Дора Коуст (Любовь Огненная) – Академия Полуночников 3. Сердце тьмы (страница 3)

– А что, Алетра тебе не сказала?! – возмущенно всплеснула она крыльями. – Позор! Позор на мою седую голову!

– Так кто?! – потребовала я ответа, забыв про страх перед древним вежливым монстром в шляпке.

– Да я-то откуда знаю? – искренне спросила мышь. – У нее ухажеров знаешь сколько было? Ни чести, ни достоинства! Но хоть замуж вышла, и то кровь.

– Замуж? – поразилась я.

О том, что моя мама побывала замужем, я до этого момента не знала. Это стало настоящим ударом для меня. Не случайная связь, как она говорила. Соврала… В очередной раз соврала! Они с моим отцом были женаты!

И вот вопрос: что заставило их расстаться?

– Бабуля, а скажите мне, пожалуйста. На Темной стороне практикуются разводы? – тихо спросила я, еще до конца не понимая, что именно хочу узнать.

– Кровь с тобой, поганка моя бледная. У нас развестись только одним способом можно – отправить супруга в последний полет.

Я взглянула на Нирэла, ища в его глазах опровержение этим словам. Неужели все это время я зря пыталась попасть в хранилище к Самописцу?

Встретившись с моим взором, брюнет осторожно кивнул, подтверждая слова моей родственницы. Мол, да, вместе до самой смерти, как и гласили клятвы. До чьей-то смерти.

– Бабуля, а вы можете пустой стеклянный флакон с пробкой наколдовать? – обреченно попросила я и тут же, к своему удивлению, получила запрашиваемое. – Спасибо. А можете плюнуть в него от души?

– Зачем это? – насупившись, удивилась летучая мышь, элегантно поправив шляпку. – Настоящей леди не пристало плеваться!

– А это в подтверждение для преподавателя, что мы у вас здесь точно были, а не сами все придумали, – сориентировавшись, перехватил брюнет пустой флакон с моего стола.

Челюсть его дедушки в очередной раз выпала из пасти, едва серая потрепанная мышь вспомнил, что еще он пробовал Альберта Эйнштейна, пока рассказывал ему теорию относительности.

Недолго думая, Нирэл брезгливо поднял челюсть двумя пальцами и собрал свисающие с нее прозрачные слюни во флакон. Более героического поступка в моей жизни еще никто не совершал.

– Спасибо за экскурс в историю, но нам пора, – решительно поднялась я, собирая листы.

– Минуточку! – остановила меня мадам Драгон.

Взлетев, она стрелой юркнула куда-то за насест, а вынырнула оттуда уже с небольшим мешочком, который удерживала одним крылом.

Ну как удерживала? Одним махала и взлетала, вторым подмахивала и падала вниз. Едва она добралась до меня, мне беспардонно вручили котомку.

– Все, я готова, милочка. – Приземлившись на мое плечо, мышь в очередной раз элегантно поправила шляпку.

– Куда? – не поняла я, против воли вздрогнув, когда столы и стулья внезапно пропали.

– Как это куда? – воскликнула она недоуменно. – Мы с тобой сразим этот мир наповал! Мы будем править! Мы свергнем этот махровый патриархат! Драгоны – это сила! Это мощь! Чего встала? Бери своего болезного и пошли. Нас ждут великие дела!

И вот я клянусь, не подозревая о моих планах на жизнь, она на моем плече даже станцевала.

Глава 2. О птичках

– Ужасно! Это просто ужасно! Кто такое носит?! Монашка? – критиковала бабуля мой наряд, кругами летая по нашей комнате.

Платья мы с Д-Ролли все-таки успели купить, хотя и примчались в лавку одними из последних. Собственно, именно по этой причине выбирать нам оказалось почти не из чего. Все самое недорогое и самое красивое наших размеров к этому времени уже разобрали. Но, покопавшись в закромах, мадам Шойли отыскала для нас варианты по финансам и, что самое главное, по размерам. Нам не пришлось ничего ушивать, да и выглядели мы достойно.

Рыжая в своем изумрудном платье с рукавами-фонариками походила на лесную нимфу. Вся такая яркая и дерзкая. Она одновременно напоминала и буйствующий костер, и дриаду – прекрасную хранительницу священного леса. Когда она кружилась вокруг своей оси, ее юбка слегка надувалась.

Мне же досталось черное платье из плотной ткани, украшенное лишь черным кружевом. Оно являлось полной противоположностью тому наряду, который я видела на себе в своем видении. То платье было изготовлено из легкой голубой струящейся ткани с перламутровыми переливами. А еще открывало плечи, руки и ключицы.

Это же закрывало абсолютно все: руки, плечи, шею под самое горло, – но ничуть не сдавливало. Корсет не мешал дышать, а в не очень пышной юбке не путались ноги. Да и бочкой я себя не ощущала. Временами даже двигалась грациозно.

И только бабуле, обосновавшейся в моей комнате на правах ближайшей родственницы – призвать мышь к совести и порядку не получалось даже у куратора, – мой наряд вообще не понравился.

– Как мы будем в нем завоевывать мир?! Где декольте? А разрез от бедра? Да хотя бы открытая спина!

– Вы, кажется, совсем недавно радели за нашу честь, – напомнила я с усмешкой.

– А при чем тут честь рода и твое декольте? Я же тебя в койку ни к кому не подсовываю! – искренне возмутилась старушка. – Хотя для бравого дела…

– Я не ношу такие платья! – резко возразила я, расшнуровывая корсет.

В комнате перед зеркалом мы примерили наряды еще раз, чтобы убедиться, что сделали верный выбор. Все-таки потрачено было немало. Я так и вовсе все имеющиеся средства выложила, но и этого не хватило, и мадам Шолье пришлось уступить мне несколько монет.

Но на самом деле моей заслуги в этом не имелось. Скидку выторговала бабуля Драгон, умудрившись на сдачу, которой не осталось, взять для меня еще и чулки.

Развратные, между прочим! В сеточку!

Но удивило, поразило и обескуражило меня другое. Мадам Шолье была готова даже туфли для меня за свой счет приобрести.

Из ее лавки летучую мышь я еле утащила, пока она нам еще чего-нибудь не нагипнотизировала. А то, что она делала, никак иначе не называлось. И что самое страшное: полуночники поддавались ее магии.

Не представляла, что с ней делать. За ней, как за малым ребенком, требовался постоянный присмотр, так что таскать ее за собой мне приходилось практически везде (и в город, и в душ, и в столовую), за исключением тех моментов, когда она возжелала отдыхать, устроив себе жердочку на подоконнике рядом с Рори.

Своевольного питомца Д-Ролли, к слову, бабуля тоже быстро воспитала, научив того подавать по команде листочек.

Я насупилась, родственница тоже. Пока снимала платье, она молчала, но стоило нам с соседкой обменяться загадочными взглядами и начать подготовку к варке зелья, отпирающего все замки, как летучая мышь перелетела с подоконника мне на плечо.

– А что это вы тут делаете, а? – сунула она пятачок в пока еще пустой котел.

Мы с Д-Ролли снова переглянулись.

– Да, лучше я ее уведу, – согласилась я на молчаливое предложение рыжей.

– У-у-у-у! Интриги и заговоры плетете! – воодушевилась бабуля. – А я сразу поняла, что ты вся в меня! Не пристало воспитанной леди не иметь в кармане платья пузырек хоть какого завалящего яда. Так что готовим, девочки? «Быструю смерть»? «Последний поцелуй»?

– Приворотное зелье, – нагло соврала я, забирая с кровати ветровку. – А пойдемте, бабушка, я вам нашу академию покажу.

– Какая я тебе бабушка, бледнючка? – искренне возмутилась мышь, раскрыв крылья. – Да я еще ого-го-го и эге-ге-гей!

– Нисколько в этом не сомневаюсь.

Сделав большие глаза, я в последний раз взглянула на рыжую. Перед тем как окончательно закрыла за нами дверь, она успела на пальцах мне показать, что зелье будет готово через два часа. Это время мне предстояло где-то погулять, а вернее, выгулять любопытную бабулю.

Я бы ее и в принципе из комнаты выставила. Свой странной формы нос она непременно засовывала на каждую полочку нашего общего шкафа, так что о сохранении хоть какой-нибудь тайны в ее присутствии и говорить не стоило.

Да и мало ли что? Может, как только она узнает, что именно мы готовим да про то, что Д-Ролли незарегистрированная ведьма, магию свою использующая, так сразу и полетит к мадам Пелисей жаловаться.

Лично мне подобного не хотелось бы. Иначе всех нас: Нирэла, Персиди, меня и рыжую – неминуемо ждала смертная казнь. А еще нас поперли бы из академии за кражу допусков в преподавательскую библиотеку и попытку залезть в хранилище к Самописцу. И если конкретно меня подобная участь нисколько не страшила, то что выбрали бы трое моих сообщников, еще предстояло узнать.

Мне отчего-то казалось, то смертная казнь для них в этом случае была бы предпочтительнее.

– Так, а привораживать-то мы кого собрались? – резко встрепенулась мышь на моем плече.

Удивительно, но временами она конкретно так зависала, и в эти редкие моменты наступала долгожданная тишина. При этом взгляд ее сосредотачивался на ком-то, кто как раз проходил мимо нас.

Не удивилась бы, если бы узнала, что бабуля умеет читать мысли. Но эту версию я сразу отмела. Потому что тогда она бы уже спросила у меня про мой грядущий побег из академии. По крайней мере, хоть как-то прокомментировала бы эту ситуацию.

Я уже собиралась ответить, подкрепив свое вранье кусочком реальности, как заметила на тропинке между деревьями идущего в нашу сторону Персиди. За это время мы успели покинуть корпус первокурсников и теперь направлялись неведомо куда.

Энергично помахав парню, я улыбнулась, но не остановилась. Хотела пройти мимо – мало ли куда он шел? – но неожиданно попала в его крепкие объятия.

И даже спросить ничего не успела, как меня самым наглым образом поцеловали.