Дон Уинслоу – "Современный зарубежный детектив-2" Компиляция. Книги 1-20 (страница 10)
— М-да. Ваше развитие не то что замедлилось, а просто-таки заснуло коматозным сном.
— Вылезайте из моей машины, — холодно велел Бун.
— Да я серьезно говорю.
— И я тоже. Вылезайте.
— Никуда я не вылезу, — заявила Петра, усаживаясь поглубже в кресло.
— Нет, вылезете.
— Почему?
Бун не знал, что ответить. Она ведь его клиент, в конце концов, да и поиски стриптизерши вряд ли могут быть для нее опасны.
— Послушайте, просто уйдите, и все, ясно? — выдавил он лучшее, до чего смог додуматься.
— Вы меня не заставите, — упрямо возразила Петра.
Буну почему-то показалось, что эти слова она произносила не единожды. В них была доля истины. Он взглянул на Петру.
— У меня перцовый баллончик в сумке, — предупредила она.
— Зачем вам баллончик, Пит? Если на вас нападет какой-нибудь амбал, вы поговорите с ним минутку, и он сам себя им обработает.
— Надо было на моей машине ехать, — пробурчала Петра.
— Позвольте задать вам один вопрос, Пит. У вас есть парень?
— Что? При чем тут…
— Да или нет?
— Да, я встречаюсь с мужчиной.
— Он что, настолько убогий?
Петра удивилась, как глубоко ее задела эта глупая фраза. Бун заметил, как у нее дернулось веко, а на щеках проступил румянец. Неужели она все-таки не стопроцентно железная леди, какой хочет казаться?
Он почувствовал себя виноватым.
— Попробую завестись еще раз, — решил он. — Если не получится, возьмем вашу машину.
Он провернул ключ, и мотор завелся. Звучал он безрадостно — кашлял, фыркал и рычал, — но все-таки работал.
— Пусть ваш механик проверит сальники, — посоветовала Петра, когда Бун свернул на Гарнет-авеню.
— Петра?
— Да?
— Заткнитесь, пожалуйста.
— А куда мы едем?
— В таксомоторную фирму под названием «Три А».
— Зачем?
— Потому что Роддик перешла работать в «Абсолютно голых цыпочек», а их обслуживает именно эта компания, — ответил Бун.
— Откуда вы знаете?
— Это и есть те уникальные знания, за которые вы мне платите, — откликнулся Бун.
Он не собирался объяснять ей, что большинство баров — включая стрип-клубы — заключают договоры с определенными таксомоторными компаниями. Когда турист просит таксиста отвезти его в какой-нибудь стриптиз-клуб, его везут не куда-нибудь, а в «Цыпочек». А когда посетитель так надерется в «Цыпочках», что не может сесть за руль, бармен или вышибала звонят именно в «Три А». Так что если Тэмми Роддик вызывала машину, чтобы ее подвезли до дома, то разговаривала она с операторами из «Три А».
— А с чего вы взяли, что она уехала на такси, а не с каким-нибудь приятелем? — спросила Петра. — Может, она вообще домой пешком пошла?
— Точно я не знаю ничего, — пожал плечами Бун. — Зато мне есть от чего плясать.
Честно говоря, он вообще не считал, что Роддик вызывала такси. Бун склонялся к мысли, что Сильвер или кто-то из его подручных сами приехали за Тэмми и увезли ее на долгую-долгую прогулку.
И что Тэмми Роддик они никогда не найдут.
Но попытаться все равно стоило.
Когда к тебе приходит волна, ты катишься на ней.
До самого конца, если, конечно, волна тебе это позволит.
Машина Буна мчалась через Пасифик-Бич.
Глава 17
Пасифик-Бич.
ПБ.
Старый городок у пляжа расположился всего в нескольких километрах к северу от пригородов Сан-Диего, прямо напротив залива Мишн у аэропорта. Болото, отделявшее его от города, давно высохло, и теперь на его месте построили водный парк аттракционов, круглый год привлекающий тысячи туристов.
На самом побережье, если ехать с юга на север, практически в ряд выстроились три городка — Оушн-Бич, Мишн-Бич и Пасифик-Бич — для местных жителей и людей, слишком занятых, чтобы произносить слова целиком, попросту ОБ, МБ и ПБ. Оушн-Бич отделен от двух других городов заливом Мишн, а вот Мишн-Бич сразу же переходит в Пасифик-Бич — единственной границей между ними служит край шоссе Пасифик-Бич у берега залива.
Пасифик-Бич когда-то был чисто университетским городком.
В далеком 1887 году спекулянты, купившие этот болотистый кусок земли вдали от города (тогда до Сан-Диего нужно было скакать много часов), все думали, как бы привлечь сюда жителей. И их озарила идея — высшее образование! Так был построен Институт словесности Сан-Диего. Тогда, в конце восьмидесятых, по всей стране бушевала деловая лихорадка, и магнаты железных дорог предлагали жителям Небраски, Миннесоты, Висконсина и выходцам со Среднего Запада прокатиться до Сан-Диего всего за шесть долларов и прикупить там себе недвижимость.
Первые несколько лет в Пасифик-Бич и вправду был строительный бум. Из пригорода Сан-Диего в город протянули железную дорогу, чтобы горожане могли по выходным приезжать на пляж. Новые поселенцы жили на том же пляже в палатках, дожидаясь, когда же достроят их хорошенькие домики, цена которых всего за одну ночь могла подскочить вдвое. В городке даже появилась своя еженедельная газета, существовавшая в основном за счет рекламы агентств недвижимости. Напротив пляжа возвели ипподром, и сам Уайатт Эрп,[17] сбежавший из Аризоны после обвинения в убийстве, выставлял тут своих лошадей. Теперь на этом месте открылись магазины и кафе, в том числе и «Рюмка» с офисом Буна.
Примерно год все шло как нельзя лучше. А потом пузырь лопнул. За какие-то пару дней дома, стоившие до этого сотни долларов, упали в цене до смешных сумм в двадцать пять монет, институт благополучно закрыли, а ипподром оставили тихо умирать под палящими лучами солнца и порывами соленого ветра.
Уайатт Эрп уехал в Лос-Анджелес.
Некоторые оптимисты так и не продали свои участки и новехонькие коттеджи. Несколько таких домов до сих пор стоят среди отелей и жилых комплексов, что выстроились на Океанском бульваре словно крепости. Но для большинства Пасифик-Бич все-таки умер.
Как там говорится в старой пословице? Когда Бог дает тебе лимоны…
Сажай лимонные деревья.
У землевладельцев Пасифик-Бич не было ничего, кроме пары акров грязной земли и солнца над головой. И на этой почве они решили посадить лимонные деревья. К началу нового века город с гордостью называл себя «лимонной столицей мира», и на какое-то время жизнь опять вошла в привычное русло. В низинах, где теперь стоят дома, зеленели лимонные плантации — до тех пор, пока чрезвычайно низкие цены и лояльные законы об импорте не превратили в лимонную столицу мира Сицилию. Лимонные же деревья Пасифик-Бич вскоре перестали окупать воду, которой их поливали, и перед населением города вновь встала проблема поиска своего лица.
Ее разрешил Эрл Тэйлор. Он приехал в Пасифик-Бич из Канзаса в 1923 году и сразу же принялся скупать землю. Для начала построил аптечный магазин, который теперь располагается в квартале от офиса Буна, на углу Кэсс и Гарнет-авеню, затем открыл еще несколько прибыльных заведений.
Вскоре он познакомился с Эрнестом Пикерингом, и двое мужчин загорелись идеей возвести так называемый «Развлекательный причал Пикеринга».
Да-да, именно так — развлекательный причал.
Там, где кончается нынешняя Гарнет-авеню, когда-то врезался в океан пирс — и не просто обычный пирс для грузовых кораблей; туда приезжали именно развлекаться. Там были и разнообразные аттракционы, и дешевые закусочные, и даже танцплощадка с полом из пробкового дерева.
Пирс впервые открылся для публики 4 июля 1927 года. Открытие сопровождалось шумными фейерверками, музыкой и иллюминацией и имело грандиозный успех. Да почему бы и нет? Отличная идея — простая и глубоко гедонистичная — соединить красоту океана и пляжа с девицами в купальниках, закусками и такими типичными явлениями «бурных двадцатых», как нелегальная выпивка, джаз и разудалые танцы с последующим сексом в прибрежных мотелях, что мгновенно открылись вокруг причала.
Все шло прекрасно, если не считать того, что Эрл и Эрнест забыли обработать сваи, на которых стоял причал. Со временем вкусными деревяшками стали лакомиться всякие паразиты (иные жестокосердные люди даже утверждают, что некоторые паразиты — а именно сёрферы — до сих пор грызут Пасифик-Бич изнутри). Медленно, но верно «Развлекательный причал Пикеринга» погружался под воду и через год после открытия закрылся по соображениям безопасности. Вечеринка была окончена.
Но как раз перед началом Великой депрессии город успел набраться сил.
Конечно, в нем вновь выросли палатки бездомных, но для Пасифик-Бич депрессия была не такой жестокой, как для соседнего Сан-Диего и других городов страны. От безработицы город спасла база морского флота, которую выстроили в заливе. В те годы многим американцам Пасифик-Бич нравился именно за то, что в нем многого не было: толп народа, домов, машин. Они полюбили этот маленький сонный городок с длинными и при этом бесплатными для всех пляжами — ни тебе отелей, ни жилых домов, ни частных машин.
А совсем уж кардинально судьбу Пасифик-Бич изменил… нос. Если точнее — чувствительный нос Дороти Флит.