Дмитрий Жидков – Старый недруг (страница 15)
– Так, – угрюмо закивали головами судьи.
– Однако! – перебил защитника Роалд, – наш конунг Хьярвард Завоеватель, объявил перемирие между всеми кланами, в связи с походом на земли Франков! Но Эрик, подло нарушил его! Он напал на практически беззащитные селения! Учинил в них разорение, убийства и насилие над свободными людьми!
– Я уже говорил, – криво усмехнулся защитник, – что уже слышал, что говорили женщины твоего клана. Но можем ли мы доверять их словам? У женщин длинный волос и язык, но короток ум. Они могут подтвердить все, что велят им мужчины.
– Ты обвиняешь мой клан во лжи?! – гневно сверкнув глазами, выкрикнул Роалд. Его рука легла на пояс, туда, где должен был висеть меч. Но его там не оказалось. На тинг с оружием ни кто не допускался.
– У меня не было и в мыслях оскорбить тебя, – спокойно произнес Хэвард, – но нам стоит тщательно разобраться во всем…
– В чем тут разбираться?! – не сдержался от возгласа Роалд, – Эрик первым покинул лагерь конунга, не пожелав остаться на тризну в честь павших воинов! Ему было известно, что кланы привели с собой почти всех своих бойцов, а селения фактически беззащитны!..
– Хм, – погладил свою бороду старик, – скажи мне светлый ярл, а разве обязан воин оставаться на тризну?
– Нет, смутился Роалд, – но это наши обычаи, завещанные предками! Кто как не боевые товарищи проводят павших соотечественников в последний путь?!
– Да-а, – прошептал Павел на ухо своей спутнице, – этот ваш адвокат, еще та акула. Ему палец в рот не клади, откусит всю руку.
– Он лучший, – с восторгом ответила Мэгрит, – многим вельможам удалось избежать наказания за более тяжкие преступления.
– Таким образом, – между тем продолжил Хэвард, – мой подзащитный, уведя с собой своих воинов, не нарушил ни одного закона. Кто может упрекнуть его в желании скорее увидеть своих родных?! А теперь давайте рассмотрим дальнейшие события! Всем известно, что его земли расположены дальше, чем многих ярлов. Нет ни чего удивительного, что он решил остановиться по пути. Ведь каждый клан, обязан радушно принять возвращающихся с битвы или просто путешественников. Обеспечить их всем необходимым для продолжения пути. Эрик поведал мне, что он отплыл почти сразу же! В селении остался его хёвдинг, только потому, что его "дракар" требовал ремонта. Возможно, он и его люди и учинили бесчинства, в которых пытаются обвинить их ярла. Но они уже получили по заслугам! Если мне не изменяет память, ни кто из них не выжил. И стоит еще разобраться, является ли наказание, достойным их вине. А свидетелей, что могли бы опровергнуть слова моего подзащитного, как я понимаю не иметься!
– Нет, есть! – Роалд указал рукой на Павла.
Взоры всех собравшихся обратились на Смирнова. Многие видели его впервые.
– Иди, – слегка подтолкнула его Мэгрит.
Павел вышел в круг. Хэвард с сомнением оглядел его с ног до головы.
– Но можем ли мы, доверять его словам? – спросил он, – этот человек пришлый. Мы ни чего не знаем о нем. Может это беглый раб, не достойный выступать на благородном собрании.
– Сам ты раб, – прошептал Павел, но в полный голос произнес другое, – Меня зовут Федор! По светлой воле моего отца Ярослава Всеволодовича, великого князя Владимирского, мне суждено было править в Новгороде! По злой воле моего брата, я потерял власть и чуть не лишился жизни! Решайте сами, стоит ли мне верить!
– Пусть скажет, что он видел! – раздались со всех сторон голоса.
– Говори, – дозволили судьи.
– Я прибыл к ярлу Роалду, просить о помощи, – начал Павел, – прознав о его великодушии, благородстве и доблести в ратных делах! Однако моя ладья попала в шторм и разбилась о скалы. Из всей команды выжил лишь я один. Когда мне удалось перебраться через горы, то я стал свидетелем, как три корабля ворвались в бухту. Более трех сотен вооруженных до зубов людей, без какого-либо предупреждения, cразу же, напали на обитателе селения. Защитники сражались храбро. Оружие взяли в руки не только подростки, но и женщины. Всех, кто оказывал сопротивление, безжалостно перебили! После этого, предводитель захватчиков велел разыскать семью ярла! Он желал иметь их в заложниках, для решения каких-то земельных вопросов! Он велел не стесняться в средствах, пусть даже придется перебить всех пленников! Исполняя его приказ, его люди на моих глазах замучили двух женщин, а после перерезали им горло!
После этого прозвучало еще много обвинительных речей. Люди по одному или группами выходили в круг, высказывая жалобы.
Хэвард больше не произнес ни слова. Он стоял, угрюмо уставившись взглядом в землю, изредка покачивая головой.
Когда поток желающих иссяк, слово вновь взял Роалд.
– Братья и сестры! – выкрикнул он, – все свои преступления Эрик Рыжий совершил из-за любви к власти и богатствам! Вена его полностью доказана! Поэтому я прошу вас, принять единственно справедливое решение, назначить для него смертную казнь! Пусть ваши сердца подскажут, стоит ли оставлять безнаказанным его страшные деяния! Не дайте затуманить ваши головы словами защитника, кои такие же хитрые и изворотливые, как и сам обвиняемый!
Ярл замолчал, предоставив слово защите.
– Многоуважаемые судьи, – поднял голову Хэвард, – я обращаюсь к вашей милости! Если этот человек не достоин прощения, то может, он достоин хоть небольшого снисхождения?! Ведь вы понимаете, если не дать ему возможности умереть с мечом в руках, то он ни когда не найдет дорогу в Вальхаллу! Его душа вечно будет скитаться между мирами! Я лишь надеюсь на вашу милость и снисхождение!
Выслушав обе стороны, судьи поднялись со своих мест и удалились в специально установленный для такого случая шатер. Совещались они довольно долго, но вердикт был единодушным. Ярла клана рыжих псов было решено казнить самым ужасным образом…
Глава 18. Казнь
Имеется расхожее мнение, что осужденные к смерти воспринимают приговор как трагедию. Однако Эрик Рыжий, услышав, что его ожидает, лишь расхохотался. У него еще оставался шанс попасть в Вальхаллу, но лишь в том случаи, если он выдержит пытку до конца. Боги уважали мужество воинов и благоволили к ним. Бывший ярл не стал просить о пощаде и снисхождении. С гордо поднятой головой он проследовал в отведенное ему помещение, специально подготовленное вместо камеры смертника. С этой минуты охранники отвечали за жизнь преступника. Он должен был прибыть на свою казнь здоровым. Поэтому здесь были приняты чрезвычайные меры предосторожности. Помещение тщательно вымели, а зазубрины на деревянных балках сточили и отполировали, чтобы преступник не имел возможности поранить себя.
Вечер после приговора прошел при спокойном расположении духа. Эрик не стал отказываться от пищи, как это делают многие ожидающие исполнения приговора. Наоборот, он заказал огромное количество разнообразной еды и напитков. Вскоре его последняя просьба была исполнена. Перед пленником поставили несколько больших деревянных блюд с едой и кожаные меха с лучшим вином. Единственным отличием от обычной трапезы было то, что приговоренному к смерти не подали ножа, да мясо было тщательно отделено от костей, чтобы он не смог вскрыть себе вены. Однако Эрик не собирался вот так расставаться с жизнью. Сделай он это, и последний шанс попасть во дворец Одина, будет утерян.
Первым делом рыжий гигант схватил мех с вином, зубами выдернул деревянную пробку и опрокинул горловину надо ртом, не прижимая ее к губам. Янтарная жидкость полилась в рот, заливая лицо и стекая ручьями по обнаженной груди. Эрик расхохотался, встряхнул волосами и, рыча, словно голодный зверь, впившись зубами в мясо, принялся отрывать от них огромные куски. Скоро из камеры смертника раздался его пьяный голос. Рыжий великан тщательно выкрикивал слова последней в жизни песни:
Крепкое вино сделало свое дело. Эрик, рухнул на мягкие шкуры и захрапел.
Проснулся он задолго до рассвета. Через отдушину, прорезанную в стене, виднелся кусочек темного неба. Уснуть ему больше не удалось. Сказывалось напряжение ожидания смерти. Не зная чем ему заняться, приговоренный к смерти сидел на полу, уставившись в одну точку на стене, размышляя о прошедших годах. Его никогда не волновали жизнь тех, кто пострадал от его рук. Он был счастлив, что оставил свой след в истории, пусть даже и такой кровавый. Потомки запомнят его, и возможно в будущем у него будут последователи. Первый дневной свет проник сквозь узкое оконце. Внезапно Эрик всем своим существом стал ощущать, как молниеносно исчезают мгновения, тают в пространстве, будто их не было.
Скрипнула дверь. На плече легла, чья-то рука. Эрик поднял голову, равнодушно взглянув на вошедших охранников.
– Время пришло, – сказал один из них, – пойдем.
Приговоренный кивнул и поднялся. Его провели через все здание. Двери распахнулись. Эрик сделал шаг из полутемного помещения. Дневной свет ослепил, заставив зажмуриться. В лицо дунул холодный ветер, перемешанный с солеными брызгами близкого моря. Эрик с тоской взглянул на колышущуюся зеленоватую гладь. Больше ни когда не вступить ему на палубу своего "дракара", не вздохнуть полной грудью морской воздух, не ощутить сладкие мгновения битвы, не испить вина после победы.