Дон Уинслоу – "Современный зарубежный детектив-2" Компиляция. Книги 1-20 (страница 553)
— На столике.
На столике, естественно, не было ничего, кроме стакана с водой. Но пока я шла к столику, я успела подумать: притворяться необходимо — если вообще необходимо, — только когда я к нему поворачиваюсь, а сейчас он видит меня со спины, но это ведь будет как ложь! Поэтому я провела руками по воздуху, пытаясь вообразить лакированную древесину, тугие струны, затейливые украшения на деке. Мне вспомнился один из пунктов пресловутого семейного письма: «Со скрипкой обращаться аккуратно». Хрупкая вещь. Я как будто держу что-то на весу. Я обернулась к мистеру Икс:
— Она совсем легкая.
— Благодарю, мисс Мак-Кари, это свидетельство ее хорошего качества.
Мои пальцы почти встретились с его руками, я как будто передавала свое безумие ему.
— Я что-нибудь сыграю для вас.
Мистер Икс, как и раньше, принялся водить руками по воздуху, комично изображая скрипача. Но пока я на него смотрела, я осознала, что никто никогда не играл для меня ничего более прекрасного. Никогда в жизни. Что было одновременно и правдой и ложью.
А сейчас я скажу, что, когда мистер Икс опустил руки, наступила
— Не забудьте, кхе, распорядиться насчет завтрака.
Быть может, мистер Икс все-таки прав: совершенство таится в беспорядочной смеси компонентов. Закон Холмса.
5
Конечно же, я ничего ему не сказала. Таков был мой план. К тому же я подумала, что он так или иначе обо всем узнал — или почувствовал, с его-то сверхъестественной способностью догадываться о чужих делах. А если я поняла все верно, мистер Икс не попытался меня разубедить, что было воспринято мною как знак: он хочет, чтобы я продолжала расследование, раз уж его дети-лазутчики теперь помочь не в силах. Дойл к этому времени успел пообщаться с доктором Понсонби, и, как он и предсказывал, ему без труда удалось добиться от директора разрешения. Проблемы пришли с неожиданной стороны — от моих товарок. У Нелли Уоррингтон и Джейн Уимпол набралось много работы, они не захотели брать на себя еще и мистера Икс. Я надеялась, что меня снова выручит Сьюзи Тренч, но случилось так, что наша старшая медсестра как раз взяла отгул на полдня, и, следовательно, Сьюзи пришлось бы в одиночку отвечать за весь пансион. Просить ее о такой жертве было бесполезно. И все-таки я это сделала — ну и получила предсказуемый отказ. Мы обе расстроились — я знаю, Сьюзи не притворялась. И все-таки она не удержалась от своих вопросиков:
— Он снова тебя пригласил?.. — (Я кивнула в ответ.) — Это уже
— Клянусь, это не то, что ты думаешь.
Сьюзи недоверчиво хихикнула как раз в тот момент, когда из комнаты лорда Альфреда появилась Брэддок с подносом, заваленным использованными бинтами. Мы всполошились, как голубки на окошке.
— Что здесь происходит? Вы что-то затеваете?
Сердце мое ёкнуло, а я застыла на месте. И Сьюзи тоже. Я догадывалась, что Сьюзи осталась не только из-за старшей медсестры, но еще и из-за меня, в качестве поддержки, однако присутствие Сьюзи вовсе не пошло мне на пользу: при ней у меня пропала всякая охота врать и отпираться. Я была готова просто взять и объявить, что доктор Дойл снова пригласил меня вечером в театр.
Я помолчала, а потом взглянула ей в глаза. На лице Брэддок было написано презрение, с которым она, вероятно, появилась на свет. Тик на глазу сильно портил картину… Прощай, разрешение доктора Понсонби, подумала я.
— Сьюзи, ты не оставишь нас на минутку? — попросила старшая сестра. В Кларендоне не было предусмотрено место для приватных бесед, посему мы уединились на лестничной площадке. — Энни, после того разговора с Понсонби ты считаешь, что я настроена против тебя.
Это был не вопрос, но я все-таки ответила учтивой ложью:
— О нет, мисс Брэддок, ни в коем случае.
— У тебя есть основания, чтобы так думать, — продолжала Брэддок, оставив мои слова без внимания. — Но Энни, верь или не верь, я отношусь к Кларендону и к своей работе очень серьезно. И хотя, с одной стороны, я вижу, что при тебе мистер Икс в чем-то улучшился, с другой стороны, я не совсем в этом уверена. Ты чересчур увлеклась… Дай мне закончить. Этот человек очень хитер, он, сидя в своем кресле, добивается от других всего, что ему нужно… Когда тебе кажется, что ты изобрела новый способ ему помочь, на самом деле это он чего-то пожелал. Он заставляет тебя верить, что это твои мысли, но на самом деле это его мысли. Этот человек — дьявол.
— Но ведь он болен, мисс Брэддок, — мягко ответила я, а про себя добавила: «Она права, и если я не признаю, что она права, так это из гордости».
— По-твоему, я не знаю? У тебя, конечно, есть опыт работы в лечебнице, но я занимаюсь этим делом дольше твоего. Он сумасшедший. Вот почему я считаю, что ты чересчур увлеклась.
«Я чересчур увлеклась? — повторила я про себя. — Но кем? Дойлом или моим пансионером?» Сейчас мне было горько думать, что слова Брэддок правдивы, но, даже несмотря на боль, я различала за ними ревность.
— Он вас использует, тебя и Дойла. Он использует, кого ему заблагорассудится. — Я так на нее посмотрела, что Брэддок добавила: — Скажи мне, что сегодняшний поход с Дойлом в театр никак не связан с убийствами. Поклянись.
Я покачала головой и что-то забормотала. Мое «умение» лгать, кажется, меня покинуло. Я предпочла перейти на полуправду:
— Мисс Брэддок, мистер Икс многое знает. Сумасшедший или нет, он… он многое предчувствует.
— Я знаю.
— А доктор Дойл склонен доверять его интуиции…
Брэддок кивнула тихо и неторопливо, глядя на меня из самого центра своего круглого лица. Но сейчас я смотрела на эту женщину иначе: я начала понимать, что ее работа — это ее жизнь, точно так же как и для меня. Если в Брэддок и была ревность, то она жила в ней как подземный огонь. Быть может, ревность пламенела еще и сейчас, только никто об этом не знал. Она сама постаралась ее спрятать.
— Доктор и мистер Икс расследуют убийство этого паренька, ведь так? — Старшая сестра прищурилась, пресекая любую попытку обмана. Я кивнула. — Но при чем же здесь ты, Энн?
— Я им нужна… Они вышли на след и попросили меня о помощи.
Вообще-то, дело обстояло не совсем так. Это я попросила Дойла о помощи. Это было мое расследование — даже мистер Икс был ни при чем, дело, с которым я решила справиться сама для себя.
— А это не опасно?
Этот вопрос меня удивил, я сумела только покачать головой.
Брэддок отвернулась, теперь она смотрела в окно. Все черты ее лица собрались для выражения необычного чувства.
— Нищеброды — это одно, а вот ребенок — совсем другое, — сказала Брэддок. — Моему отцу не нравились нищие, даже нищие дети, но я-то считаю, что ребенок-попрошайка — это в первую очередь ребенок. Если ты думаешь, что твое присутствие каким-то образом поможет, я останусь в Кларендоне.
Это неожиданное предложение помощи меня ошеломило.
— Нет! Ваш отгул… Мисс Брэддок, вы ведь собирались в театр…
— Ой, да это всего лишь кукольная постановка, «Мореход Пинтопп уходит навсегда», в театре «Ройял», но я не сильно-то и хочу. Мне никогда не нравился театр с живыми людьми, и моему отцу тоже, но теперь даже марионетки меня не радуют. Я собиралась составить компанию своей приятельнице, весьма докучливой особе, так что теперь я спасу себя от двух часов беспримерной скуки… — Мы улыбнулись друг дружке. — Помоги Дойлу, только не попадись в сети мистера Икс. Да, я пожаловалась на тебя доктору Понсонби и нажалуюсь снова, если увижу, что твой пансионер слишком сильно на тебя влияет. Энни, я не хочу, чтобы тебя уволили; я хочу, чтобы тебе поменяли пациента. Этот человек опасен. Будь осторожна.
Я была так ошарашена ее словами, что последовавшие за ними объятия восприняла как дело почти естественное. Брэддок уходила по коридору медленно и одиноко, бочкообразная фигура с громадным кузнечиком на голове.
Я поднялась в его комнату и, стоя на пороге, объявила, что сегодня у меня свободный вечер. Он ничего не ответил. Я решила, что ему просто неинтересно. Мне бы только порадоваться, что он не вмешивается в мои дела, но полюбуйтесь на нашу Энни! В тот момент мне хотелось, чтобы он сказал то же самое, что сказала Брэддок: «Будь осторожна».
С тех пор как Роберт ушел из моей жизни, я нуждаюсь в людях, с этим не поспоришь.
Кстати, а где сейчас Роберт? — подумалось мне на пороге Кларендон-Хауса. Уже вернулся на «Неблагодарный»? Стоит, опершись о борт, посреди открытого моря и проклинает медсестру из Портсмута?
Я пожелала Роберту всего самого хорошего, где бы он ни находился.
Кукольная мелодрама
Марионетка — это кукла, считающая себя человеком.