Дон Уинслоу – "Современный зарубежный детектив-2" Компиляция. Книги 1-20 (страница 131)
— Но теперь-то вы расскажете, как все было? — спросил Бун. — Возможно, это и не понадобится, но если что, вы расскажете полицейским то, что рассказали мне?
Девушка опустила голову и, подумав минуту, кивнула.
— Спасибо, Джилл, — поблагодарил ее Бун.
Джилл открыла дверь машины.
— Вам принести чего-нибудь? Латте или еще чего? В смысле, бесплатно? — предложила она.
— Нет, спасибо.
— Ладно.
Бун подождал, пока она не зайдет в кафе, а затем позвонил Пит и договорился встретиться с ней и Аланом в тюрьме.
Глава 100
Существует один-единственный вопрос, который никогда не задаст своему клиенту адвокат: «Вы это сделали?» Большинство подозреваемых ответят «нет», но если прозвучит «да», у адвоката будут большие неприятности. Он не имеет права разглашать информацию, полученную от клиента, но, будучи служителем правосудия, не может также пойти на лжесвидетельство или подстрекательство к нему.
Правда, Алану Бёрку не требовался ответ Кори — он у него уже был, в виде письменного признания. Алан делал вид, будто старательно изучает его, пока Кори нервно вертелся на стуле.
Бун устроился поудобнее, слушая, как Алан зачитывает признание:
— «Мы вышли из бара и стали ждать, потому что разозлились, что нас оттуда вышвырнули. Ну, я увидел мужика, который оттуда вышел, и решил его отделать. Я подошел к нему и ударил его своим ударом Супермена. У него глаза закатились еще до того, как он упал на землю. Мне больше нечего вам сказать».
Алан вопросительно взглянул на Кори.
— Че? — вскинулся тот.
— Что «че»? — рассердился Алан. — Скажешь что-нибудь по поводу этого своего признания или нет?
— Нет.
— Джилл Томпсон на самом деле не видела, как ты нанес удар, — произнес Алан. — Для тебя это новость?
— Да.
— А копы сказали тебе, что она все видела, так ведь?
— Типа того.
— Кроме того, мы считаем, что и таксист ничего не видел, — продолжил Алан. — Но, опять-таки, полицейские сказали тебе, что и он — свидетель?
— Вроде как… да.
Алан кивнул.
— Но ребята — Трев, Билли и Дин, — они же видели, что это я его ударил, — быстро добавил Кори.
— Да, они так говорят.
— Они бы не стали врать, — горячо возразил Кори.
— Не стали бы? — усомнился Алан. — Да они вот-вот заключат сделку с прокурором, по которой им светит всего по полтора года. Но только при условии, что они дружно заявят, будто это именно ты нанес Келли смертельный удар.
— Ну и ладно… — пробормотал Кори.
— Ладно, если так все и было, — возразил Алан. — Но если они врут…
Господи, парень, подумал Бун, да он распахнул перед тобой дверь нараспашку. Просто возьми да войди в нее, Кори. Сделай один крошечный шажок для своего же блага.
Но нет.
Алан Бёрк не добился бы своего нынешнего положения, если бы легко пасовал перед трудностями. Поэтому он продолжил бомбардировать Кори вопросами:
— Скажи, Кори… Возможно ли… Допускаешь ли ты такую вероятность, что в том хаосе и беспорядке… вспомни, ты ведь много выпил… так вот, что в том хаосе кто-то другой ударил Келли, а тебе просто заморочили голову полицейские?
Кори уставился на пол, затем перевел взгляд на свои ботинки, на стены, на руки.
— Так что, возможно такое? — повторил Алан.
Кори молчал.
— Возможно или вероятно? — спросил Алан, словно уже вел перекрестный допрос в суде, подталкивая подзащитного к краю обрыва.
Кори не поддался.
Вместо этого он вдруг выпрямился и громко заявил:
— Мне больше нечего вам сказать.
— Это тебе Майк Бойд фашистской херней голову забил? — поинтересовался Бун. — И ты собираешься взять на себя ответственность за убийство только потому, что нашел в жизни клоаку, в которой тебя признали своим?
— Бун, — предостерегающе произнесла Петра.
Бун не обратил на нее внимания:
— С бейсболом у тебя не сложилось, с работой тоже. Сёрфер из тебя дерьмовый, боец — еще хуже. Но ты подписался под этим убийством и потому решил, что наконец хоть в чем-то преуспел — ты же убил «черномазого»! Вот ты и держишься за свое признание как ненормальный, потому что больше у тебя в жизни ничего нет. Только глупый гнусный слоган «Мне больше нечего вам сказать».
— Ради бога… — начала Петра.
— Я считаю, что не ты убил Келли, — продолжал Бун. — На мой взгляд, это сделал Тревор. Вот только он не настолько глуп, чтобы в этом признаваться. Поэтому он свалил все на тебя. И знаешь что, Кори? Я очень надеюсь, что ты продолжишь молчать. Я очень надеюсь, что тебя приговорят к смерти и хоть так ты станешь
— Я не знаю, слышите?! — закричал Кори. — Я ни хрена не помню! Не помню, что вообще тогда произошло, понятно?! — Он грохнул кулаком по столу, а затем начал бить себя по голове, приговаривая: — Не помню, не помню, не помню!
В комнату вбежал охранник. Схватив Кори в охапку, он прижал его руки к столу.
— Я не помню… не помню… — Кори разразился рыданиями.
Алан повернулся к охраннику:
— Вы не могли бы вызвать сюда окружного прокурора Бейкер?
Глава 101
Вот какую историю поведал им Кори в качестве официальной версии.
С Тревором и братьями Ноулс он вместе занимался сёрфингом. Просто от нечего делать, да и вообще — прикольно это. Сначала сёрферы постарше их не очень-то привечали, но Тревор скорешился с ними, прогнав с пляжа каких-то неместных. Потом Майк как-то обмолвился, что будет рад видеть их в своем спортзале.
Ну они и подумали: а почему бы и нет? Бои без правил — это круто. Вот так и вышло, что почти все время они проводили в зале или у брейка Рокпайл.
Они тусовались у брейка и помогали «очищать» его от приезжих. Это была их вода, их земля, поэтому они решили назвать себя «Командой Рокпайл». Как-то вечером, когда они торчали в додзё, Майк предложил им посмотреть кое-какие сайты, и они согласились — думали, там будет порнушка или что-нибудь в таком духе, но он зашел на сайт, где говорилось про белую расу и про то, как белые должны защищать ее. Майк спросил, как им это нравится, и они признали, что все это очень круто.
Майк сказал им, что белая раса — их племя, а они, — воины. Воины должны защищать свое племя. Он спросил, будут ли они сражаться за свое племя. И они ответили, что да, будут. Майк подчеркнул, что в этом весь смысл — тренироваться и качаться, чтобы стать хорошими воинами для своего племени. Он рассказал им про Алекса Кёртиса, и как тот попал в тюрьму, и что он говорил. Он объяснил, что значит цифра «пять», и как-то вечером Кори, выпив пару пива для храбрости, сделал себе такую татуировку. Тогда Майк сказал, что он, Кори, скоро станет настоящим воином…
А воин должен бороться за свой народ.
— Когда-то Сан-Диего был белым городом, — говорил Майк. — А теперь тут одна шваль. Они выживают нас отсюда. Скоро для белых уже не останется места. Нас выкинут с наших улиц, с наших пляжей, с наших волн.
— Кто-то должен с этим что-то сделать, — сказал Трев.
В ту ночь — ту самую ночь — они мотались по городу, заходили в клубы, нарывались на неприятности. Если хочешь стать воином, надо много драться. А в додзё драться не с кем, особенно если ты не супербоец, с которым все хотят сразиться, — а Кори супербойцом точно не был. Многие парни из спортзала устраивали драки просто на улицах или на пляже. Они надирали задницы кому ни попадя, при каждом удобном случае.
Так что они тоже решили выйти на улицы.
Они — это Кори, Тревор, Билли и Дин.
«Команда Рокпайл».