Дмитрий Янтарный – Исполнение (страница 22)

Дитрих ощутил тревожный укол в душе. Сирень, его вторая Доминанта, настойчиво подсказывала, что он ищет решение проблем не там, где надо.

— Я даю вам слово, — прошептал принц, — совсем скоро вы об этом пожалеете. Очень горько пожалеете…

— Вон отсюда! — прорычал дракон, и его голос был наполнен властностью Лазури, которая, как тот наверняка рассчитывал, должна была деморализовать Сиреневого принца и заставить его подчиниться. Но это не сработало. Несмотря на то, что атакующие и давящие приёмы с Цветом принц пока освоил не очень хорошо, любые поползновения в его сторону в силу перерождённой природы Дитриха были изначально обречены на провал.

И всё же принц подчинился. Потому что нельзя было тратить время. Промедление могло стоить Фалкесте жизни. А время платить по счетам ещё придёт. Не сейчас… но обязательно придёт……

Глава 7

Принц покинул кабинет, даже не потрудившись громко хлопнуть дверью. Его разум уже искал способы найти пропавшую спутницу. Несмотря на то, что он до сих пор не отошёл от шока, впервые в жизни получив отказ на свою просьбу от сородичей, сказывалось королевское воспитание: рассудок оставался трезвым и холодным.

Обращаться к другим драконам было очевидно бесполезно: раз уж глава отказал принцу в помощи, тем скорее это сделают обычные служаки, а если надавить — отошлют к своему начальнику. Бегать же по кругу у принца не было ни времени, ни желания.

Единственное, что ему оставалось — отправиться в комнату Фалкесты и поискать какие-то улики там. Даже если ничего вещественного и не удастся найти, хотя бы Цвета должны дать какую-то информацию. В этом Дитрих был твёрдо уверен. Несмотря на то, что принц был в ярости от услышанного Скимиком, он всё же чувствовал, что в общем и целом дракон ему не соврал. Сами они Фалкесте ничего не сделали, но почти наверняка закрыли глаза на то, что с ней случилось что-то ещё. А это значит, что при помощи Цвета замести все следы таинственные недоброжелатели никак не могли.

Вот и нужное место. Дитрих захлопнул дверь и уселся посреди комнаты. Закрыв глаза, он сложил ладони в молитвенном жесте. Какой Цвет просить о помощи? Конечно же, Сирень — кто ещё лучше поможет найти сокрытое?

— Сирень чистая, — начал Дитрих, — плоть загадки, тайной играющая, прибежище странного — направь своего служителя. Тому, кто чувствует тебя, слушает тебя, повинуется воле твоей — ответь. Мысли того, кто умеет искать, находить, докопаться до сути… обостри. В битве с противником неизведанным, лукавым… помоги мне!

Из ладоней Дитриха вырвалось сиреневое мерцание, и дракон начал улавливать смутные силуэты. Вот, кажется, Фалкеста сидит в своём кресле и… просто сидит. Вот мельком появляется ещё один силуэт и сразу уходит. Фалкеста сидит, сидит… Наверное, сидит. Цвет всё же не может передать полную картинку, и потому видны лишь силуэты, и то — очень нечётко. Но вот рядом с Фалкестой, которая так и не поднялась со своего кресла, появилось уже три силуэта. И через мгновение — пустота.

Что ж, о том, что Фалкесту похитили, можно было догадаться и без этой сложной манипуляции. А ответов на вопрос о том, кто это сделал, принц так и не получил. Впрочем, не надо быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, что организовать похищение мог только кто-то, имеющий ход в драконье посольство. Значит в этом почти наверняка замешан странный Вернон, который явно выполняет роль связующего между драконами и людьми, и которого почему-то сильно недолюбливает король Освальд. Однако допросить его, к сожалению, не получится. Говоря о том, чтобы Дитрих не смел беспокоить его людей, Скимик наверняка имел в виду и его. Нет, скандалы в посольстве больше затевать нельзя. Значит, остаётся последний способ.

Дитрих знал, что Цвета Фалкесты — Пурпур и Лазурь. И этим можно было воспользоваться, чтобы найти пропавшую. Один из двух Цветов можно было попросить, чтобы он помог обнаружить своего последователя. И хотя Фалкеста была человеком и, очевидно, Цветам не молилась, Дитрих надеялся, что для него один раз они всё же сделают исключение. Вот только осложняло дело то, что в качестве компаса придётся использовать Лазурь. Ибо Цвета имели строгий ранжир в боевой категории. От самого боевого к самому мирному они шли в таком порядке: Пурпур, Лазурь, Изумруд, Янтарь, Сирень, Серебро, Золото. И для такого рода поисков всегда было необходимо использовать более мирный Цвет из пары Доминант. Таким образом, Пурпур был воинственнее Лазури и потому не мог использоваться в поисках.

Но даже не это было главной сложностью. А то, что Сирень при этом всё равно надо было использовать — как, собственно, сам источник силы, дающий возможность находить сокрытое. И всё это означало, что принцу сейчас предстояло совместить несовместимое. Соединить вместе два враждебных Цвета: Лазурь и Сирень. И не просто соединить, но и удерживать их в этом состоянии до тех пор, пока не будет найдена Фалкеста. С другой стороны — выбора у принца не оставалось. Из-за него бывшая фрейлина прилетела сюда и из-за него она попала в неприятности. Он теперь за неё отвечает, и сделает всё, чтобы её вернуть.

— Лазурь грозная, — тихо начал Дитрих, по-прежнему удерживая Сиреневые всполохи в левой руке, — выступающая как медь, приносящая смерть! Рассекающий бич, карающий меч! Откройся жаждущему твоего покровительства! Выступающему как медь, проникающему как меч, несущему смерть — мне, внимающему тебе, внемли!

Вокруг правой ладони Дитриха сформировался синий свет. Совершив небольшую манипуляцию, Дитрих приказал Цветам принять форму перчаток вместо шаров света, и синяя и фиолетовая эфемерные массы обволокли руки принца. При этом он буквально чувствовал, как его пальцы готовы вцепиться друг в друга и искалечить так сильно, как только возможно. Это было так же невыносимо, как удерживать два магнита в каком-то миллиметре друг от друга. Но так было надо. И усилия Дитриха не прошли даром: в воздухе появился чёткий синий след, который явно был оставлен аурой Фалкесты. И теперь принц обязательно её найдёт. Только бы успеть. Только бы успеть!..

Даже если посольские драконы и были удивлены тем, как принц Дитрих прошёл мимо них, удерживая в нескольких сантиметрах друг от друга Лазурный и Сиреневый сгустки, то своё удивление они оставили при себе. Вероятно, уже получили приказ от начальника держаться от него как можно дальше. Но принца они больше не интересовали. За своё предательство они обязательно поплатятся, но сейчас… сейчас надо было сосредоточиться на важном.

Заприметив-таки лёгкий след ауры Фалкесты, со слепком которой он предусмотрительно ознакомился в её комнате, Дитрих направился по нему. Выйдя из посольства, он направился по видимому только ему следу.

Вот только Лазури и Сирени, очевидно, не слишком понравилось, что их так нагло взнуздали и заставили работать в общей упряжке. Поэтому друг на друга они бросаться перестали, зато обрушили всю мощь отката такого использования на Дитриха. И… это возымело совершенно неожиданный эффект. Ибо если Сирень хоть как-то смирялась с тем, что её последователь использовал подобное сочетание, то Лазурь неистовствовала. Давление всё усиливалось, Дитрих шёл по улице, едва успевая уступать дорогу проходящим мимо жителям… И в следующий момент он понял, что уже не может до конца воспринимать реальность…

— Принц Дитрих, — обратился к нему кто-то, — мы вам очень, очень благодарны за то, что вы выстроили для нас такие чудесные дороги. Словами не передать нашу благодарность.

Дитрих обернулся. Сказавшая это женщина в широком белом платье с кринолинами, летней шляпке и зонтиком в руках кивнула ему и пошла своей дорогой. Однако, стоило дракону всего один раз моргнуть, как она пропала из виду.

— Принц Дитрих, — снова обратились к нему, — я вам так благодарен, что вы похлопотали насчёт того, чтобы из детских домов в Академию могли набирать учеников. Благодаря этому я выбрался из детского дома, избавился от этой ужасной женщины. Спасибо вам, спасибо!

Дитрих снова обернулся. На этот раз говорившим был мальчишка в коричневых штанишках, синей курточке и зелёной шапочке-берете, лихо надвинутой на глаза. Помахав Дитриху, он скрылся за ближайшим углом. Принц подбежал к углу — за ним никого не оказалось. И только потом до него дошло…

— Это же… Лазурь, — пробормотал он. В самом деле, грозный Цвет, умеющий чувствовать время, сейчас, вынужденный против своей природы сотрудничать с Сиренью… Нет, конечно же, не поворачивал время вспять, ибо это невозможно. Но он позволял заглянуть в прошлое… И эти, как уже догадался принц, оживающие воспоминания были связаны именно с тем, что у другого Дитриха тоже имелось здесь своё прошлое.

Дальше он уже шёл, не обращая внимания на какие-либо оклики со своим именем, неважно, были ли они из прошлого или из настоящего, ибо для Дитриха, удерживающего в руках две противоборствующие сущности, сейчас не было между ними разницы. Значение имел только едва уловимый след ауры той, за кого он отвечал…

— Вы знаете, что принц задумал оборудовать дороги вышками? Дороги будут не просто удобны, но и безопасны, как чудесно…

Он продолжает идти по улице и не понимает, действительно ли на ней столько людей, или она совершенно пуста…