Добромуд Бродбент – Я полюбила главного злодея не моего романа (страница 9)

Пока я разглядывала окружающих, Сервиан приторочил мою сумку к седлу и протянул руку предлагая помощь. Я сделала шаг назад:

— На лошадь? — с ужасом догадалась, что и седло на лошадке-то не обычное, а специальное — женское. Я снова шагнула к Сервиану и шепнула: — Я не умею ездить на лошади.

Если он и удивился, то никак этого не выказал. В отличие от Адель, которая уставилась на меня во все глаза едва не открыв рот.

— А ты? — глянул на неё Сервиан.

— Да, Ваше Высочество, — учтиво кивнула Адель.

— Бранд, помоги леди сесть, — велел он ближайшему мужчине, в котором я узнала вчерашнего стража. Он меня, видимо, тоже признал. И как такое произошло — быстро отвёл глаза.

Сервиан потащил меня за собой к крупному гнедому жеребцу. Затем легко вскочил в седло и наклонившись протянул мне руку:

— Ставь ногу на мою.

Сделала, как он велел, и поразилась, с какой лёгкостью он затянул меня в седло перед собой. Я слегка рассмеялась, то ли довольная успехом, то ли из-за нервного напряжения.

— Поехали, — сказал он и лошадь двинулась, отчего я покачнулась и вцепилась в Сервиана двумя руками.

— Держись крепче, — велел он, пуская коня трусцой.

И я держалась, не зная, как приспособиться к тряске и боясь свалиться. Сервиану пришлось перехватить поводья одной рукой, а другой прижать меня к себе:

— Ты никогда не ездила на лошади?

— Неа, — просто ответила я и поинтересовалась: — Тебя не удивляет почему?

— Не особо. Чужое королевство, чужие правила.

— А ты можешь меня научить?

Он внимательно посмотрел на меня с непонятными мне эмоциями в глубине его красивых глаз. Их цвет в лучах восходящего солнца был как никогда ярок:

— Могу.

Я улыбнулась, прижимаясь ближе и устраиваясь удобнее, чувствуя исходивший от него запах. Он пах прибоем, несущим прохладу и шум, и обещанным солнцем в нагрудном кармане. Такое было мне по душе. Случайно взгляд выхватил удаляющийся белокаменный дворец, возвышающийся позади нас.

«Удивительно, — подумала я. — Прошёл всего один день, а я уже столько натворила, — посмотрев на лицо Сервиана, моё сердце наполнилось надеждой: — Возможно, мне не придётся сбегать от него»

Неожиданно я почувствовала нахлынувшую сонливость из-за бессонной ночи и зевнула, уткнувшись в его грудь. А когда подняла глаза, поняла, что он смотрит на меня. Спать вообще было страшно. Вдруг мужчина моей мечты — просто сон, а я ещё не узнала его получше…

Глава 6

Прошло три дня.

В эту ночь, неожиданно для себя, я проснулась в слезах. Мне приснилась мать. Сновидение, напоминающее прощание перед отъездом, наполнило сердце раздирающей душу тоской. Я утёрла мокрые следы печали, лелея в воспоминаниях образ матери. Матушка — единственный человек, связывающий меня с моим настоящим миром. Дожив до двадцати семи лет, я, как говориться, не имела ни ребёнка, ни котёнка. А друзья? Они приходили и уходили. Хотя…

Чаще всего это я оставляла их где-то позади, увлекаясь чем-то новым и вливаясь в другую компанию. Я помнила о человеке лишь до тех пор, пока он маячил перед глазами. А если и вспоминала, то с удивлением обнаруживала, что с последней встречи прошло больше года. Я не страдала и не скучала. Именно поэтому меня ошеломила боль от потери матери. В душе я уверена, что у неё всё хорошо. Моей матушке ещё не было пятидесяти. Лет пять назад она встретила хорошего мужчину и вышла замуж. А в последнее время, наплевав на крутящих у виска знакомых, они стали подумывать о совместном ребёнке, стараясь успеть в последний вагон уходящего…

Любопытно, а что произошло с моим телом? Там, дома. Я умерла? В коме? Сплю?

Шумно выдохнув, я перевернулась на другой бок. Тёплые блики света от мерно покачивающегося кованного фонаря, подвешенного на крюке в центре, желтыми пятнами словно танцевали на тёмном дереве каюты. Сон не развеял наваждение. Я продолжала своё плаванье в неизвестность по водам Великого океана. Сервиан уступил мне спальню в капитанской каюте, а сам ютился на диване в соседней комнате, напоминающей собой штаб-кабинет. Там было полно карт, книг, неизвестных мне измерительных и навигационных приборов, шкатулок, набитых различными безделушками.

Я с пристрастием изучала карты во второй день пути, покуда мне запретили покидать капитанскую каюту без сопровождения. А всё из-за того, что, отоспавшись и пробудившись где-то под ночь, я решила отыскать кухню и едва не выпала за борт, запнувшись в темноте о канаты. Сервиан чаще всего был занят и проводил время где-то снаружи. За то, чем именно занят, он передо мной не отчитался. Чем вообще можно быть занятым на корабле? Лично я изнывала от скуки. Изучив карты, надумала погрузиться в чтение. Но меня ожидал внезапный сюрприз. Я не понимала языка. И вроде буквы похожи, но при чтении складывались в абракадабру. Я пересмотрела все книги, и в каждой было одно и тоже, похожее на: «Прцывзх уврнщ фзщшв ощощок».

Отгадку я пыталась найти весь третий день. Сравнивала, выстраивала логические цепочки, пыталась интуитивно понять надписи к картинкам в книгах. Но расшифровать так и не смогла. Ни в чем я не находила разумной взаимосвязи. Почему я могу говорить, могу понимать людей, но не могу читать? Самым простым было спросить у Сервиана. Возможно, книги написаны на языке Империи? А если нет? Он узнает, что собирается жениться на принцессе, которая не только не умеет ездить на лошадях и плохо обучена манерам, но в добавок ещё и безграмотная! Так низко пасть? Ни за что!

Когда он входил в каюту, мне приходилось изображать полную увлеченность чтением. В один раз он даже поинтересовался:

— Познавательно?

— Очень!

— Хм, — ухмыльнулся он и вышел.

Я повертела книгу в руках и подумала:

«Интересно, о чём она?» — ведь картинок в ней не было.

Я, конечно, спросила бы у Адель и шокировала бы её полностью. А может, принцесса Кло́дель грамоте не обучена? Не, бред какой-то. Да и Адель была не в лучшей форме и отчаянно страдала от качки.

Небо в небольшом оконце стало светлеть.

«Пойду что ли рассветом полюбуюсь» — решила я и вылезла из кровати.

Благо, отказавшись от доброй половины гардероба, я теперь могла одеться самостоятельно. Личную спальню Сервиана я обыскала вдоль и поперёк ещё в первый день, точнее, ночь. И поначалу она мне показалась крайне уютной: резная кровать с парчовым балдахином, на полу пушистый ковер, на стенах картины с незнакомыми мне пейзажами, а по потолку — небольшие резные барочные кариатиды с изображением женских фигур. Так я думала до того момента, как не отыскала скрытую панель за дальней стеной, забитую мечами, ножами, ятаганами, саблями и многими другими колюще-режущими предметами, названия которых мне было неизвестно. Сервиан Госсет просто обожал оружие.

Я вышла из спальни в кабинет. Сервиана не было. И где только пропадает этот негодник по ночам хотелось бы знать? Ведь и днём толком не спит. Я тихонько приоткрыла дверь ведущую в коридор, чтобы обнаружить растянувшегося на пороге Эрлонда. Как-то так получилось, что некогда бдительная охрана Сервиана, теперь сторожила меня.

— Лежи, лежи, — пробормотала я, переступая через мужчину. Где-то в душе шевельнулось беспокойство, выползшее из детства: «А вдруг не вырастет?»

«Да куда ему расти и так вымахал большим дядькой» — усмехнулась про себя, а вслух добавила:

— Я просто постою на палубе. Не буду никуда ходить.

Не дожидаясь какого-то ответа, быстро направилась к лестнице, ведущей наверх. Лёгкий ветерок, наполненный запахом соли и свежестью рассвета, коснулся моего носа и заставил вздрогнуть. Было прохладно. Я поёжилась, обхватив свои плечи. Бледно-серое небо только-только начинало светлеть. В дымке утреннего тумана, расстилающегося над водой, словно по молоку, повсюду плыли парусные корабли. Вся эта армада из нескольких десятков кораблей присоединилась к нам уже после того, как мы покинули Тианское королевство, и наводила на кой-какие мысли. Каждый из них был прекрасным военным фрегатом. По картинкам из книг я теперь знала, что они оснащены пушками не с ядрами, а с жидким огнём.

Можно ходить по морям на теплоходе, эсминце и даже на подводной лодке. Но проникнуться красотой стихии, испытать восхищение от изящества изделия корабелов можно только здесь, под паутиной вант, веревок, тросов, обнимающих мачты, стоя под натянутыми парусами фрегата. Когда тебя трясёт, как осенний листок, а ветер старается сдуть с палубы. Во всей этой какофонии скрипов, всплесков, хлопков слышался некий музыкальный ритм.

Внезапно моих плеч осторожно коснулись и меня укутали в тёмный камзол.

— Ещё холодно. Замёрзнешь, — шепнул на ухо знакомый голос, запуская по телу мурашки.

— Спасибо, — с лёгкой хрипотцой в голосе ответила я, плотнее стягивая полы камзола.

Широко расставив ноги, рядом стоял Сервиан Госсет. О том, что это именно он, я могла догадаться, даже не глядя. Честно сказать, уже начинала привыкать к его присутствию. Он, словно зоркий орёл, следил за каждым моим шагом. И то, что Эрлонд не последовал за мной на палубу, могло означать одно: скорее всего, не заметила присутствие Сервиана в тёмном полумраке коридора, — запоздало осознала я.

— Надеюсь, ты не собиралась снова прыгать за борт?

— Да не прыгала я! — мои щеки обдало жаром при воспоминании о том, как я болталась вниз головой, раскачиваясь из стороны в сторону в темноте, под близкий шум волн. Мне повезло, что верёвка крепко ухватила лодыжку подобно петле. Мои крики отчаянья, словно исправная сирена, переполошила всю команду «Спящего кота». Выбраться самостоятельно с проклятущими юбками на голове было не реально. Так что цвет моих панталон был известен каждому на этом фрегате. — Это получилось случайно.