Дора Коуст – Подаренная Снежному. Королевство Драконов (страница 53)

– Но почему? – спросил он едва слышно.

Чтобы произнести это, мне понадобились все мои силы. Крепкие, почти болезненные объятия не способствовали появлению храбрости.

– Мне нужно исполнение желания, – ответила я сдавленно.

– Я исполню любое твое желание. Только скажи. Все что угодно.

Снежный пытался заглянуть мне в глаза. Он улыбался так, будто думал, что нас разделяет какая-то глупость. Мелочь, которую и значительной-то не назвать.

Я боялась говорить ему правду. Боялась, но все равно решилась:

– Мне нужен артефакт, который забирает искру дара у человека.

Повисла напряженная пауза. Я видела, как Квелин поменялся в лице. Как беззвучно выдохнул. Еще до того, как он ответил, я уже знала, что он не сумеет исполнить мое желание.

– Значит, артефакт нужен был тебе, а не Ристе, – заключил он безэмоционально. – Мне жаль, но это невозможно, Анатейзия. Этот артефакт запрещен. Даже одно его упоминание в Королевстве Драконов карается казнью.

– Из-за чего? Что в этом артефакте такого особенного? – спросила я раздраженно.

– Этим артефактом можно убить дракона.

Я слушала Квелина очень внимательно. И сама знала, что артефакт вытягивал магию. Именно так он и работал, но для драконов эта штучка оказалась губительной. Потому что их вторая ипостась целиком состояла из магии, но при этом обе ипостаси были неразделимо связаны.

Если отнять у них драконью сущность, они умрут.

– Но люди не умирают, – возразила я.

– Люди – нет, но артефакт запрещен. Если ты думаешь, что организаторы отбора достанут его для тебя, то глубоко ошибаешься.

– Я подписала контракт! Они обязаны…

Вырвавшись, я отошла от Квелина на три шага. Не могла смириться с его словами. Филья обязана будет выполнить мое желание. Если я пройду, у нее не останется ни шанса для отказа.

– Тез, тебе откажут, – глухо произнес Снежный.

Я обессиленно обернулась. Голос предательски дрожал:

– Но это единственный шанс спасти моего племянника. Я пришла на отбор за ним.

– Я поищу иной способ, я…

– Иного способа нет, – почти прокричала я и перешла на шепот: – Мне нужен этот артефакт, и я его получу. А теперь уходи.

– Тейзи, – дракон попытался возразить.

– Уходи, – процедила я, срываясь в жестокость. – Ты ведь хотел соблазнить меня сегодня, не так ли? Хотел сломить мою волю в угоду себе, вопреки всем моим «нет». Что же. Ты почти победил. А теперь уходи. Я не хочу тебя видеть.

Квелин продолжал сидеть. Он смотрел на меня мрачным взглядом.

– Убирайся! – закричала я, не выдержав. – Я не стану твоей темани. Никогда.

Резко поднявшись, Снежный чеканным шагом прошел мимо меня. Я вся сжалась, когда он поравнялся со мной, но дракон не остановился. Так и вышел в коридор без рубашки, а я осталась стоять.

Уже за порогом он обернулся. Не выдержав, я подбежала к двери и захлопнула ее. Чтобы не смотреть, не видеть. Рыдания душили, разрывали грудь. Мне было плевать, будет ли меня слышно. Я оплакивала свое разбитое сердце и даже не надеялась, что когда-нибудь оно заживет.

Некоторые болезни целители лечить так и не научились.

До самого рассвета я так и сидела на полу у двери. Это был не первый мужчина, который пытался за мной ухаживать. Но я отказывала всем еще при знакомстве. Не хотела обжечься, как сводная сестра, а потом стало не до того. У меня появились Рейшик, книжная лавка и две пеструшки на попечении.

Мне осталось продержаться ровно сутки. Только сутки, и я вернусь домой.

Съежившись на полу у двери, я едва слышно пела старую песню, которую когда-то напевала мне мама. Ее очень любил мой отец:

Я найду тебя среди ветра и снега,

Отыщу среди памяти лиц.

Мы построим с тобой наше общее лето,

Будем слушать в нем пение птиц.

Я пойду за тобой во все стороны света.

Я возьму тебя за руку. Стой. Не кричи!

Вот земля. Она снова снегом одета.

Вот мой дом. Забери от него ключи.

И метелью, и вьюгой танцуем по ветру –

Платья цвет разлетается в лоскуты.

Наша песня с тобою в последний раз спета,

А за краем лишь шаг. До пустоты.

Этот выбор, его мы не делали сами.

Только сердце обманом не взять.

Будет дочка у нас с твоими глазами.

Вот колени мои. Я готов умолять.*

Закончив, я прикрыла веки. Сил подняться с пола просто не было. Прошлым вечером я так и не задала Квелину самый главный вопрос. Мне не хватило на это смелости.

Я хотела спросить, удалось ли Ахасану уговорить короля на свадьбу с Ристой. Но боялась услышать ответ совсем на другой вопрос: осмелится ли Снежный пойти наперекор вековым устоям.

Не осмелится. Теперь я это точно знала. Он ни слова не сказал о женитьбе, когда щедро сыпал обещаниями.

Он предлагал мне стать его темани. Любимой, но не женой.

Как бы больно мне ни было это признавать, но я ошиблась в нем. И он в себе ошибся.

Тем, кого действительно любят, любовницей стать не предлагают.

_______________________

* Автор стихотворения: Дора Коуст (Любовь Огненная)

Глава 27. Прощальный подарок

Вместо приветствия за завтраком Филья произнесла:

– Этим утром форды Прейн и Дреови были исключены из отбора.

Ее испепеляющий взгляд был адресован мне, словно я лично была в этом виновата. Впрочем, на меня посмотрели все фисы. Но я не позволила себе опустить глаза.

Внутри что-то обессиленно рухнуло. Теперь вернуться в особняк Квелин просто не имел права.

Ристория под столом незаметно взяла меня за руку. В знак поддержки. Если честно, я уже и не надеялась увидеть подругу.

– А разве такое возможно? – удивилась Хелия.

– Возможно, – отчеканила фиссис Базенова, словно сама ситуация ее раздражала. – К участию в отборе допускаются лишь те форды, кто уже успел заключить помолвку и чья свадьба назначена на ближайшие недели. Форды Прейн и Дреови свои помолвки расторгли. Кроме того, сегодня фиса Эйфчис и форд Тейшан также покидают отбор. От лица всех присутствующих я желаю вам счастья, Ристория. Не упустите свой шанс.

Риста снисходительно кивнула, а я криво усмехнулась. Филья ни слова не сказала о том, в каком статусе моя подруга покидала этот отбор. Фисы наверняка подумали, что этой ночью она стала темани Черного форда, но нет.