Дмитрий Зубов – Воздушная битва за Одессу. Советские асы против люфтваффе и королевских ВВС Румынии. 1941 (страница 5)

Затем в 12:00 над Измаилом появилось 9 румынских разведывательных самолетов, которые начали бомбить город и порт с высоты 500—1000 м. Один из них был подбит зенитным огнем батареи № 463 46-го ОЗАД ДуВФ, загорелся и потерял высоту. Поднятые в воздух истребители 96-й ОИАЭ добили самолет, и он упал в Дунай. По румынским документам, в этом налете на Измаил приняли участие 8 IAR-37B из состава 18-й отдельной бомбардировочной эскадрильи. IAR-37B с бортовым № 22 был сбит над Дунаем, а его экипаж (сублокотенант Мирча Липан, адьютант-стажер Йон Константинеску и капрал Мереу Хория) числятся пропавшими без вести. По советским данным, все трое румынских летчиков выпрыгнули с парашютами и были взяты в плен, но позже были расстреляны при отступлении с берегов Дуная в середине июля 1941 г.

Второй IAR-37B (бортовой № 39) был подбит, долго преследовался советским одиночным истребителем, который пилотировал младший лейтенант Б.В. Маслов (которому в летную книжку записан сбитый в этот день самолет типа СЕТ-15), уже над румыской территорией, но все-таки был разбит при вынужденной посадке. Пилот адьютант-стажер Константин Макарие был тяжело ранен, но остальные два члена экипажа не пострадали.

В 13:00 над Измаилом появились еще 5 румынских истребителей типа PZL-24E из состава Gr.6 Vân. С ними вступило в бой звено из 3 И-15бис 96-й ОИАЭ. Несмотря на численное преимущество, два румынских истребителя были подбиты и совершили вынужденные посадки на своей территории. Правда, оба их пилота, адъютанты Пушкаш и Таки, остались целы.

Пилоты 96-й эскадрильи доложили, что за день сбили 5 самолетов противника. Кроме уже вышеупомянутого Маслова, они записаны на боевой счет командира эскадрильи капитана А.И. Коробицына, старшего лейтенанта Л.П. Борисова, лейтенантов Н.В. Черкасова, А.А. Малиновского и младшего лейтенанта М.С. Максимова.

22 июня командующий ЧФ в 15:08 отправил наркому ВМФ телеграмму следующего содержания: «Немецкие самолеты непрерывно безнаказанно бомбят Измаил, а наша авиация ничего не делает…» А вот свидетельство непосредственного очевидца событий. Командир МанГр. Измаильского погранотряда капитан Гордиевский в 12:00 докладывал в Киев: «Утром 22 июня 9 разведывательных самолетов противника прилетели с румынской стороны на высоте 500–100 метров и сбросили бомбы на Измаил. Эффекта от бомбежки никакого не было. Из 9 самолетов противника сбито 2 самолета…»[13] Несмотря на устойчивую радио- и проводную связь между аэродромами армейских и морских летчиков, никакого взаимодействия или попыток оказать помощь друг другу во время налетов не было. Но в любом случае эти два советских аэродрома торчали у румын как кость в горле и в последующие дни подвергались постоянным атакам авиации противника.

Принимали участие в боях в этот день и другие полки 21-й смешанной авиадивизии. Так, младший лейтенант Иван Королев из 69-го ИАП заявил, что в ходе боевого патрулирования в районе Одессы лично сбил бомбардировщик Хе-111. Правда, потеря или повреждение румынского или немецкого Не-111 в этот день в этом районе не подтверждается документами противника. А вот старшему лейтенанту И.А. Авекову из 252-го ИАП в летную книжку записаны сбитые лично над аэродромом Спартаковка 2 Me-109. По документам противника, его авиация никакой боевой деятельности в этом в этом районе в первый день войны не вела. Начало войны полк встретил на упомянутом аэродроме Спартаковка и еще находился на стадии формирования. А когда он 5 июля он был передан в состав 17-й АД, в его составе числилось только 6 И-15бис.

Первый день войны в расположенной к северу от Измаила Молдавии начался традиционно, то есть с налетов бомбардировщиков на советские авиабазы. В 05:10 был атакован аэродром Бельцы, на котором базировались истребители 55-го ИАП, а через пять минут – аэродром Гросулово, на котором находился 45-й скоростной бомбардировочный авиаполк (СБАП). На первом были уничтожены 3 МиГ-3, запасы горючего, убито 2 человека и ранен один. Налет на Гросулово оказался более результативным, там было уничтожено сразу 10 бомбардировщиков, в том числе 8 СБ и 2 Пе-2. 9 человек получили ранения.

В 05:35 взлетевшее с аэродрома Бельцы звено МиГ-3 из 55-го полка встретило большую группу из 12 Me-109. По советским данным, в ходе длительного воздушного боя без потерь со своей стороны наши летчики сбили два «Мессершмитта», при этом одна победа была записана на счет командира звена 24-летнего младшего лейтенанта Валентина Фигичева.

В 07:15, когда немецкие войска во многих местах уже перешли границу и углубились на советскую территорию, 4-й ИАП, базировавшийся на аэродромах Семеновка и Реваки, провел свой первый воздушный бой. При этом командир полка майор Владимир Орлов[14] на истребителе МиГ-3 в районе Кишинева на высоте 2 км атаковал и сбил румынский бомбардировщик «Бленхейм». По донесению полка, самолет упал и сгорел вместе с экипажем в 6 км к северу от аэродрома Кишинев. Впоследствии в наградном листе Орлова по этому поводу было написано: «22.6.41 г. в день гнусного нападения на нашу Родину первым проложил путь к уничтожению зарвавшегося германского фашизма. Показывая образцы мужества и отваги в ведении воздушного боя, он первым уничтожил вражеский бомбардировщик». Правда, к «зарвавшемуся фашизму» сбитый им самолет не имел прямого отношения. По документам противника, это действительно был «Бленхейм» с бортовым № 38 из состава 3-й бомбардировно-разведывательной эскадрильи (Esk.3 Obs./Bomb). Весь его экипаж (пилот локотенант Георие Чирила, штурман адъютант Йон Боран и бортмеханик Матеи) погиб. Правда, и сам 4-й ИАП потерял сразу 3 машины: одна потерпела аварию на взлете, другая была сбита в воздушном бою, третья уже во время посадки задела крылом землю и оторвала консоль.

Всего в первый день войны FARR потеряли 5 своих «Бленхеймов» из 28 имевшихся. Кроме боевых потерь (№ 12, № 36 и № 38), еще два самолета (№ 21 и № 22) были потеряны в авариях.

В полдень 20-я смешанная авиадивизия наконец нанесла свой контрудар по румынской территории. В 12:10 звено пикирующих бомбардировщиков Пе-2 из 45-го СБАП выполнило авиаудар по железнодорожному мосту через реку Прут к северу от Ясс. При этом экипажи донесли о прямых попаданиях по объекту. Еще три «пешки» провели воздушную разведку в районе Скулени и Унчены. Стоит отметить, что личный состав 45-го полка, которым командовал 36-летний майор Михаил Кузнецов, в основном состоял из опытных летчиков, многие из которых (в том числе командир) участвовали в финской войне и имели за плечами по 15–20 боевых вылетов. Помимо упомянутых СБ и Пе-2 подразделение имело на вооружении и пикирующие бомбардировщики Ар-2[15], которые в донесениях полка почему-то не фигурировали.

Тем временем в 13:30 9 вражеских бомбардировщиков в сопровождении 7 «Мессершмиттов» совершили повторный налет на аэродром Бельцы. На сей раз летчики 55-го ИАП записали на свой счет один сбитый истребитель Bf-109E-7 W.Nr. 1092, пилот которого раненый лейтенант Г. Эбелинг из штабной эскадрильи St./JG77 выпрыгнул на парашюте и попал в плен.

Примечательно, что, по румынским данным, утром 22 июня 17 Не-111Н-3 из Gr.5 Bomb, взлетевших с аэродрома Цилиштеа, в 03:50–05:20 нанесли удары по аэродромам Кишинев-Норд, Кишинев-Зюд и железнодорожной станции Тирасполь. Отмечен слабый и неточный огонь советской ПВО и атака одиночного истребителя (это был МиГ-3 командира 2-й эскадрильи 4-го ИАП капитана Афанасия Карманова, который перегонял свой истребитель из ремонта). Однако в сводках 20-й САД этот факт почему-то вообще не упоминается.

После некоторой паузы, ближе к вечеру деятельность авиации продолжилась. На сей раз вступил в бой уже 211-й ближнебомбардировочный авиаполк, вооруженный самолетами Су-2. В 17:45 первая «восьмерка» вылетела бомбить переправы в районе Аумень – Липканы, а в 18:10 эту же цель атаковали еще 8 «сушек». Результаты этого первого применения новых машин, на которые в то время возлагались большие надежды, остались неизвестными.

Ну а противник в 20:00 выполнил еще один, уже третий за сутки налет на Бельцы, в результате которого был уничтожен еще один МиГ-3 из 55-го ИАП.

В этот же день произошел еще один интересный эпизод. В журнале боевых донесений 4-й дивизии НКВД от 23 июня сообщалось: «22 июня в 14:10 авиадесант противника около 200 человек высажен в районе Одесса-Люстдорф. В 17:30 десант уничтожен»[16]. Такие доклады были характерны для первого дня войны. Например: «22 июня. 12:30 в районе станции Каменка в 7 км юго-восточнее Равы-Русской противником выброшен парашютный десант из 5 человеку который захватил станцию…»[17] В действительности этот «десант» состоял из пяти летчиков бомбардировщика Не-111Р-4 W.Nr. 2814 «G1+DC» из St.IL/KG55, сбитого МиГ-3 из 23-го или 28-го ИАП над окраиной Львова. Вооруженные пистолетами, пятеро немецких летчиков, один из которых к тому же был ранен, якобы захватили станцию… Впрочем, так называемая «авиадесанто-боязнь», которая появилась в СССР под впечатлением недавнего десанта на Крите, в июне – июле 1941 г. повсеместно приводила к подобным донесениям и рапортам.

23 июня

Утром румыны в очередной раз попытались произвести воздушную разведку аэродрома Булгарийка. Пока что ни один из воздушных разведчиков, посланных сюда, не вернулся. Почти не стал исключением и следующий вылет «Бристоль-Бленхейма» с бортовым № 6 из состава все той же Esk.l Obs/Bomb. Но на этот раз атака «ишаков» из 67-го ИАП была не столь удачной. С разбитым левым мотором разведчик смог долететь на одном работающем до своего аэродрома в Клуже, но при вынужденной посадке скапотировал, был разбит и позже списан. Пилот и штурман-наблюдатель были ранены, а стрелок-радист был убит еще в воздухе во время атаки наших истребителей.