Доминика Патрина – Он Демоняка (страница 9)

– На заданиях мы не обращаемся друг к другу по именам. Что бы личность не была раскрыта. Поэтому называй меня «Демоница» Это всё что я могу тебе сказать! – вполне по дружески произнесла я. Кажется Дин Эйз был вполне доволен. Он весело улыбнулся:

– Ну тогда я твой Демон, моя Демоница – глядя каким-то призывным, примагничивающим взглядом, сказал этот демоняка.

А почему бы нет? Когда смотришь, как он танцует, то только это слово срывается с губ. До того он хорош! Посмотрев лукаво, я пожала его руку и произнесла:

– Будем знакомы, Демоняка. – и он задумался, а потом принял это прозвище. Так и буду его теперь звать.

Таких искусителей, как он, найти трудно. Артист продолжал за мной ухаживать, а я всё больше удивлялась такой нереальности ситуации. Не дожидаясь моего согласия он подхватил меня и снова нёс на руках. Хотя во время сна артефакт исцелил меня полностью. Но он об этом не знал и настаивал, а предлога отказаться не было. И как же было тепло на его руках когда видно каждую ресничку его глаз. Как он смотрит вперёд или переводит взгляд на меня. А какие у него губы и невероятная кожа.

Отбрасывала не нужные желания и мысли. До аэропорта добрались с ветерком и без погони. Я не хотела, но загоралась от близости звезды и только увидев самолёт, наконец вернулась в сосредоточенное состояние. Надеюсь никто не заметил как я краснела из-за внимания этого парня.

И вот уже сидя в самолете, и настроившись на работу в окно самолёта я увидели машины, целенаправленно спешащие к аэропорту. И что-то мне подсказывало, что это точно к нам. Наш самолёт начал разбег, а машины резко тормозили, и из них высыпали раздосадованные люди.

Подошёл режиссёр и протянул мне свой телефон. После покушений я отключила телефон и планшет. Вытащила из них симки. Нельзя было, чтобы нас отследили. У звезды я сделала так же. Он под впечатлением не возражал. Сей Мар будучи толковым парнем сделал это ещё раньше меня. Сейчас он получив разрешение связывался с кем-то. А Дин Эйз даже сейчас не вспомнил о телефоне, но потребовал сиденье напротив моего. Чтобы разместиться ко мне лицом.

Я взяла телефон и услышала голос отца. Он уже всё знал. Была уверена, что информация о случившемся не просочится в СМИ. Спецслужбы замнут тему, раздув какой-нибудь другой скандал. А папа узнавал всё по своим каналам и связям. Я так обрадовалась, что чуть не расклеилась, услышав родной голос. Он поддержал парой фраз и дал трубку маме. Вот тут уже пришлось собраться, и я передала все нужные данные. Любовь любовью, а про работу нельзя забывать.

В САМОЛЁТЕ. КАК РЕАГИРОВАТЬ?

Я совершенно спокойно при всех передавала данные. Во всех гарнитурах, кроме моей, был один маленький выверт. Не внесённое в список распознаваемых языков наречие округа одной из стран. Благодаря этим настройкам, сейчас в самолёте, меня никто понять не мог.

Запасные артефакты имелись. Ещё в машине после ресторана я молча передала один из них для Сей Мара. Ему надо было сейчас сидеть рядом с актером. Вероятно, лучше бы располагаться на моём месте. Но охранник не бунтовал и спокойно сидел спиной к звезде. Он уже начал управлять другими охранниками, я замечала на сколько профессионально он делает свою работу.

А моя работа заканчивалась бы после передачи отчёта. К сожалению не в этот раз.

Быстро передала информацию на словах. Пока говорила, подключила все свои устройства и залила в присланную мне папку запись переговоров. Дин Эйз сидел и внимательно за мной наблюдал. Кажется, он понял, что я передаю отчёт о проделанной работе. Но моя персона в этом плане не вызывала у него негатива. Вообще я слышала что он строг к репортёрам ведущим съёмку и проверял каждый отснятый кадр, но сейчас он не пытался этого делать и позволял мне спокойно сдать отчёт.

– Я нравлюсь тебе? – спросил он.

Я внимательно взглянула в его лицо. Что за вопрос? А он рассказал о своих наблюдениях. Я бы на его месте промолчала. У меня нет столько наглости, что бы говорить о таком.

– Ты когда смотрела в планшет то твоё лицо менялось, оно словно светилось изнутри и излучало такую нежность, словно ты смотришь на кого-то очень дорогого тебе – вообще на самом деле я общалась с родителями, но самовлюблённый Дин Эйз конечно принял мои эмоции на свой счёт. Я не стала ему ничего объяснять и перевела тему на его отношение к съёмке. Ведь для того, что бы подтвердить верность перевода моих артефактов мне пришлось от и до вести запись всех переговоров. Потом знающие языки люди всё проверят и согласуют дальнейшее использование моих изобретений.

Дин Эйз думал, что снимаю его только я и потому смог потерпеть, но я знала, что отчётов о нём посылают множество – и с разных ракурсов докладывают о нём данные. Но у каждого докладчика была своя тематика. Поэтому мне нужно было много снимать и отправить в связи с моей личной работой. Что поделать такая судьба у красивого артиста.

– Я понимаю что тебе это не сильно по душе, но снимать я была обязана, – сказала спокойно. Он кивнул и посматривал на меня.

Во время отчёта мама передала указание руководства. В договор подписанный звездой действительно был внесен пункт где оговаривалось, что я должна присутствовать в команде Дин Эйза на протяжении всех съёмок. Поэтому моя работа только начиналась. Я должна была и дальше следовать за артистом и теперь уже не как артефактор.

Главные маги напомнили что мне удалось дважды спасти звезде жизнь. В нужный момент я с помощью своих артефактов стала для него надёжным щитом. Именно в этом статусе меня оставили подле артиста. Теперь я обязана постоянно заслонять его собой во время любых происшествий.

Я недовольно высказалась на продление задания и мама нежно поругала меня, и передала слова руководства, чтобы я больше не пыталась грубить артисту, что бы не смела обижать Дин Эйза. Мама по секрету передала мне, что главы сильно возмущались когда узнали о моей грубости.

– Но ещё больше они возмущались тому, что звезда за тобой ухаживал. Когда узнали, что он брал тебя на руки. Дочка ты с этим будь поосторожней. Тебе строго настрого запретили флиртовать со звездой. Я тебя знаю и уверена, что ты не флиртовала и весь интерес исходил от него, но главам это похоже не объяснить. Старайся держать с клиентом дистанцию. Это тот случай, когда от соблюдения правил зависит вся твоя будущая жизнь.

Я выслушала и уже не психовала, и могла говорить сдержанно. Тем не менее выразила, что не собираюсь соглашаться на ухаживания, как бы парень ни был знаменит. Приказ меня вполне устроил.

Мама улыбнулась и сказала, что, как львица защищает меня перед моими начальниками. Я даже заволновалась не заменят ли её на кого-то другого. Она заверила меня, что подобное не рассматривается. Но следует быть более вежливой. И вести себя исключительно сдержанно и мягко.

Она от себя добавила, что присматривает за мной и будет оберегать свою дочурку. На такой нежной ноте наш разговор закончился. И сейчас я устанавливала отношения с Дин Эйзом, в деловом ключе. Но как и до этого с его стороны шёл упор на совсем другие отношения. Он смотрел так же как на переговорах, глубоким внимательным взглядом и всполохи его ауры агрессивно атаковали меня.

Стюардессы периодически ходили и предлагали напитки и закуски. Советовали откинуть спинки кресел и расположиться поудобнее. Самолёт – достаточно большой. Места были разрозненны. Можно было поспать или смотреть в наушниках кино: для этого приносили планшеты. В них были загружены фильмы и многое другое. Выдавался список для выбора, и после ознакомления приносили нужный гаджет.

Работающие девушки до сих пор обходили меня. Видели, что я занята, и не мешали. А теперь подошли с меню и каталогом для просмотра. Пришлось согласиться поесть, потому что Дин Эйс тоже ничего не заказал себе. Глядя как я работаю он сказал девушкам:

– Я буду есть вместе с ней. – я была тогда занята, а так хотелось сказать что-то решительное. Но моя задача быть решительной во время нападений, а в остальное время покладистой. Так что сейчас я позволила Дин Эйзу заказать нам обоим и слушала какой он делает выбор.

В их культуре многое завязано на еде. Если парень ухаживает он обязательно кормит девушку, её подруг и водит её на обеды со своими друзьями. Если он так не сделает то получает упрёки от окружающих и это считается справедливым. Я наблюдала за ним во время еды, а он не сводил взгляд с меня. Я знала что он что-то для себя понимает по тому как я веду себя за столом, но я не достаточно изучила его культуру, что бы знать какие он делает выводы. И это конечно был мой минус. Потому что и про него я не могла ничего сказать, кроме того, что он очень изящен и утончён.

Я только надеялась, что в своей звёздной непосредственности инфантильного парня он сам раскроет то что увидел во мне. И не разочаровалась:

– Милая, мне приятно, что не ошибся в своем выборе. Ты из очень хорошей семья. Твои родители занимают высокий пост и имеют хороший доход. И их воспитание помогло сохранить тебе невинность – я обалдела услышав это. Как можно было прочесть меня словно раскрытую книгу. Я покраснела, но ни отрицать ни подтверждать не стала. И то и другое добавит ему уверенности в своих словах, а я не хотела быть раскрытой так быстро. И как можно было узнать это всё лишь по тому как я держу вилку и жую?