Дон Уинслоу – "Современный зарубежный детектив-2" Компиляция. Книги 1-20 (страница 864)
— Что за дерьмо? Тут воняет.
Ее язык снова начал беспорядочно двигаться во рту, подбородок задрожал.
— Как плохо…
— Джулия, почему? Почему вы их убили?
— Я ошиблась, ясно? Теперь ничем не помочь. Все эта чертова болезнь.
Неожиданно ее голос изменился, став почти на октаву ниже.
— Двенадцать ступеней в ад, ниггер.
Она громко расхохоталась, выгнув спину. Затем смех перешел в кашель, и внезапно ее начало тошнить.
Монро ударил по кнопке вызова, а Джон быстро перевернул Джулию на бок. Несколько секунд спустя палата заполнилась врачами, и нас вытолкали за дверь.
Мы молча ждали, пока люди в палате занимались своим делом. Через полчаса они начали выходить, хотя возле кровати осталась медсестра. Последней вышла женщина в белом халате, которая яростно посмотрела на нас, плотно закрывая за собой дверь.
— Вам же говорили, что с ней сейчас нельзя беседовать.
— Ее подозревают в двух убийствах, — сказал Монро.
— Это ваши проблемы, — огрызнулась женщина-врач. — Она умирает. Повреждения в ее мозгу воздействуют на периферийную нервную систему — ту, что управляет процессами, которые обычно происходят без нашего сознательного участия, например дыханием. Меня не волнует, что она совершила, но у вас нет никакого права приближать ее смерть. Только попробуйте еще раз ее побеспокоить, и я вызову полицию.
— Мэм, — сказал парень в форме, сидевший на стуле рядом с дверью, — вообще-то я из полиции.
— Значит, кого-нибудь старшего из полиции, — ответила врач и направилась по коридору прочь.
Когда она ушла, Монро повернулся к Зандту.
— Так как, стоило оно того?
— Это она сделала фотографию. И она убила этих мужчин, из-за какого-то события, случившегося много лет назад. События, из-за которого у нее возникло желание сфотографировать данный участок леса, на будущее. Она видела то, что там произошло.
— Она видела того, кто убил жертву, которую мы нашли, — сказал я. — И она единственная, кто мог бы рассказать нам, кто это был.
— Тело определенно принадлежит женщине, — сказал Монро. — Сорока с небольшим лет. Вчера вечером из земли извлекли остальную часть скелета. И все говорит о том, что вы правы насчет того, когда это случилось. Так кто же она? Кто ее убил?
— Не знаю, — ответил я. — Но мне кажется, что с вероятностью в пятьдесят процентов это тот, кто похитил Нину.
— А если не он, кто тогда?
— Призраки, — мрачно процедил я. — Те, в кого никто не верит и кого никогда не удается поймать.
Мы вышли из больницы. Монро, судя по всему, решил, что ждать дольше нет никакого смысла, и я полагал, что он прав. Вряд ли Джулия была в состоянии когда-либо еще сказать хоть что-то членораздельное.
Джон направился прямо к моей машине. Я задержался, желая напоследок поговорить с Чарльзом. Меня удивил его вид — усталым я его видел и раньше, но сейчас он выглядел полностью разбитым.
— Вы должны хоть что-то выяснить, Чарльз.
— Делаю все, что могу.
— Надеюсь. У нас мало времени. И если я не найду Нину, ваша жизнь ничего не будет стоить.
Оставив его, я подошел к машине. Прежде чем сесть, в очередной раз нажал кнопку вызова номера Нины.
Снова — ничего. И где бы ни находился ее телефон, включенный или выключенный, рано или поздно в нем должен был разрядиться аккумулятор.
Глава 30
В подвале было еще хуже, чем в фургоне. Пока она оставалась в «фольксвагене», она хотя бы пребывала в движении. Существовала возможность, что ее отвезут куда-нибудь и отпустят, высадив посреди леса или выбросив на полной скорости на дорогу. И тот и другой варианты были далеко не из лучших, но они хотя бы открывали дверь в иную реальность — если хватит сил и если повезет. Возможно, то же самое ощущает пойманная на крючок рыба, вплоть до того самого момента, пока ее не стукнут по затылку. Когда ты лежишь на полу подвала, тебе вовсе не кажется, будто сила и везение где-то рядом. Есть лишь сырость, холод и неумолимое ощущение, что ты находишься под землей.
В том, чтобы оказаться под землей, нет ничего хорошего. Именно туда отправляется каждый после смерти.
Нина знала, что лежит посреди помещения размером примерно тридцать на тридцать футов. Она успела это заметить, когда ее несли вниз по деревянной лестнице, и попыталась оглядеться по сторонам, прежде чем дверь снова закрылась и подвал погрузился в темноту.
Она сразу же зажмурилась, чтобы ее не сбивали с толку тени. Нина ощущала пространство вокруг, представляла, где находятся опоры, даже подумала о том, каким образом можно было бы добраться до лестницы, если бы не связанные запястья и лодыжки. Она попыталась мысленно зафиксировать окружающую обстановку, но прошло немало времени с тех пор, как она в последний раз спала, и в ушах у нее звенело. Она чувствовала себя полностью измотанной. Потеря пары пинт крови тоже сыграла свою роль, но вряд ли могла вызвать случившуюся пять минут назад рвоту. Видимо, сыграли свою роль и пары бензина.
Нужно было сохранять бдительность. Человек, который ее похитил, совершил некую ошибку. Она слышала, как Пол называл его «Джеймс». Судя по всему, он должен был совершить что-то другое вместо похищения, а может быть, кроме него. Что? Явно не убить ее, иначе Пол сделал бы это прямо на месте. Он был не из тех, кто оставляет людей в живых ради забавы. Скорее наоборот.
Задавать себе подобный вопрос было не слишком приятно, но почему ей сохранили жизнь? И что можно попытаться сделать, чтобы…
Потом она кое-что вспомнила. Еще в фургоне она поняла, что ее мобильный телефон, скорее всего, до сих пор работает. Она знала, что выключила его перед встречей с Рейделом, так что аккумулятор вряд ли успел разрядиться. По крайней мере, хотелось бы надеяться. В фургоне она не могла даже мечтать о том, чтобы отыскать телефон.
Здесь же это могло и удаться, если действовать быстро. Ей даже не нужно было куда-либо звонить. Если они отслеживают местонахождение телефона или если Уорд пытается ей звонить и в конце концов дозвонится…
Нина изогнула шею, повернув голову на пыльном, потрескавшемся полу. Когда ее несли в подвал, вместе с ней притащили и большую сумку с вещами ее похитителя, которые находились в «фольксвагене». Насколько она помнила, сумка стояла у стены. Когда он явился к Нине в номер, на ней было пальто. Телефон должен был находиться глубоко во внутреннем кармане. Сейчас же пальто, скорее всего, лежало в сумке.
После столь долгого периода ничегонеделания у нее наконец появилась цель. Настоящая.
Добраться до телефона. И естественно, остаться в живых.
Лучше всего было попытаться сесть. Тогда можно попробовать переместиться по полу в сторону сумки. Не самый быстрый способ, но по крайней мере позволяющий хоть на что-то рассчитывать.
Ей потребовалось пять минут, чтобы извернуться и принять сидячее положение. Затем она направила ноги в нужную сторону и начала ерзать задом.
У нее даже что-то получалось, хотя и очень медленно. Пол был неровным, на нем валялись какие-то предметы. И то и другое она поняла не сразу, а лишь когда натолкнулась на препятствие, и пришлось каким-то образом его огибать.
Однако медленно, но верно она продвигалась вперед, и в конце концов ее ноги уткнулись в стену. Слегка наклонившись влево, она коснулась чего-то ногами. Послышалось шуршание.
Сумка.
И что дальше? Воспользоваться руками или ногами она не могла. Возможно, ее пальто лежало где-то глубоко внутри. К тому же оно было толстым — Уорд купил его в преддверии наступающих зимних холодов на тихоокеанском побережье. Добраться до телефона было практически невозможно. Но, может быть, если попытаться надавить на сумку…
Неожиданно послышались приближающиеся сверху шаги.
Она сразу же упала на бок и покатилась по полу. Катилась она очень быстро — не имело значения, на что она натыкалась по пути, главным было снова оказаться на прежнем месте. Нельзя было допустить хоть каких-либо подозрений, что она пыталась добраться до сумки.
Она натыкалась на невидимые препятствия, что-то зацепилось за ее запястье, и ей пришлось резко дернуться, чтобы продолжить движение. Все ее тело болело, не хватало дыхания. Однако ей удалось достичь исходной точки, и, убедившись, что лежит на спине, она заставила себя дышать ровно и спокойно.
Послышался звук открываемой двери в подвал. Нина приподняла голову, все еще сдерживая тяжелое дыхание. Наверху лестницы стояли двое — Человек прямоходящий и еще один, постарше. Она также заметила молодого парня, державшегося позади.
Может быть, он смог бы чем-то ей помочь? Судя по выражению его лица, он не вполне понимал, что происходит. Может, стоило попробовать пробудить в нем какие-то чувства, например, как к старшей сестре? Ну да, конечно, мечтай дальше, Нина. Но сколько лет могло быть его матери? Что, если бы он увидел ее столь же беспомощной, как и Нина? Как бы он себя повел?
Но когда двое начали спускаться по лестнице, парень остался наверху и несколько мгновений спустя скрылся из виду.
Оказавшись внизу, Пол не стал подходить к ней, а отошел к стене. Присев на корточки, он некоторое время разглядывал пол, водя пальцем в пыли.
— Не думаю, что проблем будет чересчур много, — сказал он второму. — Но опять-таки не благодаря тебе.
Он встал и посмотрел на Нину.
— А ее мы какое-то время подержим у себя. Когда она станет нам больше не нужна, я тебе позвоню, и если прикажу тебе ее убить — ты сделаешь это немедленно. Никаких игр. Понятно?