Донербек Хакимов – Слёзы души (страница 2)

Облака похожие на купол уходили всё вверх и вверх, а солнечные лучи сквозь облаков, падали на луга.

висевшие на небе тучи уходили вверх, незаметные для глаз лучи солнца охватили луча, стало светлее. Из-за краёв туч стал виден небосвод. Блестя от лучей солнца, облака испарились в небе. Будто вся природа проснулась и свободно дышала. Подул лёгкий и приятный ветер. Карета проходила через леса, сады, и в это время было слышно пение птицы, которая сушила промокшие крылья. Вот карета остановилась. От неудобного положение сидя, у неё отекали ноги. Внезапно открыв глаза, она увидела оставшиеся позади деревья. И в это время она продолжала соединять прерванную нить её мечты и воображения. Но ступ колёс кареты стучал в голове. И в это время она закрывала глаза, и ей становилось легче. Сердитость погоды постепенно проходила. Через некоторое время небо стало проясняться. Облака похожие на купол уходили всё вверх и вверх, а солнечные лучи сквозь облаков, падали на луга.

Из-за краёв туч стал виден небосвод. Блестя от лучей солнца, облака испарились в небе. Будто вся природа проснулась и свободно дышала. Подул лёгкий и приятный ветер. Карета проходила через леса, сады, и в это время было слышно пение птицы, которая сушила промокшие крылья. Вот карета остановилась.

– Выходи, приехали, – сказал извозчик. Значит, приехали. Аделия вмиг открыла глаза и спрыгнула с кареты. Она достала из кармана деньги. Но этих денег для оплаты проезда не хватало. Не зная, что делать, она достала из узелка кусок хлеба и с деньгами протянула извозчику. Вид у неё был озабоченный.

– Извините, дядя, – глядя испуганно на извозчика, она сказала, что ей больше нечего ему отдать.

Она боялась, так как не знала, что ей ответит извозчик. Видя испуг Аделии, извозчик ей улыбнулся.

– Как тебя зовут?

– Аделия.

– Аделия, дочка. Я понимаю твоё состояние. Пусть это всё тебе остаётся, это от меня тебе доброе дело. Дорога предстоит длинная, успеешь ещё заплатить.

Резко повернувшись, извозчик продолжил путь. Аделия замерла с куском хлеба и грошами в руках. Звуки колёс были слышны всё дальше и дальше. Аделия закричала:

– Дядя, дядя, спасибо, спасибо.

Она побежала за ним. Аделия поняла, что не догонит его, и вернулась. Слова извозчика заставили её задуматься. Почему он так сказал? Она задавала себе этот вопрос постоянно. «Почему он так сказал? Может, он меня знает? Нет, нет. Может, он меня с кем-то перепутал?..» Похожие на эти вопросы мысли она повторяла. Дни, которые она ждала, пришли. Сердце сильно билось, когда она пришла к дверям шерстяной фабрики. Она сильно переживала. Ноги её не слушали. Она хотела вернуться, так как страх взял над ней власть. Из глубины души что-то говорило уходить. Уходи. Перед глазами появились картины семейной жизни. Ноги не хотели входить. Она взяла ручку двери, но не хватило духу войти. «Что будет, то будет. Не буду работать», – подумала она и сделала два-три шага. Вспомнила слова, которые она говорила матери перед уходом. Вспомнила, что убежала из дома работать. Подчинилась воле судьбы и решила работать. «Всё от судьбы», – подумала она. Аделия стучала по двери шерстяной фабрики и заметила, как с внутренней стороны кто-то открывал дверь. Дверь открылась, перед ней стоял мужчина – высокий, чуть с сединой в волосах, усатый, сердитый.

– Слушаю, – сказал сторож.

– Я пришла по объявлению, – сказала Аделия.

– Заходи, – сказал сторож.

Сделав первые шаги, она вошла внутрь. Посмотрела по сторонам. Она вмиг забыла про сторожа, так как вид был прекрасный.

– Как тебя зовут, девочка? – спросил сторож.

– А-а… Аделия.

– Как зовут? – ещё раз спросил сторож.

– Извините, вокруг красиво так, и я задумалась. Аделия, Аделия, – улыбнулась она в ответ.

– Издалека пришла?

– Да.

– Если издалека пришла, значит, очень устала.

– Да, очень.

– Я не хочу тебя перетруждать. Слушай меня внимательно. Пойдёшь прямо, увидишь две двери. Зайдёшь в дверь справа и пойдёшь к двери в конце коридора.

– Спасибо.

Она шла по коридору вся в переживаниях, различные мысли её захватили. «Что я им скажу?» – думала она.

Фабрика была большой и красивой. Перед фабрикой было прекрасное общежитие с красивым садом. Аделия приблизилась к двери, сердце стучало. Постучала в дверь три раза.

«Заходите», – донёсся из-за двери тихий голос.

Волнуясь, Аделия глубоко вздохнула. Отпустила ручку двери, убрала волосы, закрывшие её лицо. Руки дрожали.

– Можно зайти? – сказала она, открыв дверь.

– Да, конечно, заходите, – сказала незнакомая женщина.

Аделия зашла. Комната была прекрасной. В окно был виден яблочный сад. На стенах приклеены цветные бумаги. Часы, тикая, действовали на нервы. Вся мебель в кабинете была коричневой. Перед окном сидела полноватая, чуть с сединой в волосах женщина. Она приветливо встретила Аделию и коротко ознакомила её с работой фабрики.

– Сегодня будете отдыхать. Приехали издалека, – сказала незнакомая женщина.

– Ладно, – ответила Аделия.

– Я покажу вам вашу комнату. Завтра вам дадут человека, который ознакомит вас с вашей работой, – сказала незнакомая женщина.

– Да, конечно, было бы хорошо. О рабочем времени можете сказать? – поспешила спросить Аделия.

– Рабочее время – с восьми утра до шести вечера. Не опаздывайте, – сказала женщина. Они шли к общежитию. Радость Аделии была беспредельной. По дороге к общежитию слышно было пение птиц, они будто поздравляли Аделию. Делопроизводительница открыла дверь одной комнаты, сказала, что это комната Аделии, и дала ей ключ. Аделия зашла в свою комнату. Комната была приятной. В ней стояли две постели: одна для Аделии, другая пустовала. Присев на одну кровать, Аделия осмотрела всю комнату. Комната ей понравилась. Время подходило к одиннадцати. Перед тем как прилечь, Аделия в последний раз осмотрела комнату и погасила свечу. Головная сторона дивана у стены, рядом окно, откуда падали лучи луны и освещали её лицо. Аделия видела громадное дерево, купавшееся в лучах луны. Девушка закрыла глаза. Испугалась сильно и открыла глаза. Ей показалось, что она ещё едет в карете и скрип колёс стучит по мозгам. Вначале она подумала, что сон придёт быстро, и не двигалась. Но ей не было спокойно. Она встала и открыла окно. Из-за полнолуния всё было видно как днём. Перед домом Аделия увидела большую ферму и большой тополь. Взглянув на тополь, она вспомнила, как в детстве качалась с братиками на качелях. Вдруг сердце стало биться по-другому. Будто отец и мать под деревом смотрели на неё. Ветер играл её гладкими волосами. Она высунула руки из окна, подняла их к небу и, закрыв глаза, глубоко вздохнула. Она почувствовала себя как дома. Вначале она проста дышала, но спокойствие и тишина села дали почувствовать ей, что она сидела дома у своего тополя. Был чуть слышен свист невидимой для глаз мошкары. Лягушки квакали, глядя на луну. Аделии казалось, что сердце её как луна, оно стало шире, наполнилось бесконечными чувствами, желаниями. Она оживилась. Ей слышна стала тихая музыка. Кваканье лягушек, свист других животных мешали слушать музыку. Она, как человек, что-то потерявший, искала, откуда идёт музыка.

Ей было интересно, откуда идёт эта музыка. Музыка даже стала ей нравиться. От звуков музыки сердце стало сильнее биться. Как будто Аделия влюбилась в кого-то. Она подумала, что человек, играющий такую музыку, тоже красив, как музыка. Она стала воображать. Звуки музыки становились ещё тише. Ночное пение лягушек и мошек не давало слышать музыку. В какой-то момент её стало вообще не слышно. Аделия ещё долго стояла у окна и ждала звуки музыки, но ничего не было слышно. Она не закрыла окно. Пришла к постели и легла, стараясь уснуть, но не спалось. Она представила себя на улице под тополем с незнакомцем и наслаждалась музыкой. Хотя она не знала, откуда идёт музыка, она надеялась, что ещё услышит её. У Аделии появился интерес к автору музыки. «Пусть рассветёт, я его поищу», – подумала она. Но не знала, как и где его искать. Но у неё была уверенность в себе, которая заставляла делать шаг вперёд. Дул тихий ветер. Перед рассветом небо стало краснеть. Потихоньку рассветало, и далёкие звёзды одна за другой пропадали на небе. Приятно было слушать утреннее пение птиц. Тихо, спокойно поющая птица стала сильнее, веселее петь, её пение придавало спокойствие. Казалось, перелёт птиц с ветки на ветку и пение происходило в комнате. Аделия почувствовала свет. Она убрала с головы руку и зажмурила глаза от утренней зари. Она наслаждалась этим зрелищем. Она наслаждалась красотой окружающего мира, сердце от радости готово было выпрыгнуть из груди. Это было её первое утро, первый день, первое солнце самостоятельной жизни. Ей захотелось прижать весело раздающее лучи солнце к груди, и она подняла руки к небу. В это время она почувствовала, что из глаз потекли слёзы. Она руками вытерла их, но слёзы из глаз лились как вода в ручье. Это были слёзы радости. Вдруг на тополь возле окна сел соловей, который будто с крыльев разбрасывал лучи солнца. И птица стала красиво петь как будто для Аделии. Девушка была очарована соловьём и не заметила, как перестала плакать и заулыбалась. Всё в комнате было словно заворожено, и она стала читать соловью стих.

Эй, соловей, соловушка,