Дора Коуст – Гувернантка для чешуйчатой прелести. Переполох в королевском дворце (страница 31)

Генерал Авраим Юхоко насмешливо улыбнулся.

– Это означает “моя любовь”. Так мы обращаемся только к тем женщинам, которых считаем своими, кем дорожим сильнее всего, – поведал он, говоря тихо, словно раскрывал великую тайну.

– А для детей есть такое особое слово?

– “Эй тир-ра”, – с готовностью ответил дракон. – Оно означает “мое сердце”.

Поблагодарив мужчину кивком, я скрыла за этим неловким жестом смущение и торопливо покинула балкон. Не оборачивалась, не желая, чтобы Дэйривз увидел слезы в уголках моих глаз. Но то были слезы счастья. Отчего-то хотелось танцевать, громко смеяться и даже обнять весь мир.

Когда два огромных темных дракона ухнули прямо с балкона, я все же позволила себе обернуться и посмотреть на них. Герцог Эльдоро немногим уступал генералу Волдерту в размерах. Их мощные крылья уверенно разрезали воздух, а в моей голове так и звучал страстный шепот, окутавший прошлую ночь.

“Эй р-р-ринта”.

“Моя любовь”.

Несмотря на то, что ночью мы с герцогом не сомкнули глаз, я чувствовала себя более чем прекрасно. Пока принимала ванну, переодевалась и делала скромную прическу, Лея рассказывала о том, как провела эту ночь в моих покоях.

Попасть в них сегодня пытались трижды. В первый раз неизвестные решили воспользоваться уже проторенной дорожкой. Кто-то отчаянно пробовал сдвинуть с места поворотный механизм камина, но ему этого сделать не удалось.

Во-первых, помешала оставленная мною мебель. А во-вторых, магия генерала Юхоко. По просьбе герцога Трудо его друг добавил на эти покои и своих защитных плетений тоже. В магии защиты этот дракон претендовал на звание лучшего.

Во второй раз неизвестные решили воспользоваться балконом. Но так как попасть на него откуда-нибудь сбоку, через соседние окна, не представлялось возможным, они решительно перли вверх по стене, карабкаясь через специальный артефакт, похожий на увеличенные кошачьи когти.

– А откуда ты знаешь, что они использовали именно этот артефакт? – насторожилась я, глянув на девушку через отражение в зеркале.

Я сидела на низком пуфике, пока Лея наводила мне красоту. На вороте ее скромного платья сиял крохотный квадратный рубин в золотой оправе.

– Так когти так и остались в балюстраде и мраморе, когда мерзавцев откинуло вниз магическое защитное поле. Там-то их быстро в ближайшие кусты утащили, а тут Его Светлейшеству пришлось самому следы зачищать.

О том, что Авраим Юхоко охранял мои покои этой ночью, я даже не догадывалась и была крайне удивлена.

– Ну а третий раз? – поинтересовалась я, вставая перед зеркалом на ноги.

В темно-сером, почти монашеском платье я больше походила на послушницу, нежели на Первую даму королевства, но меня мой внешний вид полностью устраивал. За исключением одной маленькой детали.

– А добавь-ка еще синевы под глазами и побольше выбели лицо. Чтобы я на зомби похожа была, – попросила я, усаживаясь обратно на пуф.

– Э нет, до этих тварюшек, Ваше Сиятельство, вам точно далеко, – улыбнулась служанка игриво.

А я вдруг поймала себя на мысли, что ее чопорность сегодня растворилась без следа.

– А что до третьего раза, так совсем нечистые обнаглели, – щедро пудрила она мне щеки. – Через дверь попытались войти в гостиную. Но там тоже защита сработала. Эти покои теперь почище королевских охраняются, а…

– Лея, ты ведь не служанка? – уточнила я с мягкой улыбкой.

Девушка на миг замерла. От смущения на ее щеках проступили зеленоватые чешуйки. По цвету и переливам они напоминали густое болото.

– Служанка, – ответила она просто, сжала губы словно в замок и продолжила пудрить мне лицо. Однако, не выдержав, эмоционально добавила: – Да я правда служанка! Но если Его Светлейшество спросит…

– Какой из них? – уточнила я невозмутимо.

– Авраим, – ответила она и тут же зажала себе рот ладошкой, затем с отчаянием застонала, а потом: – Вы же не выдадите меня, правда? Авраим сказал, что, если меня вычислят, он меня больше на дело не возьмет. А мне уже надоело сидеть в поместье.

Жаловалась девушка искренне. По эмоциональной зрелости она напоминала мне ребенка, а не серьезную даму, какой старалась казаться. Но меня интересовало другое. Берана собиралась выйти замуж за генерала Юхоко и должна была знать заранее, если у него имелась любовница.

– Ты… его любовница? – спросила я напрямик, не желая блуждать вокруг да около.

– Что? Нет! Конечно, нет! – горячо заверила меня девица. – Я его сестра. Младшая. Незаконнорожденная и вообще тайная. У нас большая разница в возрасте, но я быстро расту. Только скучно одной, понимаете? Он здесь, а я там. А так и делом полезным занята. Вы же ему не расскажете, что я раскололась?

– Не расскажу, – усмехнулась я довольно и все-таки посмотрела на себя в зеркало.

А с пудрой-то мы перестарались. Впрочем, как и с синевой под глазами. Но времени переделывать уже не осталось. Я хотела успеть на завтрак в крыло королевских воспитанников и явилась точно ко времени.

Вейола и Берана моему внешнему виду удивились несильно, а вот дети и другие няни и гувернантки впечатлились.

– Всю ночь в дамской комнате провела! Не понимаю, что за напасть, – громко прошептала я Беране, чтобы меня услышали абсолютно все.

– Вот и Его Величество какую ночь мучается, – тут же со вздохом подхватила рыжая. – Говорят, несвежее что-то вчера за завтраком попалось. А я считаю, что это все проделки Озии. Ведь, кроме вас двоих, больше никто не пострадал.

Я старательно закивала, состроив донельзя печальную мину. Новые слухи для придворных сегодня рождались именно в этой комнате.

После завтрака и до начала занятий ребятишкам полагалась получасовая прогулка по парку. Неспешно следуя вместе с подругами по дорожкам, вымощенным серым камнем, я намеками и полунамеками делилась тем, как провела эту ночь.

Говорить прямо, к сожалению, не могла, но зато хоть одной из нас не приходилось таиться. Берана рассказывала нам о своей будущей свадьбе и о том, какая роль в мероприятии была отведена именно нам.

Ей непременно хотелось соблюсти не только все традиции драконов, чтобы угодить Авраиму, но и с честью воспроизвести все то, что было принято у них в деревне.

Это и праздник для невесты за день до свадьбы, и ночное гадание, какой будет супружеская жизнь и кто из девиц следующей выйдет замуж; и пошив фаты в утро свадьбы. Какой длины подружки невесты успеют сшить фату, столько золота за нее и должны получить родители в качестве откупа от жениха.

В общем, традиции были интересными. Не предполагала, что когда-нибудь мне представится шанс поучаствовать в чем-то подобном.

Однако так просто наша прогулка по парку, естественно, завершиться не могла. Когда Лея рассказывала о том, что в мои покои трижды пытались попасть за эту ночь, я в первую очередь подумала совсем не о короле.

Леди Турика Нахль обещала, что мне доставят шкатулку-артефакт, чтобы я еще вечером отправила первый отчет. Свое слово эта женщина была готова выполнить во что бы то ни стало.

– Вам просили передать, – шепнула мне одна из нянь, сунув в руки ту самую шкатулку, пока девочки отвлеклись на своих воспитанников.

За мной следили, где бы я ни пряталась. Прав был генерал: мне от судьбы в этом месте сбежать не дадут.

И тем не менее первую половину дня я провела с подругами. Попрощалась с ними только перед обедом, когда за мной явился пожилой слуга в темно-серой ливрее. К широкому отвороту был прикреплен квадратный рубин в золотой оправе, а потому я пошла с ним безоговорочно.

Однако по дворцу нам пришлось как следует попетлять. Его Величество вспомнил о моем существовании незадолго до моего побега, а потому попадаться ему на глаза мне не стоило. Как и тем, кто принадлежал к его ближайшему кругу.

И пусть Световолд точно знал, что я должна отправиться на встречу с поверенным семьи Волдертов, чтобы продать маркизат, свое разрешение на эту поездку он мог отменить. И, пожалуй, этого я сейчас боялась больше всего. Открытой конфронтации мне следовало избегать до последнего.

Я не знала, куда именно несся экипаж, стремительно покинувший территории королевского парка через северные ворота. Карета увозила меня все глубже в город, а я отстраненно наблюдала за красивыми фасадами домов на главных улицах столицы. Яркие вывески, стеклянные витрины. Имея огромную конкуренцию между собой, лавки заманивали посетителей всеми правдами и неправдами. Даже магические иллюзии применяли, а ведь их подпитка обходилось в приличную сумму.

Попросив кучера через решетчатое окошко остановиться у лавки с игрушками, я не ожидала получить отпор. Ему было велено быстро и без лишнего шума доставить меня к месту назначения, а потому мужчина сопротивлялся до последнего.

Пришлось грозить собственным выпрыгиванием из кареты прямо на ходу, чего я делать, естественно, не собиралась. Ну не могла я явиться к малышке без подарка. Маленькая конфетка, самая простая кукла, набивной мишка размером с детскую ладошку – следовало принести что угодно, но обязательно, чтобы порадовать мелкую крошку.

Ведь когда улыбаются дети, улыбка невольно появляется и на лицах у взрослых.

Щедрыми капиталами я не обладала. Несколько монет мне заняла Вейола, но на куклу и леденец на палочке денег хватило. Точно такой я играла в детстве и очень любила, когда мама шила новые наряды. Сделанные мною платья не были и вполовину такими же красивыми как сотворенные мамой.