Доминика Патрина – Писательница Эжелья (страница 13)

У самой, у меня сердце заходилось болью. Так, нестерпимо тоскливо стало, что не было сил это выносить. Я бросилась из комнаты, а девушка, видя, что Армет собирается бежать за мной, преградила ему дорогу с требованием объяснить ей всё, что, происходит.

Я вернулась в свою комнату. Дощечку прижимала к себе, и побуждение вернуться давило сильней, чем обычно. Упала на кровать и расплакалась. Какой ужасный день, а я надеялась, он завершится свиданием и поцелуем. Но мысли о Рошире я теперь от себя гнала. Хорошо, я вроде, не успела к нему так сильно привязаться. Хотелось какого-то омута и с головой в него. И я пошла в город в забегаловку и заказала выпивки.

Улицы и заведение были полны различными существами самых разных видов. Я получила бокал вина и бутылку на стол. К ним закуску из ломтиков фруктов. Остановила официантку и потребовала её в компанию себе. И совсем забыла, что не наколдовала денег. Но, напиваясь, я никак не могла понять, чего мне нужно. Явно не хватало музыки и ещё чего-то. Дощечка со стиком была забыта в комнате, но здесь была такая хорошая и светлая стена. А в камине замечательные чёрные угольки.

Я пила и желала, желала и желала. Потом мозг вырубился и я не знаю, что делала. Слегка осознавала момент, когда покачнулась и упала на чьи-то руки. Там я благополучно стала засыпать и не помнила, что успела натворить и написать.

Проснулась, а голова чудовищно раскалывается. Застонала, стараясь сесть, и разлепила глаза, щурясь от боли, стала разглядывать, где я. Рядом с кроватью, развалившись на кресле, полулежал Нириэш. Наг светился глазами и сверкал разрядами. В общем, был устрашающим. Но голова так болела, что я наплевала на всю его могучесть и потребовала.

– Топор есть от головы? Очень нужно. – кресло оказалось креслом-качалкой, потому что Нириэш вдруг дёрнулся назад и грохнулся, перекатившись через себя. Вскочил, сердито шипя, и я, мучительно постанывая, спросила.

– Не дашь? Да? Гад ползучий. Нет у тебя жалости к несчастной девушке. Ледяное у тебя сердце и холодная морда. – он отступил и удивлённо переспрашивает.

– А морда здесь при чём? – я, недолго думая, поясняю.

– Не мешай. К слову пришлось – и собираюсь продолжать высказывать свою обиду. Он тут же сел близко и подтягивая меня к себе закрыл рот рукой.

– Я это всё уже слышал ночью. Только тогда я был гадом ползучим, потому что бутылку у тебя забрал. А вот про холодную морду слышу впервые. Ты, проспавшись, стала ещё более говорливая – сквозь зубы со злостью прошипел он. А разряды, бегающие по нему, немного щекотали, и электричество чувствовалась, правда, неопасное, а вполне приемлемое. Я даже взбодрилась. Мотнула головой и успела спросить, что делаю не в своей комнате и почему здесь? Обратно закрыв мне рот, он повернул к себе моё лицо.

– Забыла? Комнаты закреплены кровью. Туда не пройти без приглашения, а ты меня всё время куда-то посылала, а не приглашала. Отправляла в какой-то лес. Когда твоё упрямство надоело, я закинул тебя на плечо и принёс к себе. Потому что в таверне уже многие мужчины хотели сделать ещё больше. Особенно, после того, как ты порвала свою юбку, расстегнула блузку и, встав на стол, начала танцевать что-то ужасно неприличное, называя это кан-кан.

Боюсь, у нас теперь запишут в историю твою попойку в таверне а менестрели сложат из этого легенды. Потому что местные были бесконечно счастливы, особенно когда ты стала визжать, махая ногами выше головы, и все тебе орали «ещё и ещё». Я тебя унёс только когда всех обездвижил, иначе пришлось бы прорываться с боем. И теперь должен спросить, откуда такая диковинка явилась?

Просто я нёс тебя, а ты тыкала меня в то место, на котором, сидят, и ржала как лошадь. А когда, я тебя положил в кровать, тут же стала заливаться слезами и говорить, что хочешь назад, домой. А я так и не понял, куда тебя возвращать. Я хорошо знаю карту нашего мира, но такой местности, которую, ты назвала, там не находил. – я тяжело вздохнула. Погуляла я знатно. Танцевать на столе, это пожалуй, новое достижение в моей жизни.

Промычала в руку нагу, чтобы пустил, и он отодвинулся, освобождая рот.

– Я остаюсь в школе. Слабости прошла. Буду недвижима, как скала – говорила, поднимаясь и, шатаясь, чуть не клюнула носом пол. Нириэш удержал.

– Вижу я, какая ты скала. Пойдём, отведу тебя в твою комнату. – сказал а потом, когда я в очередной раз чуть не грохнулась, со словами «Или донесу» – подхватил на руки и понёс на выход. Ну а там, на лестнице, Армет о чём-то распоряжался своим друзьям. Я спрятала лицо на груди нага, но дракон узнал меня.

– Женя, нам надо поговорить – сдержанно сказал он. Я промолчала, а Нириэш ответил за меня

– Не сейчас, дракон. Придётся подождать – но Армет заступил дорогу.

– Отдай её мне – каким-то не своим, а утробным страшным голосом сказал принц. И наг среагировал моментально. Его ноги стали хвостом, и этой мощной частью тела, он, словно кегли, сбил драконов с пути и скользнул вперёд. С лестницы спустился стремительно, но потом уже полз более спокойно.

– Они не будут преследовать. Он подойдёт к тебе позже. Кажется, будет просить вернуться туда, откуда ты появилась. Ведь теперь он помолвлен. Кроль Асилан уже объявил, что обряд будет как можно скорее. Правитель драконов очень доволен, что у брата появилась истинная из дракониц. Сам он такого счастья ещё не обрёл. Всё тешится своим гаремом. И заявил, что, появись у него так же, как у брата, истинная драконица, он гарем распустит. – я подозревала, что именно эту просьбу хочет сказать Армет. А ведь я секунду, одну маленькую секунду надеялась, он стал сожалеть, что отверг меня. Как быстро разбилась призрачная надежда. И почему мне так нравится этот ледяной, расчётливый парень?

У моей комнаты оказался один из братьев Рошира. Он только посмотрел и сразу ушёл.

– Пошёл докладывать, что ты вернулась. Сейчас твой волк быстро прибежит. А я не останусь. Ухожу. И, кстати, вот кошель денег, который так упорно просила. Видя, как ты пишешь на стене – Пусть у меня появится мешочек с деньгами – тебе кто только ни пытался вручить монет. Почему-то ты не брала. Может, у меня возьмёшь? – я окончательно покраснела от стыда. Отказалась от его кошелька и ушла под душ.

С выпивкой завязываю. Это первый и последний раз. Но нага нельзя было отпускать. Он хоть знает, что писала там на стене. Какие желания. Ладно, схожу в таверну обратно и расспрошу, чего, чудила. А сейчас душ для бодрости и вначале наколдую себе кошель, а потом уже пойду проведу шопинг. Надо утешить разбитое сердце. А так же успокоить истрёпанные нервы.

Глава 8 Поцелуй – судьба

Кошель появился моментально. Но просила я не с деньгами, а с драгоценными камнями. Потому что они лучше. Теперь надо пойти продать парочку, и будет у меня день покупок и развлечений. Здесь наверняка нет второго, но уже саму прогулку по городу другого мира я считаю классным приключением. И я не вернусь на родину. Мне здесь интересно. Я обязательно начну учиться и много нового узнаю о магии.

А сейчас, посещение магазинов для восстановления душевного равновесия. И я решила смотаться из комнаты в обход коридоров. Показалось, что меня поджидают, и, вероятно, не кто-то один. А я не была готова разговаривать с кем-то и вообще никого не хотела видеть.

Открыла окно. Посмотрела вниз. Мда. Я точно не дракон. Даже такая высота мне показалась внушительной. Но я подёргала ветви плюща и поняла, что они довольно прочно держатся. Побуду временно скалолазом. По крайней мере, для меня это будет наподобие того самого.

Почти у земли спрыгнула, и неожиданно, меня под мягкое место поймал кто-то. Я заорала от испуга и дёрнулась вперёд, прямо на каменную стену. Небеса в звёздах мне были обеспечены, но тот, кто поймал, успел перехватить под грудью и прижал крепко к своему телу.

– Красавица от кого-то пытается спрятаться. И я бесконечно счастлив, что, не являюсь тем, кого ты не хочешь видеть. – сказал бархатный, обволакивающий голос. И он мне был незнаком. Это совпадало с его словами. Если я не знаю его обладателя, то прячусь точно не от него. Поэтому тихо прошипела, пустить, и, если уж, ему так надо что-то сказать мне, то пусть идёт следом. Так, мы и выбрались в город. Закоулками и подворотнями.

Уйдя на достаточное расстояние от школы, я пошла, выпрямившись и спокойно. И теперь позволила себе рассмотреть парня, идущего рядом. Белые длинные волосы. Льдистые голубые глаза. Яркие чёрные ресницы и брови. Красив. Я, кстати, сегодня в зеркале обнаружила, что мой обычный цвет глаз стал нереально ярким и красивым. Кожа ещё красивей. Она практически светилась и напоминала фарфор. Я смотрела на себя и не узнавала. Конечно, сходство со мной прежней было, но девушка, смотрящая на меня из отражения, была прекрасна, как куколка, и я видела, что стала привлекательней тех немногих присутствующих здесь девушек. И даже той драконицы, избранной Армета. Это было хоть каким-то утешением.

– И почему за мной пошёл? – с интересом спросила его.

– Я Касази. Антимаг. Ты ведь тоже. Поэтому и шёл за тобой. – недавно Рошир говорил, кем, меня считают, и вот пожаловал первый обманувшийся.

– Зови сразу всех, таких как же. Не хочу каждому по отдельности объяснять, что не антимаг. – я пошла себе, но он остановил и долго вглядывался.