Дмитрий Жидков – От тьмы к свету (страница 32)

– Делайте, что она говорит! – взвизгнул Грег.

Разбойники переглянулись. Но перечить не посмели, бросил луки к ногам. Басир не спеша слез с коня, подошел к ним и ловко связал обоим руки за спиной.

– Что дальше? – спросил Грег. От прикосновения металл, к своей плоти он чувствовал себя не уютно и постоянно пытался встать на цыпочки, чтобы хоть как-то ослабить давление.

– А теперь снимай штаны…

Лезвие переместилось на горло главаря, заставив его вздрогнуть.

– Но позвольте, – попытался возмутиться Грег, но тут же умолк. Острый кончик кинжала надрезал кожу. По шее потекла капелька крови.

– Снимай, говорю, – женский голос был спокоен и настойчив. Такой интонацией могут, говорит лишь закоренелые убийцы, которым прирезать человека, раз плюнуть.

– Как же я пойду? – пискнул Грег.

– Неужели несколько минут позора, стоят твоей жизни? – в голосе молодой женщины появилось любопытство, – а в прочем это твое дело. Неужели ты думаешь, что ты у меня первый?

Грег тяжело сглотнул. Спорить он больше не решился. Подогнув поочередно ноги, он вначале освободился от сапог. После этого расстегнул ремень, расслабил завязки и стянув штаны, закинул их за спину, почувствовав, что клинок больше не упирается в его горло. Грег сделал неуверенный шаг и обернулся. Перед ним стояла стройная молодая женщина, привлекательной наружности. Она с улыбкой осмотрела главаря с головы до ног, задержав взгляд на обнаженном мужском достоинстве.

– Поздравляю, – усмехнувшись, проговорила она, – бог и вправду щедро одарил тебя.

Не смотря на трагичность ситуации, комплимент понравился Грегу. Он даже зарделся от удовольствия.

– Но вот в очереди за мозгами ты видимо оказался последним, – охладила его Юлдуз, перекинув штаны разбойника через плечо.

– Что вы хотите? – угрюмо пробормотал Грег, глядя исподлобья на молодую женщину.

– Что же я хочу? – задумалась Юлдуз, прижав кончик кинжала к своей щеке, – думаю, что если бы ты согласился проводить нас в своей предводительнице. Как вы ее называете. Лесной воительницей? То я возможно пощажу тебя и твоих людей.

– Ха! – в глазах Грега появился веселый блеск, – с удовольствием!

У него внезапно зародился блестящий план. Он приведет эту нахалку и ее друзей в свой лагерь. Там-то их и схватят. Тогда ему не составит труда уговорить баронессу отдать эту нахалку ему. Ох уж он и позабавиться, когда ее крепко свяжут. От этих мыслей хорошее настроение быстро вернулось к Грегу. Он повернулся и, насвистывая веселую мелодию, сверкая голым задом, направился по тропе вглубь леса…

Через некоторое время разбойник вывел путников на довольно большую, вырубленную и расчищенную от пней, поляну. Не широкий ручей пересекал ее от одного края до другого. Между деревьями виднелись шалаши и хижины. Повсюду дымились костры. Ветер доносил манящий запах жареного мяса.

На поляне находилось много дюжих молодцев в ярко-зеленых костюмах. Одни валялись на траве, о чем-то весело переговариваясь друг с другом. Другие натягивали тетиву на свои луки. Кое-кто пускал стрелы в сколоченные из досок щиты.

– Эй, Грег! – крикнул один из молодцев, заметив вернувшихся товарищей, – Ты, где штаны потерял?! Или решил продемонстрировать свое хозяйство?!

Остальные поддержали товарища дружным хохотом.

– Не зубоскальте! – огрызнулся Грег, – лучше позовите баронессу. Я привел ей дорогих гостей!

– Ха! – продолжил все тот же парень, – а штаны ты специально снял, чтобы они не потеряли тебя среди деревьев! Твои белые ягодицы далеко видать!

Смех стал сильнее.

– Что тут происходит?

Властный голос заставил всех замолчать.

– Миледи! – воскликнул Грег, – эти люди хотели тебя видеть…

Милана перевела взгляд на него и не смогла сдержать улыбки.

– Грег! – стараясь быть серьезной и не рассмеяться, воскликнула она, – где ты оставил свои штаны?!

– Он одолжил их мне…

Знакомый голос заставил Милану вздрогнуть.

– Сестрица! – радостно воскликнула она, кидаясь к ней на грудь, – как я рада тебя видеть!

– Ну, все, – Юлдуз отстранила Милану, с любовью оглядев, одетую в такой же наряд, как и остальные родственницу, – а ты молодец! – похвалила она сестру, – стольких мужиков в узде держишь! Как тебе это удалось?! Трудно наверно?

– Трудно с двумя, – улыбнулась Милана, – а как научишься организовывать, то число уже не имеет значения. Кроме того, они все очень любят моего мужа и за него готовы жизнь отдать.

Милана оставила сестру и, подбежав к Басиру, повисла у него на шее.

– А кто ваши спутники? – закончив с объятиями, поинтересовалась девушка.

– Это Аврора, – представила Юлдуз, – ее спутника ты должна помнить…

– Нед?! – не веря своим глазам, воскликнула Милана, – что с тобой?! – Она взглянула в его бледное лицо, – да он ранен!

– Джон, Кевен! – властные нотки вернулись в голос баронессы, – несите маркиза в хижину! И позовите Жюля! Быстро!

В одно мгновение лагерь ожил. Все засуетились, выполняя приказ. Стараясь не мешать Юлдуз подошла к стоящему в сторонке угрюмому Грегу.

– Извини, – улыбнулась она, протягивая ему штаны.

– И вы меня простите миледи, – виновато проговорил разбойник, – я не знал, что вы родственница баронессы.

– Ничего, – вновь улыбнулась Юлдуз и протянула ему руку, – будим друзьями…

Глава 18. Паладин

Над верхушками дубов и буков медленно взошел диск солнца. Греясь в его первых лучах пичуги, перепрыгивали с ветки на ветку, оглашая ущелье веселым щебетанием. Утренний воздух переполняли ароматы луговых цветов, в изобилии покрывающих небольшие участки земли перед хижиной монаха отшельника.

Ночь выдалась теплой, потому Тук проспал с заката до зари на топчане хибары.

Проснувшись, он умылся в ручье прохладной водой и принялся наводить порядок в пещере.

Совсем недавно народ был счастлив. Крестьяне трудились, не опасаясь, что их обворуют или не заставят выплачивать не посильные налоги.

Но в один миг все изменилось. Теперь этими землями распоряжался жестокий и жадный барон Роланд де Обеньи, подданные которого влачили жалкое существование. Его наемники, не зная жалости, грабили селян, забирая у них не только скопленные их трудом излишки, но даже последнее. Теперь Тук вновь вспомнил о своем мече, который стал носить под рясой.

Хозяйства, некогда процветающие вокруг пристанища монаха, в одночасье опустели. Люди покидали свои дома. Многие подались в лес, собираясь в мелкие банды. Однако, что могли поделать бывшие крестьяне, против хорошо организованных наемников. Люди барона организовывали облавы, загоняя повстанцев, как охотники дичь. Оказавших сопротивление перебили. Сдавшихся, привезли в клетках в город, где публично повесели, в назидание остальным.

Все изменилось с появлением жены пропавшего владельца земель. Эта, еще совсем юная леди, проявила незаурядные организаторские способности. Она сумела объединить разрозненные шайки, ввела строгую дисциплину и в кратчайшие сроки обучила стрельбе из лука, азам владения холодного оружия и ведения боевых действий в лесу.

Ее летучие отряды вихрем налетали на обозы наемников. Пленных не брали. Трофеи возвращали селянам. Доставалось и мелким феодалам и священнослужителям, поддерживающим Обеньи.

Крестьяне боготворили своих защитников. Кормили их, укрывали от властей и сообщали о передвижении карательных отрядов. Благодаря содействию населения благородные разбойники были не уловимы, а сами наемники ухе побаивались соваться в лес.

Покончив с уборкой, Тук вышел наружу. Вдохнул полной грудью наполненный ароматами трав свежий воздух. Он чувствовал себя замечательно и был готов противостоять любому злу.

Шорох в кустах заставил его обернуться. Неизвестно от куда появившейся у людского жилья кролик выскочил на каменистую площадку. Заметив монаха, он метнулся в сторону и тут же упал, пронзенный стрелой.

Тук, было отступивший к хижине, где оставил свой меч, мгновенно расслабился, узнав нежданного гостя. Из-за деревьев вышла Милана, одарив монаха лучезарной улыбкой.

– Добрый день, святой отец, – поприветствовала она монаха, закинув лук за плечи, – я принесла тебе немного дичи к обеду.

Она отцепила от пояса вязанку из нескольких куропаток, двух уток и довольно жирного зайца.

– Тот кролик, который только что прыгал, будет хорошим дополнением к моим трофеям.

– Я рад тебя видеть, дочь моя, – Тук раскрыл свои объятия, по-отечески обняв девушку, – значит все это ты, принесла к сегодняшнему обеду? Разве ты забыла, что сегодня пятница, и никто не должен вкушать мясо в этот святой день?

– Разве тебя это когда-нибудь останавливало, мой милый толстячок? – Милана лукаво взглянула на монаха.

– Конечно, – рассмеялся Тук, – думаю, что святая дева Мария не даровала бы удачу в охоте, если бы желала лишить меня вкусного обеда. Пойдем, я угощу тебя превосходным элем.

– А разве можно пить в пятницу? – удивилась девушка.

– В пещере темно и не видно, что там происходит, – хитро сощурился Тук.

– Спасибо за предложение, – покачала головой Милана, – я пришла за твоей чудодейственной мазью, что так хорошо заживляет раны.