Доминика Арсе – Хозяева Земли (страница 57)

— Леди, вы меня боитесь?

— Королевство нуждается в магах, — пропищала, цитируя его.

Усмехнулся.

— Я не совсем боевой маг, — произнес важно. — Но вашу одежду могу легко устранить, стоит только пожелать. Продемонстрировать?

Отрицательно мотнула головой, сжимаясь всем телом. Страшно! Ощущение дискомфорта на кончиках нервов, ведь я в его полной власти!

Пытаюсь привести себя в равновесие. Тем более он улыбнулся, скотина такая.

— Вопрос о покровительстве остается открытым, — проговорил мягко, фальшь отчетливая. — А теперь, хотел бы взглянуть на вашу башню. Удивительно сильная от нее исходит аура. Я даже удивляюсь, как раньше не заметил эту чудесную бесполезно валяющуюся штуковину.

Кивнула, не в силах и слова сказать.

— Ваше присутствие не требуется, — снисходительно добавил.

Когда он вышел, я ощутила слабость и горечь. Казначей? Зачем он тут нужен?! Описывать земли? Состояние мое измерять, чтобы отобрать все?! На аукцион или в дар лорду герцога?!

Накрывает отчаяние. С одной стороны, это все не мое, оно временное. И я допускала мысль, что Шоберт заявится с грамотой о том, что герцог передал все ему. Думала, смогу выкрутиться, Гордона мужем представить или троих мальчонок детьми Долтана. А с другой — я тут трудилась, душу вкладывала, у меня девочки малолетние под крылом, бабушки старые. Куда их?!

Неизвестно, сколько времени потребуется, чтобы до короля пробиться. До Мора дойти и по поводу сестры спросить. А если нет возврата на Землю? Где мы с Алиной жить будем?

Вот она… мысль сама и пришла. Дом тут мой, худо — бедно, но уже могу это место так называть. Я оптимист по жизни, но понимаю, бывают и обломы. Если нет возврата назад. Нужно, чтобы и в этом мире мы не пропали.

Душит досада. Я поднимала хозяйство, а теперь понаедут чайки и заберут готовое. А я ничего сделать не смогу с этими рыцарями и магом Юджином. Магом… бросает в дрожь. Как он так со столом сделал?! Брр…

Рыцари разбрелись по деревне. Места себе не нахожу. Юджин вынюхивает что — то около башни. Идти туда не решилась, версии все мои по этому поводу не проработанные. Проведала эльфов, что забились в хранилище артефактов. Переживают за меня, за себя. Гордон пропал куда — то, видимо на глаза попадаться не хочет этим людям.

***

Делегация прибыла во второй половине дня. Три шикарные кареты с целой толпой всадников. Из самой огромной кареты высыпали мальчишки лет пятнадцати, одетые красочно. Стали хлопотать у расписной золотом дверки. Вскоре появился толстый лощеный мужичок, разодетый, как восточный купец. Пажи его за обе руки поддержали, чуть ли не расстилаясь под ногами.

И это какой — то представитель казначея! И даже не королевского казначея, а герцогского! Пафос так и прет с важным выражением лица, осыпающим все вокруг брезгливостью.

Появился и Юджин, что никак не мог налюбоваться моей башней.

— У вас десять секунд, леди, чтобы принять мое предложение, — произнес быстро. — Другого шанса не будет.

Промолчала, наблюдая, как вьются вокруг представителя казначея красивые мальчишки.

Виконт фыркнул надменно и устремился к чиновнику.

Поклонился ему. Они обменялись парой фраз. Ничего не разобрала, приехавший говорит тихо. Затем из — за плеча виконта выглянула толстая мордаха чиновника, которая тут же скривилась. Значит, он обо мне сказал.

Хотела подойти поздороваться, но мне преградили путь солдаты со стальными нагрудниками и мордами кирпичом.

Не обращая на меня никакого внимания, чиновник стал раздавать задачи своим подчиненным, которых набежало человек пятнадцать. И вскоре те с длинными рулонами бумаги и перьями стали расходиться по округе. У каждого из них по пацаненку в придачу с письменными принадлежностями.

Наконец чиновник снизошел и до меня.

Только солдаты расступились, я увидела, что толстяк уже сидит на стуле, больше напоминающем кресло. Его обмахивают со всех сторон веерами кудрявые белобрысые мальчишки. Наскоро строится навес из ткани и деревянных ножек.

— Ближе подойдите, леди, — раздался строгий голос Юджина, что встал с правой стороны от чиновника.

Пошла, как школьница к доске. Чиновник смотрит на меня болотными глазками из — под густых бровей, морщинки на лице изогнулись, обозначая брезгливость.

— Кто вам дал право распоряжаться данным хозяйством, женщина? — Произнес грубо. Меня, как кнутом огрело от таких слов.

— Я жена…

— Молчать! — Рявкнул вдруг Юджин. — Высокий лорд не давал слова!

— Но он же спросил…

— Я сказал, молчать! — Взвизгнул виконт.

Стою трясусь.

— Этикета не знает, — начал мямлить чиновник, глядя на Юджина. — В грязи сама возится, не ведает законов великого герцога Нестора. Отчисления в казну не платит, разрешение на сборы дорожные не получала, прошений не подавала. — Перевел взгляд на меня. — Ты с каких гор скатилась, женщина? Отвечай!!

Сглотнула. Слова в горле застряли.

— Определяй ее на кухню, — махнул рукой чиновник, не дождавшись ответа.

В груди холодеет. Какая я баронесса, обычная крестьянка… Уже не смотрю на них, плывет все вокруг. Шок накрывает. Судья вынес вердикт. У меня аргументов ноль, ляпну что — нибудь и с кухарок переведут в уборщицы сортиров…

— На какую кухню, милорд? — Услышала лизоблюда Юджина.

— К Шоберту. Пока под арест до выяснения. Опишем имущество и заберем в казну ценное. Земли достопочтенный герцог по предварительному решению передает барону Шоберту. Карты нарисуем с границами, в трех экземплярах. Давно документация по этой части герцогства не обновлялась. Разверните палатку, в дом покойного не пойду, грязью сапоги пачкать. Шевелитесь быстрее, олухи! Воняет эта помойка курами и навозом!

Солдаты подхватили меня грубо и повели к крыльцу под руки.

— Из дома не шагу, женщина, — пробурчал один из них и захлопнул дверь перед носом.

Минуты две стояла, уткнувшись в деревянную дверь, давила слезы и переосмысливала происходящее.

Обернулась. Стоят Мира, Поля, Серафима, Маргарита и Варлам. Смотрят так жалобно и жалостливо. Вот сейчас в пору и разразиться. Но держусь. В этом помогает парочка эльфов с луками на изготовке, что стоят на лестнице и смотрят по — боевому.

Поднялась на второй этаж, в комнату свою зашла. В окно посмотрела. А улица синевой отдает. И тут до меня доходит, что это какая — то пленка дом окутала. Отшатнулась.

Силовое поле установили, сволочи. Вижу, что и наемников моих ограничили. Ходят вокруг да около. Солдаты им пройти в дом не дают. Разбойникам нужно отдать должное. Прятаться не стали. Вижу Нила, оружие не отдает, народ свой собирает. Настрой у ребят действовать.

В комнату эльфы вошли.

— Леди Валерия, — пропищала Алариэль. — Мы вас не отдадим, умрем за вас.

Обняла эльфийку. Волосы шелковистые глажу, а она меня по спинке. Вот вы зайки мои хорошие, ради вас и стараюсь.

— Слезы Айри давай, — говорю Лаэлю, у того глаза расширились и наполняются невольным ужасом.

— Сколько? — Уточняет.

— Все, и колье. Будем отбиваться. И замок неси, мы переезжаем.

Убежал за артефактами.

Снова подошла к окошку. Боевой настрой и у меня разрождается. Не знаю, что будет дальше. Но так просто не сдамся. Крестьянкой меня сделают? Это значит насиловать будут кому не лень. Знаю я это, на мир через розовые очки давно перестала смотреть. Если на каторге такое чуть не случилось, то на кухне уж тем более. Кухарок насиловать — самое первое дело у лордов. Где — то я такое слышала и не раз. И своих в обиду не дам. Девчонки мои маленькие еще. И таких же в деревне с десяток, ходят в рот мой заглядывают. Их по миру пустить?

Орки у них, видите ли, напирают. Превращаюсь в злую ведьму. Нет, мои дорогие лорды и рыцари, теперь на два фронта придется вам воевать. И я костью в горле стану…

Накручивала себя, разжигала решимость, пока снизу не окликнули:

— Леди Валерия! — Голос отдаленно знакомый.

У меня в руках бусинки с големами, целая горсть. В карман высыпала, запоздало понимая, что неаккуратно. Все это нервы…

Вышла на зов. Стоит Милан в сереньком кафтане под цвет глаз, тот самый мужчина, что гостил у барона Шоберта и представился порученцем некого маркиза. Вид у него обеспокоенный, или даже — озадаченный. Не ощутила к нему неприязни. Назвал меня по имени, значит, уважает и не считает крестьянкой — кухаркой.

— Сэр Милан? — Воскликнула с некой радостью. — Добрый вечер. Какими судьбами в наших краях и в такое неспокойное время? Маргарита, накрой…

— Не нужно, — обрезал и ко мне направился.

Стою оторопела, ручку мою целует бледную и холодную.

— Выйдем к лорду Теодору, — предложил мягко. — Он несколько неверно воспринял вас, и, возможно, невольно нанес оскорбление.

Иду за ним. Это он о чиновнике так. Зажглась искорка надежды.