Дон Уинслоу – "Современный зарубежный детектив-2" Компиляция. Книги 1-20 (страница 1189)

– Это не важно. Мне нужны только данные.

Кристоф швырнул бумагу на стол:

– Но я не могу этого сделать, это не по моему отделу. Между прочим, если в них сунуться, не имея соответствующего доступа, это легко может быть обнаружено.

Хауссер негромко хохотнул:

– Милый мой Мидас! Ты уже обнаружен. Поэтому ты здесь и сидишь. Весь смысл наших отношений в том и состоит: я прошу раздобыть сведения – ты это делаешь.

– Но меня могут уволить.

– Раньше ты всегда охотно шел на такой риск, пока речь шла о твоем собственном обогащении? Теперь ты сделаешь это ради национальной безопасности. Считай это героическим поступком.

– К черту! Это, кажется, никогда не кончится, да? – пробормотал Кристоф, вставая из-за стола.

Хауссер сделал глоток пива.

Лежа на кровати в наушниках, Хауссер слушал, как Кристоф в очередной раз умолял Лену, чтобы она его не бросала. Мольбы, обращенные к алтарю и прекрасной святой деве. Но железная дева непреклонно настаивала на своем решении, и развод был неизбежен.

– Лена, это же было больше десяти лет тому назад! Лена, в ту ночь я был в помрачении и не помнил себя! – рыдал Кристоф. – Штази подсыпали мне какую-то отраву. Они накачали меня наркотиками и устроили эту инсценировку. Они всегда этим занимаются – травят нас. Сталкивают нас лбами.

Хауссер невольно улыбался, слушая, как он оправдывается. Но тут раздался голос Лены:

– Но чтобы этого больше никогда не повторялось, слышишь? Я не потерплю с твоей стороны таких слабостей. Это пошло и примитивно!

Хауссер сразу вскочил с кровати и пошел в гостиную. На мониторе он увидел, что они сидят, держась за руки. Только тут он сообразил, что Лена же не снимала обручального кольца, а он поверил, что она всерьез говорит о разводе.

– Поверь мне в последний раз, и я докажу тебе. Ты никогда не пожалеешь, что поверила мне, – сказал Кристоф.

– Обещай мне, что мы устроим свою жизнь так, как собирались! Подальше от всего этого. – Она обвела комнату неприязненным взглядом.

– Обещаю тебе! Я и сам уже думал, что нам все-таки надо уехать.

– То есть ты хочешь сказать, что мы присоединимся к Шрёдеру и сбежим отсюда вместе с остальными?

– Нет. Из этого все равно ничего не получится. Я думаю, что нам самим надо попытаться выбраться отсюда в Варшаву, а оттуда уже куда-нибудь дальше…

Глядя на экран, Хауссер торжествующе усмехался и потирал руки. Не зря он нажимал на Мидаса – последняя попытка принесла желаемые плоды.

– Я уверен, что у нас еще все будет хорошо, только бы уехать отсюда подальше.

Лена выпустила его руку:

– И кончим, как другие беглецы, без гроша в кармане?

– У меня на Западе есть связи. Мы можем начать там новую жизнь.

– То есть начать все сначала? Ты же сам говорил, какие тут открываются возможности. Разве не поэтому мы решили остаться? Дождаться смены системы. Дождаться восстановления. Потому что тут откроются возможности и мы разбогатеем?

– Ну да, Лена. Но положение несколько осложнилось.

– Ну так упрости его, Кристоф! Если хочешь, чтобы я поверила тебе, то забудь о планах побега и позаботься о том, чтобы обеспечить нам будущее здесь.

Она встала и вышла из комнаты, оставив Кристофа в одиночестве.

Хауссер с размаху стукнул рукой по столу. А ведь чуть было не удалось! Еще немножко, и все было бы в порядке!

38

Кристиансхавн, апрель 2014 года

В каюте «Бьянки» перед Луизой стояла на столе покрытая пятнами плесени обувная коробка, с которой была снята крышка. За окном начал накрапывать дождь, капли звонко стучали о крышу.

– Как видно, я очень многого не знала про своего брата.

– У всех есть свои тайны, – бросил сзади Томас, занятый тем, что обыскивал кухонные шкафы в поисках выпивки. Пока что ему удалось отыскать только остатки горькой настойки «Гаммель данск», от которой Луиза отказалась.

– Не могу только понять, зачем он все это тут спрятал, – сказала Луиза.

– Думаю, в этой коробке – его трофеи. Даже зная, что никогда не вернется назад, он не смог ее выкинуть. Слишком много для него значило ее содержимое. Он предпочел запрятать свое сокровище в надежном месте, где никому не придет в голову его искать.

– Никому, кроме вас, – сказала Луиза, садясь на диван.

Томас обернулся к ней:

– Кажется, я знаю, где найдется вино. Вам не расхотелось?

– Хочется, и даже больше прежнего.

Он вышел из каюты и направился на нос яхты. Через несколько минут он вернулся с мокрой бутылкой без этикетки. С бутылки стекала вода.

– Быстро вы! – сказала Луиза.

Томас кивнул, достал штопор и вытащил пробку. Он был уверен, что вино будет приличное. У Эдуардо был хороший вкус. Но Томас знал, что ему еще предстоит серьезное объяснение с Эдуардо, когда тот обнаружит, что припасенная им бутылка, которую он охлаждал в канале, опустив на веревочке в воду, исчезла. Томас взял из мойки два бокала и сел рядом с Луизой.

– Могенс был педантом, – сказал Томас, наполняя бокалы.

В коробке лежали накопившиеся за несколько лет десятки писем и распечатки электронных сообщений от женщин, желавших завязать знакомство через Интернет. Среди писем, подобранных в алфавитном порядке, лежали также ответы Могенса, распечатанные на принтере и прикрепленные скрепками к соответствующему письму. Так что в переписке, как и во всем, что касалось жизни Могенса, царил образцовый порядок.

– Что-то мне не хочется рыться в его бумагах, – сказала Луиза, пригубливая вино. – Мне кажется, это нехорошо – получается, как будто я шпионю за ним.

Томас невольно вспомнил, как он сам копался в прошлом Евы, но быстро отогнал от себя эту мысль.

– Но с другой стороны, по этим письмам можно будет, наверное, узнать, с кем он в последнее время общался.

Луиза пожала плечами и принялась перебирать стопку писем. Некоторые женщины прилагали к письму свою фотографию в более или менее раздетом виде. Случайно ей подвернулось письмо, судя по дате, годичной давности. Она прочла его:

– Виви из Бранде. Представилась как Козерог эротического склада и мама четырех кошек. – Найдя ответ Могенса, она только покачала головой.

– Он выдал себя за капитана воздушного лайнера, работающего на SAS. Он перечисляет множество направлений, по которым летал, и расписывает, как много зарабатывает. – Отложив в сторону электронные письма, относящиеся к Виви, она вынула новое, отправленное другой женщине. – Тут он явно повысил себя в чине и стал старшим врачом, работающим в отделении сосудистой хирургии. Выросли и его заработки.

– Очень солидно! – иронически прокомментировал Томас. – Ничего, если я тоже буду читать? – спросил он, кивнув на объемистую стопку, которая лежала в коробке.

– Читайте сколько угодно, я буду только рада, – согласилась Луиза, и они принялись вместе разбираться с письмами и электронными сообщениями.

Очень скоро они убедились, что у Могенса была богатая фантазия. Во всех заочных контактах, в которые он вступал, прослеживалась одна и та же схема. В каждом отдельном случае он сочинял о себе длинную и весьма интересную историю, в которой описывал свои занятия и достижения. Если сложить все письма, то оказывалось, что он был обладателем чуть ли не всех ученых степеней, военных и гражданских званий, какие только существуют на свете, и денег заработал в ходе предпринимательской деятельности миллионы. Он побывал и миллионером, специалистом в области информационных технологий, и биржевым игроком, зарабатывал инвестициями в недвижимость, его предпринимательская деятельность охватывала все возможные сферы.

– Удивительно, как много женщин, с которыми он переписывался, клевало на эти рассказы, – сказала Луиза. – Такое впечатление, что они с радостью готовы были поверить в эти иллюзии.

– До тех пор, пока он не обрывал контакт, – ответил Томас. – Мне не встретилось ни одного сообщения, которое указывало бы на то, что с кем-то из них дело доходило до личной встречи. А у вас?

Луиза помотала головой. У нее создалось впечатление, что Могенс каждый раз прерывал контакты при первых же намеках на возможность личной встречи, которая разоблачит его и покажет, что он представляет собой на самом деле. В пачке встречались письма от женщин, озлобленных на него за измену и ругавших его последними словами.

– Мне очень не нравится, как он их дурачил, – сказала Луиза. – Это не по-человечески.

– По крайней мере, он не пытался обманным путем выманивать у них деньги. В отличие от таких вот, как этот. – Томас достал из пачки письмо, которое только что прочел. – Это типичный образчик «нигерийского письма».

– А что такое «нигерийские письма»?

– Это такие письма, в которых мошенник старается вынудить жертву выслать ему денег, иногда выдавая себя за молодую незамужнюю женщину, которой требуются деньги на покупку авиабилета или для поддержания больного родственника. Иногда они выдают себя за делового человека с замечательной предпринимательской идеей или с замороженными миллионами на банковском счете, которые будто бы можно разморозить, сделав небольшой взнос. Письма прозвали «нигерийскими», потому что в большинстве случаев они приходят из африканского государства Нигерия.

– Вы думаете, что Могенс мог попасться на такую удочку?

Томас пожал плечами:

– Похоже, что на эти сообщения он не отвечал. Давайте попробуем отыскать женщин, с которыми он переписывался в последнее время.

Они бегло просмотрели вторую половину писем и сообщений. Большая часть из них была из-за границы, от женщин, с которыми Могенс связывался через международные бюро знакомств. Там были женщины со всего света, и бахвальство Могенса словно бы возрастало пропорционально расстоянию.