Дон Уинслоу – "Современный зарубежный детектив-2" Компиляция. Книги 1-20 (страница 958)

Макс еще спросил, уверен ли я, что при моем имени дела пойдут в гору, предположив, что сочетание «Билл Мур» несколько напоминает о жертвах эпидемии, а это не очень-то хорошо для риелтора, да и вообще для любого, кто работает в сфере обслуживания. Как ни грустно, его слова не лишены смысла. Но я целых шесть лет представлялся всем как Билл Мур, а не просто Уильям — мне казалось, это как-то более прямодушно, интимно и звучно, — и менять что-либо уже поздно. Я взвесил проблему и задвинул ее в долгий ящик.

Я подумал, не перехватить ли где сандвич, но так и не понял, какой мне хочется, поэтому вместо этого зарулил к «Бен энд Джерри». Помещение, как обычно, выглядело так, словно только что пережило массовое нападение сторонников другого производителя мороженого. Я заметил за прилавком девушку, которой не видел здесь раньше.

— Привет, — сказала она, когда я вошел.

Девушка была худая, лет двадцати, с кудрявыми черными волосами в стиле то ли эмо, то ли готов. Под фирменным фартуком черное одеяние, в носу кольцо. В целом довольно привлекательная, хотя на месте менеджера заведения я бы набирал работников, которые выглядят так, словно питаются свежими органическими продуктами без нитратов, а не крыльями летучих мышей, сдобренными лягушачьей кровью.

— Привет, — ответил я. — Я хочу…

Я замолк. На самом деле я понятия не имел, чего хочу. Может, вообще ничего. Разговор с Максом вывел меня из себя сильнее, чем я предполагал, и я просто пытался поднять себе настроение. Я даже не был уверен, хочу ли мороженое, или только зашел сюда отдохнуть от вечерней жары.

— Я знаю, чего вы хотите, — сказала девушка.

— Правда?

— Точно знаю. Сядете снаружи? Ах да, и дайте мне шесть долларов. Это вместе со щедрыми чаевыми, которые вы непременно захотите оставить.

Слегка заинтригованный, я сделал так, как она сказала. Через пять минут она вышла из боковой двери с вазочкой, полной чего-то светло-оранжевого. Я заглянул внутрь.

— Что это за ерунда?

— Замороженный йогурт с маскарпоне, мандарином и выжатой цедрой.

Она постояла рядом, пока я не попробовал. Субстанция была освежающая и не приторно-сладкая — действительно очень вкусно.

— Отличное название, — сказал я. — Мне нравится.

— На самом деле это называется «Мультимагический Мандариново-маскарпоновый Мираж», на случай, если захотите заказать в следующий раз. Только мне от такого названия хочется тут же удавиться.

— Я запомню. Вы меня поразили.

— Такой у меня дар. Один из нескольких, если точнее.

— Мне казалось, людям полагается иметь не больше одного.

— Ничего подобного. Так только говорят.

Я протянул руку.

— Билл Мур. Работаю в «Океанских волнах» на Лонгбот, офис «Недвижимости на побережье».

Девушка пожала мне руку, энергично тряхнув разок.

— Кассандра. — Она медленно оглянулась через плечо, указывая на дворец мороженого у нее за спиной. — Работаю… здесь.

Я ел мороженое очень медленно, однако весь процесс все равно занял меньше получаса. Ближе к концу девушка-официантка снова вышла, на этот раз без белого фартука и с длинным черным пальто, переброшенным через руку.

— Желаю вам приятного вечера, мистер Мур.

— И вам тоже.

Не дойдя до угла, она остановилась и обернулась.

— Я так и не спросила. А какой дар у вас?

Я несколько расстроился, поняв, что не в силах сразу выдать остроумный ответ, пожал плечами и закатил глаза, словно говоря, что это тако-ой длинный список, даже не знаю, с чего и начать. Но выглядела моя пантомима неубедительно.

— А-а, — тем не менее протянула девица. — Вы все еще в поиске. Это просто восхитительно.

Она подмигнула и скрылась за углом.

До половины девятого я главным образом читал через телефон разные блоги и обновлял профиль пользователя на Facebook, добавляя ссылки на самые интересные из них, после чего поехал обратно на Лонгбот-Ки длинным путем — мимо «Океанских волн» и многочисленных поселений такого же типа на северную оконечность островка. В южной части Лонгбот несколько кондоминиумов построены с видом на океан, несколько — на противоположной стороне, с видом на бухту; причем последние очень даже похожи на то место, где живем мы со Стефани, за тем исключением, что у каждого дома здесь имеется отдельный выход к воде, отчего все дома стоят в три раза дороже нашего. Северная оконечность острова заметно сужается, и здесь располагаются большие частные владения. И хотя те не достигают стоимости по-настоящему роскошных поместий на Сиеста-Ки, почти все они относятся к категории «ценовая информация предоставляется по запросу к фирме». Тот дом, который мне назвали, стоит примерно в середине этой части острова, со стороны океана.

Когда мимо потянулись поместья, я сбросил скорость, чтобы рассмотреть дома. На протяжении полумили, остававшейся до владений Уорнера, все вокруг выглядело элегантно, дорого и отлично от других. Никаких кондоминиумов, ни одному зданию не грозит снос и суматошная перестройка, участки не заросли из-за какого-нибудь оскудевшего разумом сварливого старикашки, пережитка домодерновой эпохи кораллового рифа, который, как последний хиппи, обязательно заявит, что устройство шести лишних теннисных кортов нанесет непоправимый ущерб окружающей среде. Все в ажуре.

Я свернул на подъездную дорожку, извивавшуюся между зелеными лужайками и садами, оснащенными поливными системами. Примерно в сорока ярдах от шоссе обнаружились ворота, закрытые от дороги пальмовой рощицей. Тоже неплохо.

Я остановился перед воротами, опустил стекло и нажал на кнопку звонка. Ничего не произошло. Я подождал пару минут и снова позвонил. Ничего не произошло и во второй раз. Или это был затянувшийся первый?

Я выждал пять минут, еще дважды нажав на кнопку, после чего вылез из машины и подошел к воротам, подумав, что Уорнер может ждать меня не в доме, а на подъездной дорожке по другую сторону от ворот. Никого не было видно. На участке горело несколько фонарей, но сам дом стоял темный.

Я вернулся в машину и вынул из папки записи Каррен. Одного беглого взгляда хватило, чтобы убедиться — это нужный мне дом. Я взялся за телефон, но тут же понял, что у меня нет номера Уорнера. Он взял мой номер, но искусно обошел все мои попытки узнать его телефон. Я открыл список вызовов и пролистал, отыскивая входящий звонок, обозначенный сегодняшним днем примерно шестью часами вечера.

Довольно долго никто не брал трубку.

— Билл Мур, — коротко представился я. — Предположительно, я должен встретиться с Дэвидом. Прямо в эту минуту.

— Знаете, я не работаю на него двадцать четыре часа в сутки. — Голос Мелании показался мне раздраженным. Я слышал, что на заднем плане работает телевизор.

— И я тоже, — заявил я. — И еще неизвестно, работаю ли на него вообще. Дело в том, что я у его дома, но его там нет, и прошло уже пятнадцать минут от назначенного времени.

— Господи, — пробормотала она. Последовала пауза. — О боже, — повторила она покаянно. — Мне так неловко. Я только что заглянула в свой наладонник. У него обед затянулся допоздна, поэтому он просил перенести встречу с вами на десять часов в Сарасоте.

Мне очень хотелось сказать, что наша встреча с ее боссом состоится в рабочие часы в «Недвижимости» или не состоится вовсе. Однако мне показалось глупым отказываться теперь, когда я убил на это дело весь вечер, к тому же домой-то все равно возвращаться.

— Он хочет встретиться со мной в каком-то определенном месте? Или выслеживать клиента теперь входит в обязанности риелтора?

— «У Кранка», — тут же ответила Мелания. — Кажется, вы уже встречались там раньше? Послушайте, мистер Мур, мне действительно очень стыдно. Но ведь у него есть ваш номер? Не понимаю, почему он до сих пор сам не позвонил.

Потому что так уж принято у подобных ему, хотелось мне сказать. Большого дома и денег недостаточно. Это всего лишь материальное богатство, а важнее всего богатство экзистенциальное. Вы должны недвусмысленно показывать всем каждый день, что ваша жизнь отличается от жизни других, и нет нужды соблюдать приличия, а вежливость существует только для тех, кто не имеет права быть невежливым. Такие у вас правила. Вот ваш бог.

Обо всем этом узнаешь в первые же дни работы в конторе, торгующей элитной недвижимостью, и я с нетерпением ждал того времени, когда сам смогу вести себя так же.

Для начала я отключился, не попрощавшись. Если Мелания не полная дура, она успела понять, что теперь у меня появился выбор: рассказать о том, что она не удосужилась передать сообщение шефа, или промолчать. А значит, она обязана мне, и это, в свою очередь, означает, что потраченное впустую время в конечном итоге сыграет мне на руку. Если вам хватает ума понять, какую игру ведут другие, вы движетесь вперед. Это Билл Мур понимает.

Билл Мур нацелен на успех.

Вот только… Эта ослиная задница не появилась и в десять.

«У Кранка» — это довольно новый бар-ресторан в Сарасоте, на перекрестке Мейн-стрит и Лемон-авеню, лимонное название сохранилось как воспоминание о тех днях, когда городок лишь выращивал и отгружал цитрусовые: заведение относится к числу самых модных, помешанных на веяниях нового времени, и здесь приходится непрерывно напоминать себе, что ты явился не для того, чтобы безропотно сносить все странности персонала. Я приехал за десять минут до назначенного времени. Сидеть в баре, чувствуя, как музыка хлещет тебя по лицу, невозможно, поэтому я взял бутылку «Айбор Голд» и вышел на террасу перед входом.