Дохэ Ли – Я уничтожу K-pop (страница 2)
– В библиотеке не хватает людей для этого.
Что ж, мне действительно не хватало волонтерских часов. К тому же, если пойду с сотрудниками библиотеки, будет проще ускользнуть с той подозрительной встречи.
«Просто возьму книги и уйду. Так я даже не нарушу свое обещание».
Быть образцовым учеником не означает следовать всем правилам без исключения. Иногда нужно искать обходные пути, а иногда можно прибегать и к уловкам. Последняя реплика Мими все же вызывала у меня легкое беспокойство, поэтому я с радостью приняла предложение учительницы.
Но в субботу я поняла, что все это было лишь частью плана бабушки Чхунчжа.
Учительница предала меня слишком легко, разрушив то доверие, которое мы выстраивали в течение двух лет, и позабыв мимолетные, но драгоценные сердцу совместные воспоминания.
– Все что-то запаздывают, так что иди первая в книжный. А остальные подойдут чуть позже.
Но даже тогда, встретив учительницу на перекрестке возле школы, я и подумать не могла, что все это часть одного большого хитрого плана. Сколько ни получай пятерок, в противостоянии добра со злом от них толку мало.
На входе в книжный магазин я увидела табличку «Закрыто», но стеклянная дверь, скрипнув, легко открылась.
– Ты пришла, отлично.
Передо мной стояла Мими: она была одета в темно-синюю юбку и свитер, связанный из толстых пурпурных ниток. Первое впечатление меня не подвело – она и правда была модницей.
– Меня учительница попросила забрать книги.
– Книги? Какие книги?
Услышав это, я ощутила гудящую пустоту в голове. Мими, не обращая внимания на изменения на моем лице, осмотрела меня с головы до пят. Я была в коричневом меховом худи, которое досталось мне от старшего брата, в черных джинсах прямого кроя и серых кроссовках. Мими натянула капюшон мне на голову.
– Так намного лучше. Деточка, нам пора подниматься наверх.
Лучше? Что именно лучше? Не успев осознать реальность, я почувствовала, как ее морщинистая рука резко потянула меня за собой. Все же Мими сильно отличалась от обычных бабушек ее возраста.
Я поднималась по слишком узкой лестнице, позади, ни на шаг не отставая и будто преграждая мне путь к отступлению, шла Мими. От волнения меня бросило в пот, но я продолжила подниматься. Приятно пахло корицей и мандаринами. Старые ступеньки скрипели, издавали неприятный шум, напоминающий о фильмах ужасов. Я судорожно сглотнула ком в горле.
Второй этаж представлял из себя мансарду под наклонной крышей. Всюду стояли высокие стопки книг. Единственное окно было занавешено шторами нежного зелено-бежевого цвета, а в центре стоял большой круглый стол, накрытый белой скатертью с изображением ананасов и цветов, вокруг него – восемь стульев, похожих на ресторанные. Четыре из них были свободны, а на других четырех сидели участники встречи, с любопытством меня разглядывающие. Один из них тут же спросил:
– Мими, это она?
– Да. Пришлось, конечно, потрудиться, чтобы заманить ее, но в итоге она здесь.
Участники этого странного книжного клуба были и одеты странно: один сидел в красной бейсболке, другой – в желтой кепке с прямым козырьком, третий – в фетровой шляпе-федоре, а последний использовал козырек от солнца, практически полностью закрывающий лицо. Все посмотрели на меня и стали указывать на свободные места. Я обернулась к Мими и увидела, как она безразлично наклонила голову в знак одобрения. Как зачарованная, я села на место, на которое указывала «красная бейсболка». Под ней скрывалась обычная девушка двадцати пяти – тридцати лет с волосами средней длины.
– Добро пожаловать.
Я не могла произнести ни звука.
– Да ты будто совсем оцепенела, – произнес мужчина в федоре, сидящий напротив девушки в красной бейсболке и рядом со мной. Он любезно пододвинул ко мне чашку с изображениями фиалок.
– Это ча-чашка Бродяги! И ме-место то-тоже ее! – недовольно произнес тощий бледный парень в желтой кепке. Но его тут же мягко упрекнул мужчина в федоре:
– Да ладно тебе, Кило. Бродяга же сегодня не пришла.
Девушка в красной бейсболке тихо пробормотала:
– Будто кто-то еще не знает, что вы душевные родственные души. Но ничего не поделаешь. Сейчас именно этой девочке необходимо тепло.
– Эко, выражение «душевная родственная душа» избыточно и некорректно, – любезно заметил мужчина в федоре, но девушка в красной бейсболке, не обращая никакого внимания на его слова, налила чай в пустую чашку. В воздухе разлился аромат корицы и мандаринов.
– Что тут происходит? Кто вы все?
– Мы участники книжного клуба. Тебе Мими разве не говорила?
Говорила, но это собрание совсем не напоминало обычный книжный клуб. Я не могла перестать поглядывать на женщину в козырьке, которая до сих пор не проронила ни слова и сидела, скрестив руки на груди. С тех пор, как я вошла в комнату, она не сделала ни малейшего движения, будто была статуей в музее, а не человеком. Ее взгляд, казалось, был устремлен в пустоту.
– Попей, станет лучше. Это чай из мандаринов высшего качества. Сестра Мими сама выращивает их на Чечжудо[1].
Я лишь слегка прикоснулась губами к чашке. Кто знает, какие неприятности могут со мной произойти в этом странном месте, на втором этаже старой книжной лавки, где сидят такие подозрительные люди. Тем временем все четверо, не замечая мои опасения, начали потягивать чай.
Обернувшись, я заметила, что бабушки Мими не было – видимо, уже спустилась вниз.
– Ну что ж, раз у нас новый участник, давайте представимся.
– По-пока все прям по ша-шаблону, – раздраженно добавил парень в желтой кепке, которого все здесь звали Кило, когда девушка в красной бейсболке начала говорить. Та сердито взглянула на него и с улыбкой ответила:
– Не заткнешься?
На мгновение повисла тяжелая тишина. Первым представился сидящий слева от меня мужчина в фетровой шляпе:
– Я Молот.
Молот?
У мужчины, представившегося как Молот, были темные брови и карие глаза, которые придавали лицу доброе выражение. Ему было около тридцати пяти лет. Он носил дорогой на вид галстук, не забыв подобрать к нему зажим.
Но Молот? Что за странное имя?! Может, какое-то условное обозначение? Или сокращение?
– Куки[2], – произнесла девушка, чье лицо закрывал козырек от солнца. Она была одета в серый спортивный костюм и по-прежнему не пошевелила и пальцем.
– Меня зовут Кило, – представился тощий парень с бледной кожей, который продолжал недовольно смотреть на стоящую передо мной чашку Бродяги, его «родственной души». Наконец, пока что самая любезная ко мне девушка – в красной кепке – сказала:
– А я Эко.
Кило, сидящий прямо напротив меня, сразу же указал на Эко, покрутил пальцем у виска и одними губами беззвучно произнес: «Психопатка». Я не хотела знать, какая история за этим скрывается, и постаралась сохранить спокойное выражение лица, делая вид, что внимательно слушаю Эко.
– Ну что, ты уже догадалась? Мы зовем друг друга кодовыми именами. Тебе тоже нужно что-то выбрать… Может, у тебя есть какое-нибудь прозвище?
Что?
– Нет, у меня нет…
Прозвища создают на основе любви или, наоборот, презрения. А мне не приходилось сталкиваться ни с тем, ни с другим.
– Как тебе «Тедди»? Твое коричневое худи с мехом напоминает медведя.
– Зачем нужны прозвища? Я учусь в старшей школе тут неподалеку. Меня зовут…
– Не говори!
Куки с опущенным до подбородка козырьком стукнула по столу:
– Не продолжай!
– Да, таковы правила. Ни в коем случае нельзя говорить свои личные данные. – Даже от Эко, которая ранее была так любезна, повеяло легким холодом.
– Сегодня будем тебя звать Тедди. Временно пусть будет так. Тедди, ты же не против? – строгим голосом произнес Молот, и мне не оставалось ничего другого, как слегка кивнуть головой. Аромат теплых мандаринов и корицы уже не ощущался.
– Итак, Тедди, позволь рассказать о самом важном правиле «клуба A. М.».
– А, хорошо.
Молот в фетровой шляпе крайне серьезно произнес:
– Информацию о «проектах», которые мы обсуждаем на наших встречах, нельзя передавать тем, кто не является участником клуба.
Я молча слушала, совершенно ничего не понимая.
– Хотя, даже если и расскажешь, никто все равно не поверит.
Не попала ли я в какой-то фэнтези-сюжет? Холодный пот пробежал по спине, но в столь напряженной атмосфере я смогла лишь снова кивнуть.