Дмитрий Жидков – От тьмы к свету (страница 35)

– Я рад, что вам, понравилась эта страна, ставшая и мне второй родиной. Но я вижу, что вас что-то тяготит.

– Для этого имеются два обстоятельства, – Гордеев поставил свой бокал на небольшой изящный столик, – во-первых, меня тяготит неизвестность судьбы моих детей.

– Конечно, конечно, – участливо закивал Гильон, – я об этом знаю. И даю слово, что сделаю все от меня зависящие, чтобы разыскать их.

– Благодарю, – кивнул Дмитрий, – но я уже принял необходимые меры. Сейчас меня больше тревожит второе обстоятельство.

Он сделал небольшую паузу, наблюдая как его собеседник, заерзал на своем месте от охватившего его любопытства.

– Не кажется ли вам, дорогой друг, – продолжил посол невозмутимым голосом, – что вокруг короля разворачиваются весьма тревожные события. И это накануне заседания парламента…

– Что вы имеете в виду? – встревожился Гельон, подавшись вперед.

– Ну посудите сами, – стал перечислять Гордеев, – во-первых: внезапно исчезновение председателя парламента, который занимал нейтральную позицию и, весьма вероятно, мог перейти на сторону короля. И кто же занял его место? – задал риторический вопрос Дмитрий, и сам же на него ответил, – Радикально настроенный представитель оппозиции. Во-вторых, столица буквально переполнена наемниками. Все таверны и доходные дома забиты ими. В этом, конечно, нет ни чего сверхъестественного, – пригубил вино Гордеев, – солдаты удачи прогуливают заработанное серебро. Но вот, что странно. В шумных застольях, где вино льется рекой, сами наемники почти не пьют, а в большей степени, спаивают солдат. И наконец, в третьих. Не кажется ли вам странным, что гвардию, осуществлявшую до недавнего времени охрану дворца, заменили на городскую стражу?

– Действительно странно, – задумчиво проговорил граф. Внезапно его глаза прояснились, – не считаете же вы, что готовиться мятеж!

– Вот именно, – Гордеев откинулся на спинку кресла, заложив ногу на ногу, – это настолько явно, что мне удивительно, как вы сами этого не заметили. И боюсь, что время безвозвратно упущено.

– И вы говорите об этом с таким спокойствием?! – воскликнул Гильон, – надо же что-то делать!

– Успокойтесь, граф, – осадил горячность собеседника русский посол, – шансы еще есть. Впереди у нас почти сутки. Поэтому вам, не теряя ни минуты, необходимо отправляться в казармы гвардии. Сделайте все возможное, чтобы вернуть на службу всех офицеров. Приведите солдат в полную боевую готовность. Незамедлительно введите в город верные королю части, и блокируйте все места, где скапливаются наемники.

– А как же дворец?

– Это предоставьте мне…

– Но позвольте! – воскликнул герцог, – с вами всего двести человек! Стражи, как минимум, в три раза больше!

– Не беспокойтесь, – усмехнулся Дмитрий, – мои люди справятся…

– Тогда, – Гильон поднялся, – я немедленно предупрежу братьев.

– А вот этого делать не стоит, – остановил его Гордеев, – пусть мятежники думают, что у них все под контролем. А с вашими родственниками ни чего не случиться. Это я вам обещаю…

Ночью, во всех покоях дворца, стояла тишина. По пустынным коридорам, сжимая в руках тяжелые алебарды, шли двое стражников. У каждого на боку, кроме того, были прикреплены узкие мечи. Ни чьи шаги не вторили им. Только их тусклые тени скользили по стенам.

Один из стражников задержался на мгновение, для того, чтобы поправить ножны.

– Морган, – ну где ты там, – шедший впереди стражник, недовольно оглянулся, – сержант уже давно нас ждет. А он не терпит опозданий.

Он не договорил, с удивлением уставившись на пустой коридор.

– Это уже не смешно, – стражник завертелся на месте, – а ну выходи…

Он не успел ничего сделать, как кто-то тихо выскользнул из темной ниши. Узкое лезвие вошло в районе основания черепа. Стражник умер мгновенно, даже не вскрикнув. Его тело было тут же втянуто в нишу. Несколькими минутами позже оттуда вышли двое русичей, переодетых в форму солдат городской стражи.

Возле двери, ведущей в покои герцога Банифация Савойского, в нетерпении прохаживался сержант.

– Где вы шляетесь, – недовольно пробурчал он, однако, не повышая при этом голоса. – За мной!

Больше не отвлекаясь на разговоры, сержант пинком ноги распахнул дверь.

Банифаций проснулся от шума. Увидев перед собой вооруженных людей, он потянулся к ножнам, но сержант перехватил их.

– Герцог Савойский, – сказал стражник, вы арестованы. Соблаговолите последовать за нами!

– По какому праву! – гордо выпрямился Банифаций, – король знает о вашем самоуправстве?

– Завтра он будет смещен, – ухмыльнулся сержант, – так, что одевайтесь и не вздумайте…

Он не успел договорить. Стоящий за его спиной стражник огрел его плашмя алебардой по шлему. Сержант как подкошенный рухнул на кровать.

– Простите милорд, – нанесший удар стражник слегка поклонился, – нас прислал ваш брат. Он сейчас находится в казармах гвардии. Не теряйте времени. Вам нужно переодеться в форму городской стражи и следовать к брату. Он вам скажет, что делать дальше.

Банифаций кивнул. Он ни сколько не потерял присутствие духа. При помощи дружинников он надел на себя форму сержанта и уверенным шагом направился к выходу из дворца.

Тем временем диверсанты надели на сержанта камзол герцога, нахлобучили шляпу и потащили его тело по коридору.

За первым же поворотом они повстречали лейтенанта. Ратники остановились, вытянувшись перед ним по стойке смирно.

– Что это с ним? – лейтенант недовольно покосился на бесчувственное тело, повисшее в руках его подчиненных.

– Оказал сопротивление, – четко отрапортовал один из диверсантов, – пришлось угомонить. По распоряжению сержанта транспортируем графа Савойского в темницу.

– Благодарю за службу, – кивнул лейтенант. Он был доволен. Все шло по тщательно разработанному плану. Все фавориты короля были схвачены. Его даже не удивило, что все они были в беспамятстве. Но никто и не надеялся, что эти аристократы добровольно откажутся от власти.

Лейтенант посторонился, пропуская стражников. Ему пришлось облокотиться о находившуюся там дверь. Проводив стражников взглядом, он хотел продолжить свой путь, но в это время дверь за его спиной отворилась, сильная рука зажала ему рот и втянула в комнату.

В коридорах дворцах вновь воцарилась тишина…

Как такового парламента во времена правления Генриха третьего, еще не было. Этот орган представлял собой совет баронов, оговоренный в "Великой хартии". Большой зал заседаний был оборудован скамьями, установленными в несколько рядов полукругом. В центре было установлено кресло для короля. С право от него стоял стул для председателя, который сидел за небольшим столиком с лежащим на нем деревянным молотком и колокольчиком.

Зал был переполнен. Шум в помещении стоял такой, что было трудно разобрать кто, что говорит. Председатель барон Теодор Эштен, не спешил наводить порядок. Он спокойно сидел на своем месте, с улыбкой наблюдая за растерянным лицом короля. Наконец он встал, несколько раз стукнув молотком.

– Тишины! – перекрикивая собравшихся потребовал он, – прошу успокоиться!

Бароны нехотя расселись по своим местам.

– И так, – подытожил услышанное Эштен, – никто не будет возражать, если я выражу общее мнение присутствующих, – он повернулся в сторону короля, – собрание вольных баронов обвиняет Генриха, короля Англов в нарушении свобод, дарованных нам "Великой хартией". Мы высказываем ему не доверие и требуем, чтобы король покинул престол.

Бароны одобрительно зашумели.

Вся жизнь Генриха прошла в борьбе с угрозой мятежа. Ему уже не раз приходилось вступать в вооруженный конфликт с боронами. Но только сейчас он впервые оказался в таком сложном положении. Его окружали лишь враги.

Председатель поднял колокольчик и зазвонил им. Тут же многочисленные двери распахнулись, и в зал вбежала стража. Оцепив по периметру зал, они застыли в ожидании приказа.

– Генрих третий, – торжественно провозгласил барон Эштен, – от имени народа Англии и решением большинства собрания, мы отстраняем тебя от власти!

– Ну, это врятли!

Председатель удивленно поднял брови, замерев на полуслове.

– Кто посмел перебить меня? – он повернулся, уставившись на высокого человека с светло русыми волосами, вошедшего в зал через центральный вход.

– Это не важно, – сказал Гордеев, проходя мимо ошарашенных баронов. Остановившись рядом с креслом короля, он обвел зал тяжелым взглядом, – считайте меня наблюдателем за законностью принимаемых решений. Насмотревшись вдоволь на этот фарс, я отменяю ваше решение и обвиняю всех вас в предательстве интересов английского королевства! Вы виновны в заговоре против власти и подлежите немедленному аресту!

Дмитрий хлопнул в ладоши. Стоящие словно статуи возле стен стражники в одно мгновение ожили, как по команде развернулись, опустив алебарды в сторону баронов.

– Да как вы смеете! – вскочил на ноги один из баронов, схватившись за рукоять меча. В его грудь тут же уперся наконечник алебарды.

– Я повторяю, – слегка повысил голос Гордеев, – вы все арестованы. Тот, кто окажет сопротивление, будет незамедлительно уничтожен. Поэтому прошу сдать оружие и проследовать в охраняемые помещения, где вы будете ожидать суда. А если кто-то из вас надеется на помощь наемников, то ее не будет. Как раз в это время братья Савойские с гвардией разоружили их и выпроводили за пределы столицы.