Дон Пендлтон – Тайфун над Майами (страница 31)
— Мы нашли большую яхту, плавучую крепость ваших врагов, — объяснил он, — и подумали, что El Matador будет рад получить такую информацию и…
Он повел рукой вокруг себя.
— И использовать возможности нашего маленького флота.
Болан улыбнулся, до глубины души растроганный предложенной помощью.
— Спасибо, Торо. Вы и так рисковали своим флотом, спасая меня. Я у вас в неоплатном долгу. К тому же, битва за Майами закончена. Если вы можете высадить меня где-нибудь на пляже…
Лицо Торо потемнело. Через иллюминатор он показал подбородком на мерцающие далеко в море огни.
— Вот оно, это судно, сеньор. Вскоре оно снимется с якоря, чтобы укрыться в порту. Море сердится, Matador. С юга идет тропическая буря. Мы находимся всего… в десяти минутах хода от стоянки ваших врагов. Вы не передумали?
Болан с горечью смотрел на мерцающие вдали огни. После минутного молчания он хрипло ответил:
— Цена этой войны слишком велика, amigo. И она сильно пахнет гнилью.
— Por que, Маргарита?
Болан кивнул головой.
— Да, Торо.
Торо вздохнул, сунул руку в карман куртки и вытащил сложенный вдвое листок бумаги.
— Вам известно, что Маргарита писала стихи? — тихо спросил он.
— Меня это не удивляет, — тем же хриплым голосом произнес Болан.
— Она оставила мне это письмо, Matador, — сказал Торо, пожимая плечами. — Своего рода объяснение. Вы читаете по-испански?
Болан отрицательно качнул головой и глубоко затянулся кубинской сигаретой.
— Нет. Не думаю, что мне хочется услышать его, Торо. Не хочу расстраиваться, да и нет у меня на это времени.
Торо запротестовал.
— Разве я говорю о печали, Matador? Последние слова Маргариты взывают к мужеству, напоминают о свете в конце бесконечно длинного темного туннеля. Вы мне позволите прочитать вам ее строки?
Болан со вздохом кивнул и закрыл глаза.
— Возможно, по-английски это прозвучит не совсем складно, но вот перевод:
Голос Торо дрогнул и он добавил:
— Вот и все, amigo.
Болан долго сидел молча и неподвижно, потом решительно раздавил окурок о настил палубы.
— Это написала Маргарита?
— Да. Скажите, Matador, маленькая soldada умерла без сожаления?
— Да, Торо, — подтвердил Болан. — Она щедро распорядилась своей жизнью.
— Она очень сердилась на меня, сеньор, за то, что я не предлагал вам помощь.
Болан махнул рукой.
— Да что уж! У вас хватает своих забот, Торо. Вас ждут ваши змеи.
— Змеи есть везде, сеньор, в любом месте.
Кубинец устремил взгляд на отдаленные огни.
— Можем ли мы жить, не оглядываясь, Matador? Какое-то время… вместе?
Палач улыбнулся.
— Каким оружием мы располагаем, amigo?
— У нас есть несравненный «ханиуэлл» и личное стрелковое оружие.
Болан поднялся, чтобы проверить, насколько крепко он уже стоит на ногах.
— Это корыто всегда так качает? — спросил он.
— Да, это корыто, построенное янки, качает довольно сильно.
— Нужно установить «ханиуэлл».
— Он уже установлен на палубе, Matador.
— Ну-ка, покажите мне, — попросил Болан.
Торо провел его вокруг рубки к площадке, где раньше стоял крупнокалиберный пулемет. Теперь на ней установили небольшую деревянную платформу, на которой горделиво красовался «ханиуэлл». Болан довольно кивнул и, не говоря ни слова, вернулся в рубку, чтобы укрыться от ударов тяжелых волн, беспрестанно перекатывавшихся через палубу торпедного катера.
— О'кей, — сказал он. — Я воспользуюсь «ханиуэллом». Мне понадобятся два помощника. Сколько у вас лент и как они снаряжены?
— А как ваше плечо, amigo? Не беспокоит?..
— Все в порядке, — заявил Болан. — Итак, какими зарядами снаряжены ленты?
— Только бризантными. Как раз для морского боя…
— О'кей. Но, на всякий случай подготовьте ящик с зажигательными гранатами. Одну из лент набейте осколочными. Может быть, — с улыбкой добавил Болан, — придется немного почистить палубу яхты.
Торо вернул ему улыбку.
— Будем жить, не оглядываясь.