Доминик Окрест – Уж замуж… (страница 3)
– Ух ты, какая куколка! Смотри, Толян! – и, обернувшись, но при этом не отпуская шляпу, он со всё той же наглой усмешкой посмотрел снизу вверх на здоровяка.
– Убери руки от моей шляпы, урод! – Света попыталась отстраниться, но сделала это слишком резко и шляпа, слетев с её головки, осталась в руке дистрофика.
Девушка не знала, что делать. Она быстро сообразила, что по тому, как молча окружавшие её парни расступились и не вмешивались в происходящее, эти двое были из местных «крутых», а связываться с такими у Светы не было ни малейшего желания. Поэтому, сдержав эмоции, она поднялась и, протянув руку, глядя сердитым взглядом на дистрофика, спокойным голосом произнесла:
– Отдай шляпу.
– Ага, щас! А извиниться? – нагло улыбаясь, тот вертел её на одном пальце.
– Это за что?!
– Как «за что»? А за урода?!
От такой наглости Света почти потеряла над собой контроль и уже открыла было рот, чтобы всё-таки сказать «пару ласковых» этому ублюдку, как неожиданно в дело вмешался его дружбан. Слегка оттолкнув дистрофика, чего тому, правда, едва не хватило, чтобы полететь через головы сидящих, он на лету поймал выроненную им шляпу. Здоровяк протянул её Свете, которая, схватив её, сразу же водрузила себе на голову.
– Ты чё, Толян? – оправившись от толчка, дистрофик с удивлением смотрел на здоровяка.
– Ничё, Серый, кончай прикалываться. Лучше давай, говори, что собирался.
– Ладно, ладно, – Серый отвернулся от Толяна и вновь с наглой улыбочкой уставился на успевшую уже надеть шляпу на голову Свету.
– Мы это, того… В общем, приглашаем к нам, – он обернулся и кивнул куда-то себе за спину. – Там тенёк, шашлычок, винцо холодное, музыка…
– Никуда я с вами не пойду! – Света решительным движением нагнулась, чтобы взять свою пляжную сумку, но тут же худая жилистая рука схватила её за запястье.
Подняв голову, Света увидела перед собой всё то же наглое, улыбающееся лицо.
– Вообще-то, нам не отказывают… А то…
– А то что?
Света уже поднялась и, держа в одной руке сумку с вещами, а в другой свои босоножки, с вызовом смотрела в лицо дистрофику
– Лучше тебе этого не знать, красавица…
Серый вдруг убрал улыбочку с лица и уже серьёзно посмотрел в лицо девушке.
Вот тут Света в первый раз по-настоящему испугалась. Защиты, как она поняла, ждать было неоткуда.
– Да ты не бойся, – неожиданно вступил в разговор Толян, – меня твоя бабушка знает… Да меня вся деревня знает. И его тоже. Это Серый, местный Дон Жуан. А тебя, кажется, Светой зовут?
– Да… А ты откуда знаешь? – Света с удивлением смотрела на здоровяка.
– Да меня твоя бабушка забор просила поправить четыре года назад. Ты как раз у неё тогда гостила. Я тебя ещё тогда запомнил…
Света немного успокоилась. Она действительно вспомнила, как какой-то парень мешал ей тогда смотреть сериал своей работающей бензопилой…
– Так что пойдём, а то ведь он всё равно не отстанет, – Толян кивнул на Серого. – А не понравится, сразу уйдёшь. Идёт?
– Ладно, пойдём… Только учти: если что – я кричать буду!
– Ладно, ладно, – усмехнувшись, Толян повернулся и зашагал по песку в сторону близлежащих кустов.
Света пошла за ним, замыкал шествие Серый. По неожиданному взрыву хохота сзади девушка поняла, что дистрофик показал какой-то неприличный жест в её сторону, и резко обернулась. Серый сразу сделал удивлённо-виноватую гримасу и, подняв вверх обе руки, замотал в разные стороны головой, мол, «не знаю, ничего не делал». Света отвернулась и продолжила свой путь к кустам.
Путь оказался недолгим: уже за первыми же зарослями её взору открылась поляна, окружённая низкорослыми деревьями и кустами. С одного её края, в тени, стояла видавшая виды «пятёрка». Все двери её были открыты, и из «простреленных» динамиков вырывалась наружу музыка. Невдалеке от неё раскорячился дымящийся мангал, на котором на трёх шампурах жарилось мясо. На другой стороне было расстелено широкое покрывало, на котором стояли и лежали пустые бутылки, миски с какой-то едой, валялись куски хлеба и пачки из-под чипсов. На нём же располагались и остальные члены «мафии».
Внимание Светы сразу привлекла девушка. Она лежала на спине, раскинув руки в разные стороны. Волосы её были растрёпаны, глаза закрыты. Но главным, что привлекло внимание Светы, было то, что из одежды на девушке были лишь коротенькие джинсовые шортики. К тому же, молния на них была расстёгнута, и между раздвинутых половинок виднелись голубые трусики… Было похоже, что их на девушку надевали. Рядом с девушкой расположилась ещё «сладкая» парочка – парень в синих плавках с кучерявыми чёрными волосами и девушка, лежавшая на животе. На этой девушке из одежды было только бельё, цвет которого разобрать было сложно, поскольку оно было перепачкано песком и травой. Девушка, по-видимому, была пьяной. Кучерявый парень всё гладил её и норовил перевернуть на спину, та же, в свою очередь, вяло этому сопротивлялась, отворачиваясь от него и постоянно повторяя «уйди… отстань…». Навстречу вошедшим поднялся лишь один парень в семейных трусах чёрного цвета, лысый, мускулистый, всё тело его было покрыто наколками.
– Ну чё вы, б…дь, так долго?
Парень в наколках бесцеремонно подошёл к остановившейся в нерешительности на краю поляны Свете и, неожиданно взяв за подбородок, поднял её голову, чтобы разглядеть лицо, скрываемое полями шляпы. Вновь испугавшись, девушка отскочила от нахала.
– Ух ты, ну ни х… себе! Серый, ты где такую нашёл? Приезжая, что ли?
– Ага… – Серый уже повалился на покрывало и, захватив пальцами салат прямо из миски, запихнул его себе в рот. – К бабке из города приехала…
– Так, всё, мне здесь не нравится, я ухожу, – с этими словами Света повернулась и хотела было идти, но рука в наколках остановила её.
– Ты чё, в натуре? Ты чё, не въехала, кто тебя пригласил? – пьяная рожа заглянула под шляпу.
– Ага, она гордая, обращение любит, – налив себе в стакан, Серый выпил несколько глотков и, поморщившись, поднёс к носу валявшуюся рядом хлебную корку.
– А так, может, с тобой поздороваться надо, представиться? – издевательски произнёс тот, что в наколках и, отстранившись, приложил ладонь к груди, при этом чуть качнувшись.
– Я Дрон, а это… – качнувшись, он обернулся и указал рукой на покрывало, на котором уже успел расположиться и Анатолий. – Это Серый, Толян… Ну, ты их уже знаешь… А тот, что пытается развести Катьку на трах… Ха!.. Это наш ботаник… Эй, ботаник!
Покачиваясь, Дрон сделал несколько шагов к покрывалу.
– Эй! Славка, б…дь! Иди, поздоровайся с девушкой…
Не поднимая головы и продолжая гладить девушку, которую Дрон назвал Катькой, поверх грязных трусов, Славка отмахнулся и начал что-то горячо нашептывать ей на ушко.
– Такому, как ты, она даже обдолбанная не даст… Да встань ты, б…дь, кому сказал?! – и Дрон, подойдя к ботанику, наклонился и, схватив его за предплечье, попытался поднять, но не удержался на ногах и завалился прямо в гущу объедков.
– Сука, б…дь, му…к, пи…р гнойный! – ругательства посыпались, как из рога изобилия.
Но всего этого Света уже не видела. Воспользовавшись тем, что Дрон завалился, а больше её никто не удерживал, девушка выскочила из кустов. Кинув босоножки на землю, она быстро обулась, и, постоянно оглядываясь, зашагала по дороге, ведущей в деревню…
Уже поздно вечером, раздевшись и нырнув под покрывало в одних трусиках, она, вспоминая все события, произошедшие с ней на пляже, вдруг поняла, что, возможно, всё и к лучшему. «К лучшему» было то, что она познакомилась с местной пацанской «мафией»: тот здоровый светловолосый парень, Толян, не выходил у неё из головы. Подумав, она решила, что он подошёл бы на роль её первого мужчины.
Света почти всегда мастурбировала перед сном. Вот и в тот вечер, запустив пальцы под резинку трусиков, она, закрыв глаза, начала представлять себе вечер, пустынный остывающий пляж, тёплый песок, и что ОН, Толян несёт её на руках. На ней только плавки и лифчик. Он аккуратно опускает её на песок и припадает губами к её шее. Продолжая целовать, он тянет завязку лифчика у неё на шее, откидывает треугольнички купальника в сторону и припадает губами к её соску. Опускаясь всё ниже, он целует её в пупок, затем в лобок через ткань плавок, затем…
«Затем» уже не было: открыв глаза и глубоко задышав, Света приподнялась, хватая ртом воздух. Бурно кончив, вспотевшая девушка откинулась на подушку и, закрыв глаза, уже через минуту заснула с улыбкой на губах глубоким сном…
Глава 2. Роковая ошибка
Проснувшись поздним утром, Света подняла руки наверх и сладко потянулась. При этом лёгкое покрывало, соскользнув на живот, обнажило её торчащие груди с розовыми сосками. Еще какое-то время девушка лежала в истоме, вспоминая свои фантазии предыдущей ночью. Вспоминая Толяна, она невольно опустила правую руку вниз и, согнув её в локте, поднесла ладонь к груди. Водя указательным пальцем вокруг ареолы соска, она вновь начала ощущать лёгко возбуждение. Другая её рука уже проскользнула под покрывало и готова была заняться «привычным делом» в трусиках, как вдруг дверь приоткрылась и в комнату заглянула бабушка.
– А, наконец-то проснулась, солнышко? Ну, вставай быстрей, умывайся, я твоих любимых пирожков напекла.
Света замерла в своих движениях под одеялом и, натянув другой рукой покрывало на грудь, с плохо скрываемым раздражением посмотрела на пожилую женщину.