Дмитрий Жданов – Пчевак (страница 2)

2 года назад.

Я вполне быстро освоился в новой фирме. Это была более-менее известная организация, но по провинциальным меркам, как говорится, бренд. Её рекламу крутили даже по местному телевидению. Работников было не очень много – всего человек двадцать. Но зато действующее предприятие, где требовался настоящий химик. Смешивать всякие отравы для мышек и крыс, ловушки изготавливать липкие для насекомых, да подкормки разные для сада. Всё это уже была настоящая работа, прямо для меня, времени свободного не было ни минутки, но зато зарплата помогла мне вспомнить вкус мяса. И прекратить штопать носки. И купить, наконец, кошелёк.

Полгода назад.

Ничего не предвещало беды. Я уже давным-давно обжился в новом коллективе, дружил с начальством и рабочими. Я проводил опыты с имеющимися составами, травил мышек, ловил мух и комаров, придумывал улучшения и опробовал их. Если опыты были удачными, давал ценные указания и инструкции в цех, мастерам и работникам. В общем, фирма процветала, и в этом была несомненно и моя заслуга.

Вы удивитесь, я даже начал немного заниматься своей личной жизнью, несколько раз в месяц похаживал на свидания с одной интересной особой. Девушку звали Яной, и она владела крохотной кофейной лавкой. А ещё она обладала необычайной красотой. И можно сказать, я был практически влюблён.

С коллективом мне тоже невиданно повезло. Это были настоящие люди. С большой буквы, как говорили наши бабушки и дедушки. Я сдружился и с женским полом , и с мужским, и мог с гордостью сказать, что все без исключения были великолепными.

Стас это бывший десантник, сержант, спасший не одного молодого первогодка во всевозможных "горячих точках". Он был огромен, как скала, мудр и добр. И слово взаимовыручка являлось для него не пустым звуком. В свои тридцать он был уже правой рукой директора, эффективным менеджером и заместителем в одном флаконе, так сказать.

Михаил был мастером в цеху – моим непосредственным помощником. Работал чётко и безотказно. Производственные процессы он знал назубок, да и с рабочими находил общий язык легко. Любую поломку в станках находил за пять минут. Даром, что очкарик.

Менеджеров женского пола было трое – Алина, Татьяна и Ольга. На всех троих им было лет восемьдесят, а торговали они, как богини. Первая любила деньги, вторая детей, а третья была просто замужем. Соответственно, запроса на интересного мужчину, то бишь меня, у них не имелось, ну а я, из-за вышеуказанных причин, их как девушек не рассматривал. Если бы я был их матерью, то однозначно первую научил бы человечности, вторую – ожидать хоть немного самой любви, а не только одержимо мечтать о детях. Ну, а третьей бы предложил не так торопиться с браком. Всё-таки не в прошлом веке живём.

Пятница была как пятница. Я уже мысленно предвкушал, как двину на рыбалку с ночёвкой с субботы на воскресенье. Лето в нашей отрасли было "горячим сезоном", продажи росли и без работы мы не простаивали. Поэтому выкроить время на отдых и поосуществлять мечты было многократно приятнее.

Шеф появился на работе около одиннадцати и было видно, что он на взводе.

– Планёрка. У меня. Через пять минут, – изрёк он и хлопнул дверью.

Мы, сидевшие в кабинете инженеры и менеджеры, озадаченно переглянулись. Ну, на первый взгляд пахло головомойкой, но причин для этого решительно не имелось. Мы производили и продавали исключительно неплохо.

– Чего это он? – осторожно спросила Алина.

– Всё будет ровно, – успокоил всех Стас. – Видимо, новые планы нам в уши вотрёт и отпустит. Косяков, вроде на этой неделе не было. Делайте 120 на 80, не нагоняйте печаль и давление!

– Было б хорошо, если б так! – высказался я. Но червячок сомнений, что всё будет не так глянцево, никуда не пропадал.

Дверь распахнулась. На пороге опять стоял шеф. Мы молча покорно встали и поплелись в кабинет начальства. Директор торопливо занял своё шикарнейшее кресло и мы начали. Всё шло как обычно, все докладывали о своих победах и упущениях, только вот начальник явно был обуреваем собственными мыслями. Машинально выслушав всех, он неожиданно эмоционально завёл свой монолог :

Губернатор на днях дачу очередную достроил. С пасекой и баней. Пчёл завёл, понимаете! Олух понтовитый. Пчёл ему фермеры подогнали, так сказать, «за спасибо», а он их распугал, все поразлетелись кто куда. И в дом, и в баню позабились. Некоторые вообще к старым хозяевам удрали. Злючие. Я ж ему сразу наших липких лент подсунул, по дому развесил, чтоб всех жалящих изловить. И изловили наши ленты, слышите, всех изловили в домике!!!

Урааа! – вскрикнул Стас. – Мы лучшие!

А вот и хрен тебе! – заорал вдруг шеф. – Ежа в рот тебе! Покусали эти пчёлы долбанные всю морду губернаторскую ночью. Голова, как тыква теперь перезрелая, оранжевая и огромная. Глаза заплыли, еле видит он…

Жалко! – вскрикнула Ольга.

Не жалко! – закричал директор. А жопа! Жопа нам всем теперь! Кто ответит ?

А мы причём? – вступился за всех я. – Ленты же наши сработали, первых поймали, новые значит налетели..?

Да не новые, а те же с ленты нашей хвалёной оторвались и всем отомстили! Я тоже сначала думал, что не наш провал, а теперь выходит, что наш… И тыквоголовый всё это увидел.

Стало тихо. Только толстый живот обрюзгшего директора побулькивал после выпитого нарзана.

И что будет? – осторожно поинтересовалась Татьяна.

А ничего хорошего. Нужны меры… в общем, кровь. Короче, кого-нибудь надо выгнать, а то перекроют кислород. Стрелочник нужен, иначе, «козёл отпущения».

Повисла страшная пауза. Все испуганно замолчали.

И кто это? – спросил теперь уже я.

Кто-нибудь из вас, – ответил начальник. – Рабочего выгонять это слишком мелко. Себя уничтожать я тоже не готов. Остаётся среднее звено, то есть вы.

Мы удручённо молчали. Такого поворота событий не ожидал точно ни один из нас. Утро было в меру приятным, а теперь оно стало просто поганым. Не хотелось даже смотреть друг на друга. Наверное, кого-то наша команда сейчас потеряет, подумал я. Скорее всего, из девчонок, их же больше, и они дублируют обязанности . Не заместителя же ему выгонять или меня, инженера…

И как мы будем это решать? – спросил опять Стас.

Сами.

То есть?

Всё просто. Будете как в реалити-шоу. Сами решите, кто «слабое звено». Жестоко, но демократично. Я вам даю право самим решить, кого выгоним. Я надеюсь, вы меня поняли. Это формальность, показуха для губернатора, но я должен одного из вас высадить, так сказать с корабля.

Когда мы должны это совершить? – встрепенулась вдруг Алина. Видимо, интернет-трафик в смартфоне закончился, и она поневоле влилась в дискуссию.

Сегодня, друзья. Скоро. Даю вам час на раздумья. И давайте не рассусоливать эту тему… Уколы, например, тоже больно, но полезно. И здесь так же. Чтобы фирма не попала в немилость у властей, придётся пожертвовать.

Как это?

Просто. Вот вам бесплатная подсказка. Проголосуйте. Напишите на бумажках имя, вот посчитаете результат, и всё наглядно получится. Удачи! – с этими словами шеф поднялся с кресла и махнув на прощание рукой, удалился.

Мы остались сидеть, как истуканы. Никто даже не пошевелился.

Отпущенный час полетел очень быстро. Мы сходили на перекур, а потом опять собрались в кабинете директора.

Ну что, решили? – спросил пришедший начальник.

Нет, – ответил твёрдо Стас. – Мы долго были друзьями и коллективом, нас трудно разорвать. Рубите Вы. Пусть это будет Ваше решение.

Ах так! Тогда вы все нюни нерешительные. Напиши тогда своё имя, Станислав, а я с другими договорюсь, пусть поддержат.

Как вам угодно, – парировал Стас. Глаза его покраснели, на скулах показались желваки.

Короче, хватит упираться, как бараны, честное слово, – опять начал увещевать наш главный. – Одного надо зарезать, таковы условия. Пишите имена. Или уволю вообще половину.

Через минуту всё было кончено. Шеф собрал наши скомканные бумажки и стал считать, против кого голосовали:

Михаил, Дмитрий, Дмитрий,Дмитрий, Дмитрий, Дмитрий.

А вот тут я не слабо удивился. Ломались, ломались все, строили из себя честных людей! Я тоже хорош, чтоб других не подводить, проголосовал против себя. Думал, и все так сделают. По-порядочному. Мы же об этом договаривались в курилке. Если всех прижмут, то каждый обещал вписать в бумажку своё имя, чтобы голосование развалилось и никого не выгнали. Ан нет! То ли заговор, то ли я такой изгой? Может, подумали, что раз я инженер, то и к липким лентам ближе всех и виноватее других? Ну, так это неправильно, технологию испортить мог и мастер в цеху, и рабочий, да и кладовщик мог неправильно хранить. Вариантов множество.

Вы крайний, Дмитрий, Вы уволены, – радостно сообщил директор. – Дадим Вам денег немало на первое время, пригодятся. А там если через год-другой забудется эта история, можете приходить…

А год мне что делать? Пасеку завести? – психанул я. Внутри всё ещё жгло от предательства коллектива. Понятно было, что псевдотоварищи просто сговорились против меня. Чтоб не рисковать самим. Кто-то по строптивости или по глупости нечаянно написал «Михаил», а остальные тупо сговорились.

В кабинете висела гробовая тишина. Никто и не собирался за меня заступаться. Я молча и не прощаясь вышел, хлопнув дверью. Собрал вещички и побрёл домой.

31 декабря.

На пороге был Новый год. Лучший и объединяющий общелюбимый праздник. Пора корпоративов и обжорства.