Донна МакДональд – Нарисованная чернилами (ЛП) (страница 10)

— Это действительно хорошо. Думаю, мне понравились попкорн с пиццей. Можно сделать еще один пакет?

Риза кивнула. Она взяла коробки с пиццей и отдала их Брайану, улыбнувшись, когда он с ними вышел.

Она положила другой пакет с попкорном в микроволновку и пару секунд смотрела, как он лопается, прежде чем повернуться к Шейну.

— Консультант сказал мне позволить Брайану побыть в одиночестве и не давить на него. Но он идет в свою комнату и не часто оттуда выходит, — сказала Риза, и ее горло сжалось. — Иногда по ночам, я слышу, как он плачет, но он не позволяет мне его успокаивать. Так что я просто стою под дверью и жду.

— Мне кажется, что в основном Брайан в порядке, — осторожно сказал Шейн, стараясь подобрать слова и рассказать Ризе, что ее терпение с мальчиком, было лучшим, что она могла сделать. — В моих исследованиях я понял, что скорбь требует времени и каждый человек, справляется с ней по-разному. Брайан кажется довольно спокойным. Держу пари, он вскоре выберется из мрака. Сколько ему лет?

— Двенадцать, — ответила Риза.

— В этом возрасте мне тоже было тяжело. Мои родители стали больше ругаться. Думаю, я тогда впервые осознал, что они не были счастливы, как должны были быть женатые люди, — сказал ей Шейн.

— Ты действительно получил степень в Джон Хопкинс? — спросила Риза, салфеткой вытирая свои влажные глаза.

— Почти что, — просто сказал Шейн, серьезно глядя на нее. — Мне нужно в декабре защитить диссертацию, но я не ожидаю никаких проблем, потому что половина работы уже опубликована. Мне сказали, что я необыкновенно одаренный.

— Вундеркинд? — смеясь, сказала Риза. — Рада за тебя, наверное. За последние шесть месяцев, я встретила столько психиатров, что мне этого хватит до конца жизни, доктор Ларсон. Но помоги нам всем Боже, когда ты решишь заняться частной практикой. В конечном итоге ты запугаешь своих пациентов и заставишь их делать то, что для них хорошо.

— Эй, — сказал Шейн, немного оскорбившись. — Если я решу работать с клиентами, то буду хорошим врачом. Однако вместо этого я буду заниматься исследованиями. В настоящий момент я пишу книгу о влиянии развода на семьи, и как люди с этим справляются.

— Но ты определенно не выглядишь как врач, — смеясь, сказала Риза. — Ты выглядишь как сексуальный байкер из ада, к которому я прямо сейчас, по какой-то причине, испытываю слабость.

— Продолжай, и я скажу Саре, что ты назвала меня плохим словом, — пригрозил Шейн, улыбаясь слову сексуальный. Чувство, безусловно, было взаимным.

Риза рассмеялась и пошла впереди Шейна из кухни.

Он последовал за Ризой в гостиную, и это напомнило ему о ночи, когда Шейн ушел вместе с ней из клуба. Он шел позади нее, что позволило ему наблюдать за соблазнительными покачиваниями ее бедер, затянутых в узкие джинсы. И Шейн обнаружил, что составляет мысленный список того, что он собирался делать с Ризой, когда снова останется с ней наедине.

В гостиной Риза заняла кресло, которое было для нее слишком большим, и была вынуждена поджать под себя ноги, чтобы удобно в нем сидеть. Однажды, он посадит ее себе на колени, подумал Шейн, ну а пока, он будет счастлив, устроиться у ее ног.

Пока он ел попкорн и пиццу, он наслаждался уникальным ощущением того, что находился в нужном месте, в нужное время.

Когда через пару часов фильм закончился, Шейн встал, чтобы уйти.

Брайан и Челси уже попрощались и ушли в свои комнаты. Зак собрал коробки от пиццы и отнес их на кухню, и тоже сказал спокойной ночи, прежде чем уйти. Сара заснула на диване еще на середине фильма и по-прежнему тихонько похрапывала. Шейн улыбнулся принцессе, которая на этот раз мирно спала.

— Давай я ее отнесу в постель? — спросил он, думая, что Сара действительно была для Ризы слишком большой, чтобы нести.

— Нет, — сказала Риза, вытаскивая из корзины под столом покрывало. — Я поняла, что ей просто нужно позволить спать там, где она засыпает. Обычно из-за кошмаров она просыпается в два или три часа, а затем приходит ко мне и спит в моей постели до конца ночи.

— Ну, тогда, наверное, я тоже скажу спокойной ночи, — сказал Шейн, на самом деле не желая уходить, но не чувствуя, что может остаться.

— Пойдем. Я тебя провожу, — сказала ему Риза.

Шейн вышел из двери на холодный октябрьский воздух.

— Без куртки тебе здесь будет холодно.

Риза протянула руку и взяла его ладонь.

— Я пару минут посижу с тобой в машине, чтобы мы могли поговорить.

Удивленный, но довольный, Шейн крепче сжал ее руку и пошел вместе с ней. Возле машины, он ее отпустил, чтобы открыть дверь с ее стороны, а затем обошел и подошел к месту водителя. Он проскользнул на сидение, устраивая на нем свое большое тело, и заметил ее взгляд, изучавший, как он умудряется вместиться в машину.

— Ты так долго на меня смотрела. Увидела что-то, что тебе понравилось, пока раздевала меня глазами? — подразнил Шейн, потому что снова нервничал под ее оценивающим взглядом.

Фактически, решил Шейн, сидя сейчас с Ризой в машине, он нервничал сильнее, чем в тот вечер две недели назад, когда вез ее к себе домой, чтобы заняться сексом. Он определенно был на взводе, вероятно потому, что не представлял, в каких они были отношениях, если не считать, ее слов Брайану о том, что они встречаются.

— Я вижу многое из того, что мне нравится, когда смотрю на тебя, — тихо сказала Риза, наконец, отрывая от него взгляд. — Ты понравился мне две недели назад. Сейчас, ты мне нравишься еще больше. Ты каким-то образом за одну ночь заставил меня забыть мужчину, с которым я прожила больше года. Я собиралась выйти за Брента замуж, но теперь уже его не хочу. И я все еще не уверена, как к этому отношусь.

— Ты ожидаешь, что я извинюсь за то, о чем нисколько не жалею? Ты действительно была влюблена в этого зубрилу? — спросил Шейн, потому, что об этом нужно было спросить, хотя он не хотел бы знать ответ, если он был «да».

Однако ему действительно нужно было понять, что с ней происходит.

— Долгое время, я определенно считала, что была влюблена, — честно сказала Риза. — Когда Эйприл умерла, я развалилась на части, и Брент не знал, что делать с этими кусочками. Когда я сказала ему, что переезжаю, чтобы заботиться о детях, мы с ним очень сильно поругались. Два месяца назад, Джиллиан была на свидании и увидела его с другой. После этого, я окончательно отказалась от мысли, что он может прийти и принять мою новую жизнь, и решила тоже двигаться дальше. Остальную часть истории, ты знаешь.

— Остальная часть истории происходит прямо сейчас? — просто сказал Шейн, потянувшись и проводя пальцами по руке, пока снова не взял ее ладонь. — На самом деле, она вероятно только начинается.

Риза кивнула.

— Ну, сидеть в машине рядом с домом полным спящих детей, не совсем романтическая любовь в ее самом лучшем виде.

— Я тебя прекрасно понимаю. Как насчет того, чтобы посмотреть осталась ли магия? — сказал Шейн, поворачивая тело, пока не смог прикоснуться к ней губами.

Боже, это было так давно, подумал Шейн, накрывая своими губами ее рот. Она была на вкус такой же хорошей, как он и помнил. А также как пицца и попкорн, которые они ели.

Ее тихий стон снова разжег внутри него огонь, а затем, губы Ризы, наконец, неохотно приоткрылись. Ее капитуляция заставила Шейна схватить ее затылок и заняться любовью с ее ртом длинными поглаживаниями его языка. Было что-то удивительное в том, как она поглотила его действия и ответила тем же.

— Есть ли вообще время, когда ты бываешь одна без детей? — спросил Шейн, отстраняясь от соблазна ее податливых сейчас губ, прежде чем попытается сделать то, что в его машине было физически невозможно.

— Сара ходит на полдня в школу, но только с понедельника по четверг, — сказала Риза возле его большого пальца, которым он гладил ее нижнюю губу.

— Я сейчас работаю дома и у меня свободный график. У тебя есть какие-нибудь планы на утро понедельника? — спросил Шейн, наклоняясь чтобы прикусить и всосать ее нижнюю губу, когда она покачала головой.

— Нет…, наверное, нет, — ответила она.

— Могу я стать твоим планом? — тихо спросил Шейн. — Мы назовем это нашим первым официальным свиданием.

— Я не знаю, Шейн. Часть меня думает, что встречаться с тобой очень плохая идея, — правдиво сказала ему Риза, едва сопротивляясь желанию наклониться вперед и поцеловать его в ответ так, как ей хотелось.

— А что говорит другая часть? — спросил Шейн, его хриплый мужской смех послал в ее тело дрожь. Он улыбнулся такой ее реакции. — Могу поспорить, что она говорит тоже самое, что и все во мне говорит прямо сейчас. А оно говорит — ну, давай же и побыстрее.

Риза тихо рассмеялась и закрыла глаза, пока Шейн не укусил ее губу. Когда ее веки распахнулись от неожиданной боли, в его глазах было удовольствие, но что-то еще… что-то, что Риза не желала признавать.

— Мы созданы друг для друга, — уверенно сказал Шейн, отрываясь, чтобы нормально сесть в своем кресле. — Вселенная послала тебя мне, а меня тебе. Мне нравятся дети, и ты мне нравишься больше, чем любая женщина, с какой я встречался. Давай посмотрим, что из этого получится, Тереза Каллахан.

— Ты понятия не имеешь, во что ввязываешься, — сказала ему Риза.

— Хорошо. Ты сможешь снова мне это объяснить в понедельник утром, — сказал Шейн, едва сдерживая свое намерение снова оказаться внутри нее. — Давай вместе позавтракаем и обменяемся жизненными историями. Можно притвориться, что мы только познакомились. Я принесу рогалики, ты сделаешь кофе.