Дмитрий Жидков – Битва за Рязань (страница 2)
Омид, постоянно кланяясь, пополз спиной к выходу. Скоро он исчез за пологом шатра.
– Субэдэй! – крикнул Бату хан.
В шатер вошел его верный слуга и советник.
– Рассылай гонцов! Собирай всех ханов! Мы выступаем в поход на запад.
Глава 2 Совет ханов
Ханы собрались в зале советов дворца, расположенного в столице монгольской империи. Огромное помещение поражало роскошью в китайском стиле. Фон стен колонн был светло-зеленый. Кругом имелись черные лаковые панно с росписью золотом, черные рамы, темные эмали и росписи над окнами и дверями. Позолота орнаментов отсвечивалась во всех лаковых поверхностях. Для оформления зала было использовано тридцать шесть больших панно, которые были размещены ярусами вдоль стен. Окна и двери были драпированы яркими занавесями из китайского шелка. Помимо панно зал украшали редчайшие китайские вазы, скульптуры из кости, дерева и камня. Здесь были предметы роскоши всего завоеванного востока. Зал украшал мраморный камин, на котором стояли таганы из золоченой бронзы в виде драконов. Резьба на камине была в виде переплетающихся ветвей с ящерицами в сочетании с геометрическим орнаментом. Этот же мотив повторялся в креслах.
Зал был хорошо освещен, его окна были обращены в собственный сад.
В зале собрались верные Батыю ханы, со своими военачальниками. Когда все расселись по своим местам в зал вошел грузный Субедэ-багаур. Шаркая кривыми ногами, он прошел в прилегающую к залу комнату, где кряхтя, склонился до земли и опустился на колени перед повелителем. Батый выждал, пока он выполнит обязательный поклон и попросил своего полководца подняться.
– Говори, – дозволил повелитель.
– Все ханы прибыли, – сообщил он, – они ждут…
Приняв величественный вид, Бату хан вышел в зал. Увидев своего повелителя, все собравшиеся встали и склонились перед ним. Батый прошествовал к золоченому трону и сел в него, устроившись поудобнее. Он подал знак и все сели.
Вошли рабы и поставили перед каждым ханом простые деревянные аяки с пенящимся кумысом. Бату хан хранил эти святыни, из которых когда то пил его дед. Все собравшиеся со святым трепетом смотрели на святыни.
– Первые глотки родного напитка из этих священных чаш, мы выпьем за процветание, величие, здоровье и могущество великого владыки империи. А всю чашу мы осушим в память о Священного Правителя, который дал наказал нам покорить весь мир.
Все поднялись и молча, выпили напиток. Подождав пока все осушат свои чаши, Субэдэй продолжил.
– Нам предстоит великий поход на запад. Перед нами лежат богатые города Булгарии и Руси. Ничто не сможет остановить наше великое войско. Но кто, скажите мне, может повести его к победам?
Субэдэй обвел собравшихся взглядом и, не услышав ответа продолжил.
– Конечно Бату хан! Войско его слушается, потому что любит. Его называют 'Саин хан', что значит щедрый и великодушный. Поэтому если он поведет нас, то войско не дрогнет и не поколеблется. Вместе мы покорим все встречные народы!
Все одобрительно загудели.
– Самый великий правитель, – сказал Батый, гордо выпрямившись, – ничто без своих соратников. Здесь сегодня собрались самые преданные из них. С вашего согласия я возглавлю наше войско. Но и вы получите возможность прославится. Если все войско будет повиноваться, то вся вселенная лежат под копытами наших коней.
Батый замолчал, ненадолго задумавшись. Никто не посмел нарушить его мыслей.
– Мое войско велико, – вновь заговорил хан, – поэтому я разделю его между двумя полководцами. Одного вы знаете- он указал на Субэдэя, – это старый и верный военачальник. Другой, это Тугай-багатур – Все взглянули на поднявшегося воина, – он уже неоднократно доказал свою преданность.
Взглянув на своих полководцев, Батый внутренне усмехнулся, увидев, как они смотрят друг на друга.
Это хорошо, – подумал он, что они с подозревают друг друга. Будут всегда настороже.
– Мы выступам с началом весны. Пока основное войско движется, я поручаю Субэдэ захват Булгарии. Тугай двинет свои тумены против половцев. После этого нам будет открыт путь в богатые земли урусов.
В 1239 году новый великий хан Батый на собранном курултае, объявил поход на запад….
Глава 3 Секретный заказ
Дмитрий проснулся поздно. С трудом разомкнул веки. Голова была тяжелой. Всю ночь пировали у князя Василия в тереме, празднуя его день рождения. На пиру собрались 'лучшие люди'. Но это не означало, что собрались самые умные или смелые. 'Лучшими людьми' именовали себя бояре, купцы и послы. Вся их значимость заключалась в богатстве и знатности. Конечно среди гостей встречались достойные люди радевшие за отечество. Но в основной массе- это были пошляки и лизоблюды, готовые продать родину за золото. За последнее время, после триумфального возвращения из похода на монголов, Дмитрий успел раскинуть широкую агентурную сеть, так что каждый из числа 'лучших людей', сами того не подозревая, были у него под колпаком.
Были на пиру и тысячники, подчиняющееся Гордееву, как Черниговскому воеводе. Но за них он был спокоен. Все они были проверенные и верные воины, воспитанные им лично.
Кроме мирского люда, присутствовал на празднике и митрополит Филарет. С ним у Дмитрия сложились очень хорошие отношения. Глава Черниговской епархии долго наедине беседовал с Дмитрием, и полностью поддержал все его начинания. Теперь у Гордеева была не только поддержка князя Ивана, но и благословенье церкви.
Своего старшего сына Мстислав Святославович посадил на Черниговское княжество, после того, как сам стал князем Киевским. С Василием, участников битве на Калке, у Гордеева также сложились дружеские отношения.
Хорошие у князя вина и меды. Голова совершенно не болела. Дмитрий поднялся с постели и кликнул слуг. Первым в спальню вошел приказчик, верный Лука. После смерти тестя, Наума Еремеевича, он, как и все хозяйство перешло к Гордееву. Но он сам не любил финансовые заботы. Его больше привлекало военное дело. Так что все хлопоты по поддержанию семейного дела, пали на хрупкие плечи его любимой супруги. Любава проявила хорошую хватку и держала все дела в кулаке. С этих пор богатство семьи только росло.
Лука пропустил в спальню двух шустрых подростков из дворовой челяди. Что бы они были расторопнее, каждого он слегка хлопнул ладонью по затылку. Один из холопов подал обливной таз и расписное полотенце. Другой внес боярское платье.
– Где боярыня? – спросил Гордеев, умывая лицо.
– Так спозаранку по хозяйству хлопочет- ответил Лука, помогая Дмитрию одеться. – ух и спорятся у нее дела…
Облачившись в свою одежду, Гордеев спустился по лестнице на первый этаж. Любава с двумя дочерьми были уже в столовой. Холопы оповестили ее, что хозяин проснулся, и она поспешила встретить мужа.
Увидев отца, дочки подбежали к нему, отталкивая друг друга. Каждая норовила первой обнять его.
Старшую дочь звали Людомила. Ей стукнуло уже пятнадцать. Красавица, вся в мать, спокойная и рассудительная. Младшей Милане, было двенадцать. По характеру она пошла в отца, такая же непоседа.
Был у Гордеева и сын. Он родился вскоре после возвращения Дмитрия из похода. Назвали его Андреем. Вырос он настоящим богатырем. Его Гордеев обучал самостоятельно. Сын с детства проявил способности к языкам, наукам и ратному делу. Теперь, не смотря на свои семнадцать лет, он командовал первым в истории Руси отрядом особого назначения. Его численность составляла тысяча человек. Отряд подразделялся на три категории. Триста бойцов составляли специально обученные Меркиты. Ими командовал Тумур. После того, как племя меркитов обосновалось в Черниговских землях. Тумур сам пришел к Дмитрию и попросился на службу. Теперь его воины составляли мобильный отряд немедленного реагирования. Их легкая конница мгновенно перебрасывалась на помощь другим отрядам. Следующий отряд составляли четыреста бойцов, обученных ведению боя в ограниченном пространстве с превосходящими силами противника. Они владели всеми видами оружия и приемами рукопашного боя. И наконец, элиту отряда составляли триста бойцов. Кроме всего перечисленного они свободно владели несколькими иностранными языками (монгольский и татарский обязательно) и имели навыки диверсионной деятельности.
Спустившись в столовую, Гордеев обнял и расцеловал дочерей, а затем подошел к жене и страстно поцеловал ее в губы, крепко прижав к себе. Не смотря на прошедшие годы их страсть, друг к другу не остыла, а только возрастала с каждым днем.
Любава ответила на жаркий поцелуй, но тут же, шутя, оттолкнула мужа.
– Что ты! – смущенно воскликнула она, – люди кругом.
– А пускай смотрят, – рассмеялся Гордеев, – нам нечего стыдится.
– Отзавтракаешь? – спросила Любава.
– Нет, любимая, – ответил Гордеев, – дел много. Ехать нужно прямо сейчас.
Лука уже суетился около крыльца, подгоняя конюхов. Давно привычная к внезапным и долгим отлучкам мужа, Любава только развела руками.
– Опять заботы. Когда тебя хоть ждать?
– К вечеру буду! – крикнул Дмитрий, уже с крыльца. Он вскочил на коня. Тут же за ним выстроились десяток воинов охраны и приказчик.
Сторож распахнул ворота, низко поклонившись боярину. Гордеев только того и ждал. Он пришпорил коня и выехал в город.
Нигде не задерживаясь, он не торопясь проехал через богатый квартал, миновал несколько площадей и въехал ремесленный район. Через некоторое время Гордеев остановился около кузни.