Дон Уинслоу – "Современный зарубежный детектив-2" Компиляция. Книги 1-20 (страница 1168)
– Ага, управдом! Кажется, он живет на первом этаже?
– Да, в квартире справа, – ответил Мюллер.
– Что нам о нем известно?
– Вольфганг Фоллер. Вдовец. Шестьдесят восемь лет, бывший водитель автобуса. Член партии, вступил в возрасте двадцати трех лет.
– Пусть ночью кого-нибудь за ним направят.
– За что будем брать?
Хауссер пожал плечами:
– Напряги фантазию, Мюллер. Позаботься только, чтобы в результате он был доставлен в Хоэншёнхаузен.
Направляясь к двери, Хауссер на ходу бросил Мюллеру:
– Распорядись, чтобы техники оборудовали наблюдательный пункт в его квартире. Операцию организуем по тому же плану, как с Лео Данцигом. Круглосуточное тайное наблюдение под прикрытием.
– Есть! Кто въезжает в квартиру?
14
Берлин, Пренцлауэр-Берг, 16 августа 1989 года
Через несколько дней после проведенного службой безопасности обыска в доме девять по улице Грейфенхагенерштрассе Кристоф Шуман вошел в подъезд своего дома. Со двора доносилось равномерное шарканье: кто-то подметал мостовую. Рабочий день Кристофа закончился, и он возвращался из банка. Пиджак он нес под мышкой, и расплывшиеся на белой рубашке темные пятна со всей очевидностью демонстрировали, как ему было жарко. По пути к лифту он встретился с управдомом. Тот стоял к нему спиной, подметая площадку возле мусорных баков. Кристоф достал ключ и открыл дверь подъезда.
– Простите, пожалуйста, – послышался за спиной голос.
Кристоф обернулся и увидел перед собой незнакомого человека в синей управдомовской куртке.
Хауссер, улыбаясь, отер руку о синюю куртку, прежде чем протянуть ее Кристофу:
– Моя фамилия Хауссер, я новый управдом.
Кристоф взглянул на протянутую руку и нехотя пожал:
– А где же прежний управдом? Кёлер, кажется, или Фоллер, не могу вспомнить.
– Не имею понятия. Перевели, наверное, куда-нибудь еще.
– Впрочем, это не важно. Все равно его было никогда не поймать. – Кристоф толкнул дверь плечом, и под напором его мощного тела она распахнулась. – Надеюсь, вы лучший работник.
– Смею надеяться, что это так.
– У нас что-то неладно со сливом в ванне. Вы не могли бы на днях заглянуть и привести его в порядок? Квартира Шумана.
– …шестой этаж. Обязательно приду посмотреть, что там такое, – ответил Хауссер и усмехнулся вслед скрывшемуся в подъезде Кристофу. Затем он вернулся дометать последний участок двора, который еще оставалось убрать.
Десять минут спустя Хауссер уже входил в квартиру управдома. В запертом помещении было жарко как в печке, и Хауссер, скинув куртку и майку, бросил их на полу в прихожей. Из комнаты слышалось тихое гудение, и сквозь дверную щель в переднюю проникал зеленоватый свет. Хауссер зашел на кухню и достал из холодильника бутылку с абсентом и лоток с кубиками льда. Выйдя в прихожую, он настежь раскрыл дверь в комнату. Все пространство вокруг затопило зеленоватым светом. Он взглянул на стену, вдоль которой техники во всю ширину установили восемь мониторов. Непрерывно гудела видеоаппаратура, велась запись. Все аппараты были подключены к скрытым камерам, установленным в квартире Шумана. Хауссер мог следить за всеми помещениями квартиры, включая лестничную площадку. Кроме камер, в разных местах квартиры находилось с полтора десятка работающих микрофонов. Технический отдел постарался и сам себя превзошел. Хауссер уселся за мониторы. Сейчас было не то что в прежние времена, когда Хауссер только начинал работу в службе. Тогда пользовались узкой пленкой, которую потом нужно было еще проявлять. С появлением видеокамер наблюдение стало возможно вести непосредственно в момент события. С годами они к тому же все больше уменьшались в размерах, и теперь достаточно было установить в комнате, за которой велась слежка, микроскопический объектив, протянув через стену электрический кабель, подведенный к видеоаппаратуре в помещении, где сидел наблюдатель.
Хауссер глядел на монитор, находившийся в середине ряда. На нем виден был стоящий у домашнего бара Кристоф. Он наливал себе бокал.
– Лена? Хочешь мартини? – раздался из динамика голос Кристофа.
– С удовольствием, дорогой, – отвечала Лена из кухни.
Хауссер взглянул на соседний монитор, на котором видна была Лена. Она готовила ужин.
– С удовольствием, дорогой, – передразнил Хауссер и налил себе в бокал абсента.
15
Кристиансхавн, апрель 2014 года
От старых книг, расставленных на стеллажах в лавке Виктории, исходил запах кофе, табака «Петтерё» и книжной пыли. Из портативного граммофона на широком магазинном прилавке неслась мелодия «Лунный свет в Вермонте» в исполнении Чета Бейкера. Около граммофона Томас рылся в картонке с деталями старой электронной техники. Там было все, что угодно, начиная от удлинителей, зарядников, старых телефонных автоответчиков, мобильников вплоть до счетной машинки, которая, казалось, явилась из какого-то музея старинной техники.
– Ты точно знаешь, что тут есть что-то подходящее? – громко спросил Томас хозяйку, которая вышла в подсобное помещение.
В следующий миг на пороге появилась Виктория с охапкой книг, изо рта у нее торчала недожеванная коричная булочка. Булочку ей принес Томас.
– Мм… – промычала Виктория, кладя книги на прилавок.
Откусив кусочек, она, не переставая жевать, сказала:
– Если есть, то именно тут, в этой коробке.
И, смахнув крошки с твидового пиджака, добавила:
– Выбросил бы ты лучше эту штуку. Пора бы уже распроститься с прошлым!
Он обернулся к ней, оторвавшись от коробки:
– Между прочим, я распростился. Но должен же я проверить – вдруг это рабочий телефон Евы?
– Так и отослал бы его туда, где она работала, пускай они там сами разбираются.
Томас выудил из коробки довольно большой зарядник.
– А если он не их? Что же им тогда – отсылать его обратно мне? – Томас покачал головой. – А вдруг то, что записано в телефоне, их вообще не касается?
– Так и есть. И тебя тоже.
Виктория сунула в рот последний кусочек булочки и достала из нагрудного кармана пачку табака.
– Тебе-то что волноваться?
– Мне-то ничего. Только вот подглядывание и подслушивание почему-то приводит мне на память Большого Брата. Брось это, оставь мертвых в покое.
– Неужели тебе самой никогда не приходилось разбирать старые вещи? – Достав из кармана мобильный телефон, он попытался подключить его к зарядному устройству. – Впрочем, не имеет значения. Эта штуковина все равно не подходит.
Томас в сердцах бросил провод от зарядника.
Одной рукой Виктория ловко скрутила себе сигарету, в то время как другой уже доставала старый «Ронсон». Чиркнув зажигалкой, она поднесла к лицу остроконечный язычок пламени, грозивший подпалить ее роскошную серебристо-седую шевелюру. Виктория с жадностью затянулась и выпустила в пространство облако голубоватого дыма:
– Ну, если ты действительно хочешь, чтобы эта штуковина заработала…
– Хочу, конечно. Мне бы покончить с этим сейчас, чтобы больше не думать. Вот все, что мне нужно.
– Да-да, – сказала она и, не вынимая сигареты изо рта, щелкнула пальцами, чтобы он передал ей мобильник. – Вся эта канитель с зарядниками, будто бы для каждого мобильника должен быть свой, подходящий, – это чистой воды обман. На самом деле все зарядники выполняют одну и ту же функцию – преобразуют двести вольт в двенадцать. Единственная разница между ними в том, что разные производители выпускают их с разными штекерами, вынуждая покупателей брать именно тот, который выпускают они. – Взяв со стола нож для разрезания конвертов, она перерезала провод. – Так что на самом деле можно взять любой зарядник от этих старых телефонов. – Очистив от изоляции два проводочка, она сунула их под нос Томасу. – Видишь: плюс и минус, вот и вся премудрость.
– Но как ты их приладишь к мобильнику?
– Это делается гораздо проще, чем ты думаешь.
Взяв мобильник, она просунула лезвие ножа между двумя половинками корпуса и нажала на ручку. Тонкий пластик не выдержал, и винтики, на которых держался корпус, посыпались на пол.
– Что ты делаешь? Ты же его сломаешь!
– Чепуха! – отмахнулась она, кладя на прилавок раскуроченный телефон, и аккуратно присоединила зачищенные концы провода непосредственно к печатной схеме. – А теперь включай его.
Он наклонился и вставил вилку зарядника в розетку.
– Ну что? Работает?
Виктория кивнула:
– Дисплей загорелся. Пускай подзарядится. Есть у тебя пин-код?