Дмитрий Янтарный – Исполнение (страница 54)
После этих слов в спальню вошли четверо эльфов, два юноши и две девушки. Все четверо были одеты в сиреневые безрукавки и штаны свободного покроя, а серебристые волосы удерживал чёрный обруч из неизвестного металла. Коротко поклонившись Талимее, они расселись. Юноши друг напротив друга, у окна и у зеркала соответственно, девушки — по бокам от кровати, на которой лежал Дитрих. Сама же Талимея встала у изножья своей постели. И дракон внезапно понял, для чего. Сейчас эльфы образовывали… ритуальную пятиконечную звезду.
— Начинайте, — коротко скомандовала Талимея.
—
— Отлично. Узлы готовы. Мой черёд, — кивнула Талимея минуту спустя, после чего торжественно начала молитву, —
В отличие от адептов, ладони Талимеи исторгли целый поток Сирени. Мало того: этот Цвет никуда не пропадал. Он кружился вокруг постели Дитриха, формируя нечто вроде купола, который надёжно укрывал дракона. Наконец, когда происходящее за пределами сиреневой сферы уже стало невозможно различать, Талимея крикнула:
— Давай, Дитрих, зови свой Янтарь! Не бойся: к своему единственному в мире последователю он явится даже на самый слабый зов.
Дитрих покорно поднял руки и, сложив ладони домиком, зашептал:
—
И с удивлением дракон отметил, что его состояние, в самом деле, в гораздо большей степени облегчало ритуал, чем он мог себе представить. Ибо обессиленное тело слишком легко отпустило дух в вольный полёт, навстречу последней порции воспоминаний…
Глава 6
В этот раз воспоминания привели Дитриха в огромную пещеру. И, судя по цветным всполохам, он попал в самый разгар битвы. Пятеро драконов в меньших ипостасях метались из стороны в сторону, поочерёдно то отражая, то уклоняясь от чёрных потоков, что посылал в них стоящий по центру Убийца. При этом собственные цветные потоки драконов, которые те изредка себе позволяли, он гасил с лёгкостью, отвлекаясь от собственных атак едва ли на долю мгновения…
Четырёх драконов узнать можно было без труда: шестьсот лет практически не коснулись нынешних драконьих Хозяев. Но вот пятый… Грива совершенно белых, серебряных волос, пронзительный взгляд зелёных глаз и синие одежды… и внезапно Дитрих понял, кто это. Это предыдущий Хозяин Лазурного клана, тот, кому, как рассказывал Мизраел, пришлось пожертвовать жизнью, чтобы запечатать Убийцу в его нынешней темнице. И память даже услужливо извлекла единожды услышанное имя… Иград…
Эта бешеная, полная цветных вспышек схватка длилась целую минуту. И вот, когда Дитриху начало казаться, что их поражение так же неизбежно, как и все предыдущие столкновения драконов с Убийцей, внезапно пять Хазяев атаковали единым потоком. Убийца привычно выставил свой чёрный щит, но атака драконов была направлена вовсе не на это. Соединившись, потоки Цвета заключили Убийцу в сияющее кольцо.
Тот, поняв, что его обманули, тут же принялся прорывать эту ловушку. Однако Цвет, до того смертельно боявшийся любыч соприкосновений с Кошмаром, сейчас оказывал любым атакам Убийцы более, чем достойное сопротивление. И, несмотря на всю ярость атак заключённого, клетка упорно держалась. Даже больше: Дитрих видел, как в одном месте удара сконцентрировались Лазурь и Сирень… и чёрный поток бессильно гаснет. Второй поток вместе отражают Серебро и Пурпур, удерживая кольцо.
— И чего вы этим добились? — Убийца, до того стремившийся прорвать окружающее его цветное кольцо, внезапно прекратил свои попытки, — всех ваших сил хватает лишь на то, чтобы удержать меня на месте! Даже если бы вас здесь были эти два придурка, Энези и Аргайан, вы бы и всемером ничего бы мне не сделали! Слишком поздно! Я несу в себе ту самую силу, которой вы, жалкие трусы, ползающие на брюхе перед Цветом, больше всего боитесь! Держите меня здесь день, два, неделю, месяц, да хоть год! В таком положении время играет против вас — и рано или поздно этой темнице придёт конец. А значит — конец жалким жизням драконов, и вашим, и всем тем, кто трусливо прячется у вас за спиной.
— Нет, — полным спокойствия голосом ответил Иград, — ты пролил достаточно драконьей крови. Ты сам выбрал свою судьбу — и это место станет твоей вечной темницей.
— Не станет, — захихикал Убийца, — всех ваших сил хватает лишь на то, чтобы задержать меня. И стоит лишь одному из вас дать слабину — как всё начнётся сначала.
— Ты не прав, мальчик, — печально улыбнулся Иград, — как и многие до тебя, ты получил слишком много силы разом, и теперь считаешь, что с её помощью можешь всё, что угодно. Но тебе неведомо, что всегда существует ещё большая сила, ещё большее могущество… на любое действие всегда есть противодействие, и вопрос лишь в цене, которую за это придётся заплатить. Ты пожертвовал многое ради той силы, что имеешь сейчас… Но это не значит, что и мы не можем поступить так же. Начинайте! — властно сказал он другим драконам.
— Послушание — это ключ к свободе! — громко сказал Мизраел, и с этими словами поток Изумруда хлынул в кольцо, удерживающее Убийцу.
— Мудрость — это упрощение знания! — сказал следом Уталак, направляя мощный поток Сирени в цветное кольцо.
— Да как вы смеете?! — прошипел Убийца, — как вы смеете запечатывать меня добродетелями?! Да кто вам дал такое право, драконьи выродки?! Это вам не поможет! Вам уже ничего не поможет!
— Справедливость — это правда в действии! — сказал следом Тарган, отдавая в чары весь свой запас Пурпура.
— У вас нет правды! — разъярённо шипел Убийца, — у вас есть только звериные инстинкты, жрать и подчинять! И поэтому рано или поздно вы все сдохнете! Вы можете быть сколько угодно сильны; даже если я умру — однажды найдётся тот, кто продолжит моё дело!
— Храбрость — это всегда выбор! — возвестил Геярр, разводя руки и исторгая из себя колоссальный поток Золота.
— Вы обречены. Вам даже это не поможет, — тихо сказал Убийца, — ваш жалкий Цвет всегда будет вторичен Кошмару, вечной бесцветной тьме, из которой он когда-то вырвался, как всегда будут вторичны капли порядка, произошедшие из когда-то единого хаоса.
— Это поможет, — мягко возразил Иград, после чего посмотрел на отца Меридии, — Мизраел. Я знаю, что тебе пришлось пережить. И потому знаю, что именно ты исполнишь мою просьбу, как никто другой. Прошу, дай мне слово, что позаботишься о моём клане.
— Я… даю тебе в этом слово, — гулко сглотнул Мизраел.
— Что… что ты задумал?! — прорычал Убийца.
— Смирение — основа всех добродетелей! — заявил Иград, и его слова эхом пролетели по всей пещере. А затем в руках Лазурного Хозяина возник кинжал, который он без малейших колебаний вогнал себе в грудь.
— НЕТ! — взревел Убийца, — это тебе не поможет!
Тело Играда рухнуло на землю, как подкошенное. А через мгновение из него вырвался дух синего дракона, который начал кружить перед Убийцей, махая крыльями. И с каждым взмахом цветная клетка становилась всё теснее… входя в контакт с чёрной субстанцией кошмара, Цвет пропадал… но и сам Убийца от этого становился медленнее. Словно от этих действий силы Кошмара застывали, как лёд, всё больше и больше замедляя Убийцу. Четыре дракона исправно отдавали свои силы, и вот Убийца уже еле-еле двигается, словно силы Кошмара, до того клубившиеся вокруг него, внезапно стали вязкой смолой, которая слишком быстро застывала.
— НЕТ! — внезапно взревел Убийца, — ТЫ ОСТАНЕШЬСЯ ЗДЕСЬ СО МНОЙ!
Из последних сил подняв руку, он умудрился схватить синего дракона за хвост. А в следующий момент в него хлынул поток чёрной энергии. Дух яростно вырывался, но ему самому не хватало сил… А четыре других дракона, отдавая в запечатывание темницы последний Цвет, ничем не могли ему помочь. И внезапно облик синего духа, наполненного чернотой до краёв, начал меняться. Он становился меньше и тоньше, принимая облик… меча. И вот в руках Убийцы был чёрный клинок с печально блестевшими синими искрами по краям. И Убийца, уже почти обездвиженный, заносит клинок над собой… и с размаху опускает его на пол, пробивая цветную скрижаль, на которой он всё это время стоял.
И это действие не прошло даром. Все четверо драконов упали на землю и схватились за виски, сдерживая мучительные стоны. Но это было уже неважно. Ритуал завершён, и Убийца, стоявший на одном колене и пробивающий мечом с душой Играда скрижаль Цвета, больше не мог пошевелиться.
— Вы думаете, что это конец? — хрипло спросил Убийца, с трудом шевеля губами, — ничего ещё не конец. Вы будете вечно страдать за это. Я проклинаю Лазурь и Сирень! Я проклинаю Изумруд и Янтарь! Я проклинаю Пурпур и Серебро! Ваш род больше