Дмитрий Зубов – Летающие крепости Гитлера в бою. «Урал-бомбер» Не-177 «Грайф» (страница 3)
• Jumo-206 (6-цилиндровый с жидкостным охлаждением)
• Jumo-211 (12-цилиндровый с жидкостным охлаждением)
• SAM-329 (14-цилиндровый с воздушным охлаждением)
При этом количество моторов было оставлено на усмотрение изготовителей. 3 июня 1936 года представители авиационных фирм «Хейнкель», «Юнкерс», «Блом унд Фосс», «Хеншель» и «Мессершмитт» были проинформированы RLM о конкурсе на создание тяжелого бомбардировщика с этими ТТХ. Было оговорено, что самолет должен обладать возможностью совершать атаки с пикирования. Среди других условий были обозначены следующие: пробег при взлете должен составлять не более 1000 метров, бомбовая нагрузка варьироваться от небольших фугасных и осколочных бомб до боеприпасов большой мощности, экипаж из четырех человек, сильное оборонительное вооружение, в том числе состоящее из нескольких дистанционно управляемых 13-мм пулеметов MG-131, и т. д.
У большинства конструкторов проект не вызвал большого энтузиазма. Создавалось ощущение, что рейхсминистерство хочет «совместить ежа с котом». То есть создать некий чудо-самолет, обладающий одновременно всеми достоинствами скоростного, пикирующего, среднего и тяжелого бомбардировщика. И все же нашлись люди, которые отнеслись к «Бомберу А» с вдохновением. Одним из них был инженер фирмы «Хейнкель» Хайнрих Хертель. Он предложил дальний бомбардировщик, способный наносить удары на расстоянии 2500 км с максимальной бомбовой нагрузкой 2200 кг. При этом благодаря простейшей компоновке и относительно небольшому размеру фюзеляжа он мог быть дешев в производстве и весил бы ненамного больше, чем средний бомбардировщик. Все вооружение предполагалось сделать дистанционно управляемым, с тем чтобы один член экипажа при необходимости мог вести огонь из разных пулеметных установок.
2 июня 1937 года Хейнкелю было разрешено начать строительство полномасштабного макета в соответствии с проектом, получившим кодовое обозначение «P-1041». А уже через 20 дней компания представила RLM точный график работ:
• первоначальный осмотр макета: 1 июля 1937 г.
• окончательная проверка макета: 1 августа 1937 г.
• подготовка первого прототипа к полету: 1 июня 1938 г.
• готовность первого опытного образца: 1 сентября 1938 г.
• изготовление опытной партии: 1 октября 1938 г.
Первоначально работы пошли быстрыми темпами. Уже 6 августа специалисты испытательного центра «Рехлин» осмотрели макет самолета на заводе фирмы «Хейнкель» в Росток-Мариенехе. Они отметили удовлетворительные углы обзора и стрельбы, но в то же время слишком узкий фюзеляж, вследствие чего в нем было недостаточно места для экипажа и расположения приборной панели. После этого сечение фюзеляжа было увеличено, и 5 ноября, то есть всего на три месяца позже, чем первоначально планировалось, был проведен окончательный осмотр уже модифицированного макета. В тот же день RLM присвоил проекту «P-1041» официальное обозначение Не-177.
После этого Хейнкель, в тот период занимавшийся разработкой множества, в том числе самых необычных, самолетов, получил санкцию на строительство первых опытных образцов. При этом было уточнено, что будущий самолет должен как бы соответствовать трем возможным диапазонам использования: как «ближний» бомбардировщик с дальностью 2000 км (оснащение типа «А»), средний бомбардировщик с дальностью 3000 км (оснащение «В») и дальний бомбардировщик с дальностью 5000 км (оснащение «С»).
Казалось бы, все шло хорошо и уже вскоре Люфтваффе могли получить новый бомбардировщик, который постепенно заменит в частях и Не-111, и Do-17. Однако вскоре после упомянутой инспекции начальник Технического отдела рейхсминистерства Эрнст Удет заявил доктору Хейнкелю, что разрабатываемый самолет «больше не нужен». А потом пояснил, что новая война против Великобритании невозможна, а для возможных конфликтов в континентальной Европе Гитлер и Геринг хотят использовать только двухмоторные бомбардировщики, способные наносить удары с пикирования. Посему Не-177 в настоящее время следует рассматривать лишь как некий «исследовательский проект». Технологии отрабатывать, изучать аэродинамику и т. п. Чтобы как-то задобрить ошарашенного Хейнкеля, Удет предложил тому не унывать, дескать, He-177 может понадобиться Кригсмарине в качестве дальнего морского разведывательно-бомбардировочного самолета. Впрочем, и в этом случае он должен обязательно уметь пикировать.
Стоит отметить, что Удет, как и другие ставленники Геринга, подбиравшиеся им по принципу личной симпатии и дружбы, мягко говоря, не очень соответствовал своей должности. Бывший ас Первой мировой войны, имевший на своем счету 62 победы, в послевоенные годы он уехал в Южную Америку, а потом успешно снялся во многих голливудских фильмах в качестве летчика, выполнявшего различные фигуры высшего пилотажа. Удет был любимцем женщин, хулиганом, любившим эпатаж и смелые выходки, но совершенно ничего не понимал ни в технике, ни в тактике. И к тому же Удет был совершенно не способен работать. После того как в 1936 году рейхсмаршал уговорил друга возглавить Технический отдел RLM, прославленный летчик не столько работал, сколько гулял и пьянствовал. Его представления о необходимых типах самолетов основывались исключительно на его личном опыте времен войны и различных «умных мыслях», которые он подслушивал на совещаниях у Геринга и от авиаторов-собутыльников. Поэтому в требовании делать любой ударный самолет пикировщиком не было ничего удивительного.
Когда профессор Хейнкель возразил Удету, что большой четырехмоторный самолет никогда не сможет совершать атаки под крутыми углами, тот просто сравнил He-177 с разрабатывавшимся двухмоторным Ju-88 и посоветовал всего лишь «укрепить планер». А возросшую при этом массу компенсировать установкой пары двухколесных шасси, поместив их за двигателями. Собственно, тогда и родилось одно из прозвищ Не-177 на стадии проектирования – «царь-пикировщик». Хейнкелю ничего не оставалось, как кивнуть – «сделаем». В то же время, осознав, что проект «Бомбера А» отныне не является приоритетным, фирма отказалась от ранее намеченных ударных сроков работ.
В начале 1938 года RLM предъявило дополнительные требования к самолету, потребовав увеличить дальность до 6700 км, а также сделать двойное управление, которым бы могли легко пользоваться пилоты со «средним» уровнем подготовки.
«Вариант «Блау»
Тем временем политическая обстановка в Европе начала обостряться, и, несмотря на внешне мирное небо, многие стали всерьез подумывать, что на осуществление былых планов о достижении Люфтваффе максимальной боеготовности к 1943 году может не хватить времени. В августе 1938 года в резиденции Геринга «Каринхалле», к северу от Берлина, состоялось совещание, на котором командующий 2-м Воздушным флотом генерал Хельмут Фельми поднял вопрос о возможностях Люфтваффе в случае возникновения так называемого «Варианта «Блау» (кодовое название резервного плана ведения войны против Великобритании). В итоге был сделан основополагающий вывод:
24 октября 1938 года, после того как Судетский кризис благополучно закончился мирным присоединением одноименной области, Геринг и Мильх провели еще одну встречу по поводу «Варианта «Блау». Несмотря на то что Великобритания пока придерживалась политики «умиротворения», а фюрер публично объявил об удовлетворении его «последних территориальных претензий в Европе», рейхсмаршал, как никто другой, догадывался, что на Судетах дело не встанет. Поэтому война против Англии все же возможна. Геринг и Мильх сошлись на том, что в данный момент единственная возможность нанести Королевским ВВС серьезный удар – это задействование в первом воздушном налете всех доступных бомбардировщиков Люфтваффе, в том числе состоявших в учебных подразделениях.
Через пару дней в Каринхалле состоялось очередное совещание по этому же вопросу. В разгар дискуссии на тему, как все-таки «в случае чего» подавить Англию, начальник Генерального штаба Люфтваффе оберст Ешоннек предложил создать для этой цели четыре бомбардировочные эскадры, полностью оснащенные Не-177. Правда, тут же оговорился, что подобный массированный удар может быть осуществлен только через 4 года, то есть не ранее осени 1942 года. Только к этому времени, по мнению Ешоннека, можно было подготовить к использованию около 500 новых «Хейнкелей». Ну а затем Геринг озвучил решение Гитлера о «немедленном пятикратном увеличении боевой мощи Люфтваффе». Эти планы вряд ли свидетельствовали о мирных намерениях фюрера, постоянно говорившего о «мире». И одновременно вызвали недоумение у представителей RLM. Во-первых, в распоряжении авиационной промышленности не было такого количества сырья, а в связи с ростом военных заказов даже обозначился его дефицит. Во-вторых, для эксплуатации Люфтваффе в таких размерах потребовалось бы 80 процентов мирового производства авиационного топлива! После бурной дискуссии Геринг вынужден был согласиться на значительно сокращенную по сравнению с мечтами Гитлера программу выпуска. Среди основных приоритетов в бомбардировочной авиации были объявлены Ju-88 и Не-177, который пока существовал только в макете.