Дора Коуст (Любовь Огненная) – Без права выбора (страница 4)
– Я не просила заботиться обо мне! Я не просила признавать меня вашей дочерью!
– Этого хотела твоя мать, и я выполнил ее последнюю просьбу, потому что очень любил, несмотря на то, что не был причастен к твоему рождению! Ты – Принцесса! А скоро выйдешь замуж за Принца другого Королевства!
– Мне не нужно ни первое, ни второе, ни третье! – кулачки ее сжимались, болезненно впиваясь ноготками в плоть.
– Не тебе решать! – спокойно ответил названный отец и отвернулся, решая, что разговор закончен.
– Это мы еще посмотрим… – прорычала своенравная львица.
Лекси посмотрела на Королеву, в чьих глазах словно стеклом стояли слезы, осыпаясь осколками по уже не молодому лицу. Она всегда хотела дочку, но после первенца не смогла больше вынашивать детей. Новорожденное дите умирающей в родах фаворитки мужа стало для нее настоящим посланием Всевышнего. Амалия действительно любила свое названное дитя, и тем больнее ей было сейчас, когда кругами выстроенный счастливый мирок ее семьи рушился, разрываясь на глазах.
Брат же сейчас намеренно скрывал свои эмоции, удерживая их под контролем. Он, словно статуя, не мигая, смотрел на девушку, и отсутствие поддержки от самого родного человека в мире надломило ее, дало трещину нерушимому спокойствию. Быстро поднявшись по ступеням, она скрылась за тяжелыми створками дверей.
Александр смотрел вслед ускользающей сестре и прилагал огромные усилия, чтобы не сорваться тут же за ней. Он знал, как важна ей сейчас его поддержка. Дикая, словно горная кошка. Хрупкая, будто крылатая бабочка. Необузданная, как своевольный ветер. Опьяняющая лучше векового вина. Знал, но не мог…
Глава 2
Игривые лучики проникали через открытое настежь окно и своевольно гуляли по комнате. Мужчина сидел в мягком низком кресле пурпурного цвета и ожидал, когда Карий освободится, закончив водные процедуры. Ему было непривычно иметь смежные покои с братом, но выбирать не приходилось. Небольшая гостиная в едких фиолетовых тонах также не вызывала радости, а наоборот, укрепляла растущее раздражение. Единственное, что устраивало Регона, так это наличие двух спален, так как полуночные нескончаемые разговоры брата в комнате таверны ему порядком надоели. Каркающий, булькающий голос раздался из приоткрытой двери среди всплесков воды, и Наследник Бетафа поморщился:
– Прекращай голосить и выходи!
– Мое сердце умирает! Дай же насладиться последними веселыми минутами, узурпатор! – проголосил Карий.
– Не так все плохо, как тебе кажется. Она чтит Всевышнего как отца своего, а значит, будет прилежной женой, выполняющей указания мужа. Что-то такое прописано в их заветах…
– Для чего мне бесхребетная жена? Читать с ней молитвы с утра до вечера? Я умру от скуки, не дождавшись детей! – парень вышел в гостиную в одном полотенце, обернутом вокруг бедер.
– Я рад, что ты уже задумываешься о детях…
– Да на кой черт они мне нужны? Какая страшная бледная моль мне досталась в жены! – парень тяжело рухнул в кресло и плеснул в один из стаканов рубиновое вино из графина.
– Не увлекайся. Ты давно не ел. Да и бал через несколько часов.
– Уж лучше напиться, чем танцевать с этим недоразумением!
– Опозоришь меня и сам отправишься в монастырь!
Регон вспылил и теперь зло смотрел на младшего брата. Он понимал его, но принять не мог. Если бы от Наследника требовалось заключить брак с монашкой, чтобы помочь Королевству, то он бы, не задумываясь, сделал это. Правда, о жизнеспособности послушницы оставалось бы лишь молчать.
– Не сердись. Мне трудно это принять.
– Меня больше заботит предстоящий бал. Неужели Король Интара не понимает, как опрометчиво поступает. Узнай Фукория и Эдгарда о нашем союзе, и война неизбежна. Они сразу поймут нашу задумку. Нет ничего хуже, чем подготовленный враг.
– Я не верю своим ушам! Мой бесстрашный старший брат боится?
– Не мели чепухи! Я готов к любому развитию событий.
– Тогда повеселись сегодня от души! Я видел среди подданных Короля немало прелестниц, которые пожирали тебя жаждущими взглядами.
– Думаю, что не воспользуюсь этим предложением.
– Ах, да. Я ведь забыл, что у тебя нет души…
Яркий звенящий девичий смех прилетел отголосками сквозь открытое окно, заполняя комнату. Отпрыски Короля Бетафа синхронно поднялись и подошли к окну. Облокотившись руками о широкий подоконник, Регон высунулся наружу.
Внизу, под могучим раскидистым деревом, в обрамлении изумрудной травы, прямо на земле сидела девушка. Объёмные юбки малахитового платья распластались по растительному ковру, сверкая на солнце драгоценными камешками. Темные каштановые волосы водопадом струились по открытым плечам, развиваясь под порывами теплого ветра.
– Вы бы видели их лица, Ваше Высочество! Никто не ожидал от вас такого поступка! – щебетала молоденькая фрейлина.
– О, дорогая Нилиса! Это только начало! Если я не могу отказаться от замужества, значит, я сделаю так, чтобы от брака отказались Наследники Бетафа.
– Вы невероятно смелая, Ваше Высочество! Ах, как бы мне хотелось иметь хоть немного вашей силы духа!
– Ваше Высочество. – Молодые улыбчивые виконты подошли к принцессе и ее фрейлине.
– День добрый, Господа. Что вы хотели? – голос ее преобразовался, став более плавным, с нотками высокомерности.
– Не сочтите за дерзость, Ваше Высочество, но мы собираемся соревноваться в стрельбе из арбалетов. Возможно, вы хотели бы поучаствовать? – один из молодых людей вытащил из-за спины ручное метательное оружие, похожее на лук.
– Что же, охотно соглашусь. Но ненадолго. Мне необходимо готовиться к балу. – Принцесса грациозно поднялась и чуть тряхнула юбки, чтобы зацепившиеся травинки упали к ее ногам.
Регону и Карию, разместившимся на подоконнике второго этажа, было отлично видно все, что происходило, и даже отчетливо слышно. Братья молчали, чтобы не выдать своего присутствия в роли невольных зрителей, и поражались кардинальным переменам в образе и мыслях недавней послушницы.
– Первый выстрел ваш. – Второй виконт поклонился и с молчаливого разрешения Ее Высочества запустил вверх ярко-оранжевый диск-мишень.
Маленькая, с виду хрупкая девушка рванула арбалет и, почти не целясь, выпустила юркую стрелу, которая со свистом рассекла воздух и встретилась острым наконечником с сердцевиной движущейся мишени, расколов ее на части.
От радости Лекси закружилась по небольшой поляне, раскинув руки в стороны, и во избежание травматических казусов ее спутники пригнулись, ожидая, когда принцесса закончит. Остановившись, она вдохнула полной грудью едва уловимый аромат ядовитой ипомеи, чьи аметистовые и лиловые воронковидные бутоны пахли миндалем и палящим солнцем. Алексия будто в последний раз наслаждалась свободой и хотела вобрать в себя все светлые черты этого дня.
– Браво, Ваше Высочество! Выше всяких похвал! – безудержно радуясь, прокричала фрейлина и захлопала в ладоши.
– Вы, как и всегда, неподражаемы! – польстил один из виконтов.
Алексия улыбалась – чисто, открыто, от души, упиваясь своей маленькой победой, которая пополнила ее список в этот день, но лишь продолжая, а не заканчивая его.
Громкие, словно издевательские, хлопки раздались над ее головой и отдались в сжавшемся сердце набатом. Она вскинулась и обратила свой взор на окна всегда пустующих покоев, о наличии гостей в которых совершенно не подумала.
– Браво, Ваше Высочество! – мужчина ухмылялся, но взгляд его, казалось, хотел уничтожить и растоптать, обратив в ничто. – Ваше выступление удалось!
Прямая спина, горделивый профиль и изумрудные глаза, в которых отражалась всепоглощающая ненависть. Она словно пылала изнутри, обещая посмевшему заговорить с ней Регону нескончаемые предсмертные муки, которые неминуемо настигнут его в ближайшее время.
– Ваше Высочество! – сквозь зубы проговорила она. – Не стоит сидеть на подоконнике открытого окна…
– Вы беспокоитесь за мою жизнь? Приятно удивлен!
Фрейлина и виконты молчали, считая, что не имеют права вмешиваться в разговор королевских особ.
– Да нет же. Как по мне, то можете преспокойно отправляться к Всевышнему. Но ведь за вашей спиной может стоять мой слуга с клинком за пазухой, а вот за его жизнь я переживаю.
Оба брата резко обернулись, выискивая в комнате того, кто мог хоть отдаленно напоминать слугу маленькой паршивки. Не найдя и тени, они высунулись из окна, но никого уже не было. Лишь осколки мишени пестрыми пятнами выделялись на травяном ковре.
– Ничего себе послушница! – воскликнул Карий и весело рассмеялся.
– Ну, Принцесса!
– Регон, ты куда?
– Проучу эту маленькую шутницу! – Наследный Принц Бетафа пулей вылетел из гостиной в коридор, ожидая перехватить девушку на лестнице.
Клокочущая ярость охватывала его, когда он схватил бегущую по ступеням Принцессу и бесцеремонно запихнул в небольшую нишу, где, по обыкновению, должна была стоять декоративная статуя, которая в этот момент почему-то отсутствовала.
– Что вы себе позволяете, неотесанный мужлан? – воскликнула Алексия, будучи прижатой к обитой бордовой тканью стене.
– Бледная послушница оказалась зубастой волчицей! – тонкие кисти взлетели вверх и были перехвачены одной мощной рукой над ее головой. – Знаешь, как говорил мой учитель? Умеешь сказать – умей и ответить!