. – В-вы сможете что-то сделать?

– Мы можем проверить ее родителей в ближайшее время, но, сами понимаете, пока у вас нет прямых доказательств – ваши слова не стоят ничего.

– Мы понимаем, – отец встал со стула, а Нордис встал вслед за ним. – В любом случае, спасибо, – он открыл дверь и вышел из кабинета вместе с сыном. – Ну что, теперь тебе спокойнее? – Эрнест посмотрел на Нордиса.

– Теперь я хотя бы верю в то, что смог как-то ей помочь, а не сидел в стороне, зная всю правду ее семьи, – ответил Нордис, укрепляя свою веру в правильность своих действий.

Они вышли из полицейского участка и затем куда более спокойно поехали домой, почувствовав небольшое облегчение после всего этого.

2 Гопники/Новое начало

На следующий день Нордис с неохотой проснулся от громко звенящего будильника и потянулся к нему. Он был настолько громким и противным, что легко мог дойти до родителей, спящих в другой комнате.

“В этом, наверное, и была вся суть будильников, иначе как бы он будил всех без этого резкого и противного звука?”

Нордис встал, приоткрыл шторы и увидел ослепляюще яркое солнце, окончательно разбудившее его и давшее понять, что пора идти в школу. Оперативно позавтракал бутербродами, лежащими с прошлого дня в холодильнике, а затем, одевшись, вышел из дома.

Идя до школы он практически ни о чем не думал: будто бы совершенно забыл о вчерашнем дне и оставил все позади. Не зря говорят “новый день – новая жизнь”, ведь порой даже самые важные моменты люди забывают, продолжая жить как ни в чем не бывало.

Нордис остановился у пешеходного перехода и начал ждать зеленого света вместе с кучей таких же школьников как он. Все они были разные, но, в то же время, были чем-то друг на друга похожи.

Он смотрел на маршрут, пройденный им уже тысячу раз и на все те же потресканные плиты, некоторые из которых вообще отсутствовали на своих местах. Нордис дошел до школы в своем медленном темпе, переобулся и зашел в класс, присев за свою парту.

– Э-эй! – подошел к нему радостный Эрвин. – Как вчера с Элиной погулял?

– Чего это ты такой радостный? Неужели даже не разозлишься на меня за то, что вчера вместе с Элиной оставил тебя одного и ушел гулять вместе с ней? – Нордис совсем не понимал его радости.

– Да я уже привык к этому, – он легонько улыбнулся.

“Значит Элина была права”.

– Ну так что? – продолжал Эрвин, нагнувшись к нему. – Подкатил к ней? – сказал он тихо, чтобы никто другой не услышал.

– И не пытался.

– Что, серьезно? – опечалился его одноклассник – Такой шанс, между прочим, не так часто выпадает… Ну, дело твое, – он отошел от него и ушел в коридор.

“Неужели отвязался” – Нордис выдохнул с облегчением.

Он осмотрелся, увидел Элину на последней парте среднего ряда и внезапно вспомнил их вчерашний разговор.

“Может, подойти к ней?” – подумал он, четко ощущая, как беспокойство за нее перевешивало его замкнутость и страх социума.

Нордис встал и подошел к ней, в то время как его одноклассники внимательно наблюдали за ним.

– Ты как?

– Нормально, – Элина подняла свою голову и посмотрела на него. – Почему спрашиваешь?

– А-а, н-ну… – Нордис не решался говорить напрямую.

– Я поняла. Не переживай ни о чем.

В ее словах чувствовался фальш, но Нордис не хотел ставить ее слова под сомнения и расспрашивать ее в такой неудобной обстановке.

– Л-ладно, тогда я пойду, – он медленно вернулся к своей парте.

– Сам Нордис заговорил с Элиной, – перешептывались одноклассники неподалеку.

– Всем тихо! Урок начался! – громко сказал учитель, войдя в кабинет. Все, поприветствовали его стоя и затем сели на свои места.

Прошло три урока и Нордис хотел выйти в коридор, чтобы перевести дух. Он вышел из кабинета и пошел налево, как вдруг чья-то нарочно выставленная нога помешала ему сделать шаг и он упал.

– Что ты творишь? – Нордис снизу вверх посмотрел на Рейнарда – виновника произошедшего.

– Ты про что?

Он поднялся и подошел к нему ближе.

– Не строй из себя дурака, – сказал Нордис, взяв его за воротник. Такая ситуация происходила уже не первый раз и он был уверен в том, что тот делает все это специально, но никак не мог понять почему.

Рейнард резко оттолкнул от себя Нордиса одной рукой и тот столкнулся с проходящим мимо школьником, сбив того с ног.

– Ай… – сказал он, взявшись за левую руку.

– Простите, меня толкнули, – сказал Нордис незнакомцу.

– Все нормально… Не страшно, – неловко ответил он, вставая.

Нордис посмотрел в глаза Рейнарду, показательно ухмыльнувшись, после чего обратно вернулся в класс.

“Ради чего ты живешь?” – внезапно вспомнил он вопрос Элины, пытаясь найти более подходящий на него ответ. Подумав об этом несколько минут, он так и не смог найти наиболее подходящего ответа чем тот, что он дал ей тогда.

“Наверное, здесь даже и не нужна как таковая причина, потому что после черной полосы рано или поздно появится белая, – продолжил размышлять Нордис. – Многое в этой жизни можно изменить, пока ты жив и, надеюсь, что ситуация Элины в этом плане не будет исключением”.

Уроки закончились и все потихоньку ушли, в то время как Нордис единственный остался в классе из-за своего дежурства и сразу же ощутил, как тихая и безжизненная атмосфера кабинета съедала его с каждой секундой нахождения здесь. Он как можно быстрее закончил с уборкой, собрался и вышел из школы, желая побыстрее дойти до дома, ибо он итак потерял достаточно времени на “никому ненужную фигню”.

На выходе стояло несколько человек, среди которых Нордис краем глаза заметил Рейнарда, но не предал этому особого значения. Он быстро шел, совсем не смотря по сторонам, как вдруг кто-то встал перед ним и остановил его.

– Что ты делаешь? Дай пройти, – сказал Нордис толком не смотря на его лицо, ибо не желал тратить свое время на него.

– Это я у тебя должен спросить, – ответил ему Ройк, выйдя вперед. Это был парень на год старше, о котором ходили слухи, что он любит Элину и никого к ней не подпускает. Нордис об этом тоже знал.

– Вы про Элину? Че ж вы все так помешаны на любви, я просто хотел ей помочь! – сказал Нордис, не дождавшись ответа на свой вопрос.

– Помочь? С чем? У нее вроде все в порядке и она ни на что не жалуется.

– Да? Это все потому что вы слепые дураки и принимаете ее каждое слово за истину! – не стал сдерживаться Нордис.

Ройк тут же замахнулся на него и ударил его по лицу. Удар был сильным и он даже упал на землю, почувствовав как кровь потекла из его носа. Они смотрели на него свысока, не ожидая от него никакого ответа, ведь их было много, а Нордис один. Не говоря уже о том, что большинство из них было выше и сильнее его.

Он резко встал и, разбежавшись, ударил со всей силы Ройка в ответ, свалив того с ног.

– Держите его! – приказал Рейнард, после чего окружавшие Нордиса парни быстро схватили его за руки. Он пытался вырваться, но сладить с четырьмя более сильными парнями в одиночку было физически невозможно.

– Ты ответишь за это, паскуда… – сказал Ройк с явной злостью в глазах, медленно вставая.

Он встал и подошел к ним, после чего замахнулся и ударил Нордиса в живот. Тот скрючился от резкой боли, но удары все продолжались. Ройк чередовал удары по лицу и по животу, пока ему не надоело.