Дмитрий Янтарный – Двойник. Арка 2. Том 1 (страница 32)

— Мы так же желаем узнать, — продолжил я, — что же такого произошло, что тролли в один прекрасный день в гневе покинули Столицу, поклявшись больше не иметь дела с людьми? И, раз уж мы с вами так мило беседуем в неформальной обстановке, не могли бы мы получить информацию из первых, так сказать, рук?

— Да что тут говорить, — сказал Аскольд, отрываюсь от бокала с вином, — мой недочёт, сказать нечего. Советники совсем страх потеряли, а уж детишки их мне давно поперёк горла стоят со своими выходками. Так что после того случая я лично приказал поднять все их грешки, и каждого упечь на месяц в самую настоящую тюрьму. Зато как они потом присмирели, любо-дорого было посмотреть. Отец того воришки чудом не потерял место в совете, чему я даже рад, потому как сейчас каждый норовит ему ткнуть этим фактом.

— Весьма странный повод для радости, — заметил я.

— А что нам еще остаётся делать? — грустно спросил король, — Тролли на контакт не идут, хотя мы пытались и не раз. Первые двое гонцов просто вернулись ни с чем. Третий… его тело нашел патруль неподалеку от Столицы. Глаза выколоты, язык вырезан, а на теле ножом вырезано: Никогда. Так что, до тех пор, пока тебя не было, мы могли рассчитывать только на Нейетти, и то отдав ему половину королевских боевых магов в преподаватели.

— Мне вот всё же интересно, — ответил я, — раз уж мы вернулись к этой теме: почему вам так трудно это сделать? Направлений экспертных школ условно двенадцать. Неужели у вас нету пусть даже шестерых магов разных школ, готовых обучить других? Жизнь простого человека в Авиале, должен заметить, весьма непроста. Что плохого в том, что её будут хоть немного облегчать хорошо обученные маги не только на территории Столицы?

— Совет не дает на это свое одобрение. Сейчас на территории Столицы комплектуется новый отряд — ОММР. Отряд магов мгновенного реагирования. Они должны как можно быстрее прибывать туда, где требуется их помощь. Плюс еще одна новинка: вместо трёх стражей-патрульных дозор несут два стражника и один маг. А толковых магов, должен заметить, не так уж и много. Те шестеро, что вас встретили — это всего лишь десятая часть наших сил.

Я смолчал, хотя мне и было что сказать. Потому как я прекрасно понимал, в какой ситуации оказался ректор Нейетти. С учётом того, что Университет финансируется государством, ситуация возникала следующая: у нас есть сто золотых монет. Вот вам десять золотых монет, и на них вы будете с нами конкурировать за квалифицированных учителей магии. Ах да, и две монеты золотом налог заплатить не забудьте. Но не хотелось лишний раз ворошить такую тему. Уверен, ректор уже выработал план действий на этот счёт, а моё вмешательство с высокой вероятности ничего хорошего не принесёт.

— Ваше величество, — сказала тем временем Мари, — право слово, я не понимаю вашей логики. Там совет напортачил, тут совет накосячил, здесь совет мешается. Почему же после истории с посольством троллей вы просто не распустили его? Благо повод был, да ещё какой!

— Нельзя потому что, — хмуро ответила ей Августа, — Совет как орган власти, сдерживающий и направляющий короля (цитирую наш кодекс) законодательно существует уже почти 650 лет. Распустить его — немыслимо.

Должен заметить, весьма недурное устройство власти. Если мне не изменяет память, в Древней Спарте у власти стояло два царя с точно такой же целью.

— Вот именно, — пробурчал Аскольд, — Привилегии мы им всем тогда, конечно, поурезали капитально. На нижних уровнях полетело немало орденов, и многие кресла опустели. Но распустить? Невозможно. А теперь ещё и этот бал.

— Что за бал? — впервые за все время пребывания в компании монархов подала голос Матти, успевшая доесть свою картофелину и соизволившая положить себе на тарелку крылышко рябчика, — и какое он к нам имеет отношение?

— Бал в честь Дэмиена, разумеется, — сказала Августа, — все знатные дома и Совет желают с тобой познакомиться. Как же так: Герой Авиала в Столице.

— После того, что я сегодня устроил и так оперативно? — я позволил себе улыбнуться.

— После того, что ты сегодня устроил, только подогрело их интерес. И даже то, что ты заявился сюда в облике таисиана, их не оттолкнет. А об оперативности — все уже давно ждали, когда вы придете, — хмыкнул Аскольд, — и были в полной боевой готовности, если так можно выразиться.

— Ваши величества, — впервые за вечер подал голос Алаэрто, резко ставя бокал с нетронутым вином на стол и устремляя свой взгляд на королевскую чету, — не кажется ли вам, что бал — это чересчур? На счету каждый день, мы планировали сегодня, в крайнем случае завтра получить информацию и в тот же день отбыть из города! Сколько мы проищем этих троллей? А сколько времени мы будем искать поселение, где живет тот, что нам нужен? И сколько мы будем его убеждать? Сейчас бал — это просто бездарная трата времени!

— И тем не менее именно на балу Дэмиен назовет Совету свою цену за помощь, — невозмутимо ответил Аскольд.

— Прямо на балу? — опешил я.

— Конечно. Все важные вопросы решаются на таких, казалось бы, бессмысленных увеселительных мероприятиях. В строгих залах заседаний им лишь придают формальный вид. И да, для исполнения сделки с Кичандашем вы должны показаться на глаза не только мне, но и Советникам.

— Ещё одна проволочка, — откинувшись, хмуро заметил я.

— Мы все же надеемся на ваше благоразумие, — улыбнувшись, сказала Августа, — кроме того, на этом балу у вас будет великолепная возможность познакомиться с очень даже влиятельными людьми. И, смею вас заверить, не все из них советники, и не все алчные и жадные властолюбцы. Просто примите к сведению.

— Вот и отлично, — подытожил Аскольд, заметив, что с трапезой покончили все, — как я вижу, вы все насытились, так что предлагаю разойтись по постелям. Завтра у всех тяжелый день…

Десятью минутами позже мы сидели в комнате, отведенной Кермолу и Алаэрто.

— Должен признать, — сказал я, — что за время нашего путешествия у меня скопились некоторые вопросы, которые мне бы хотелось с вами обсудить. Если у вас такие тоже возникли — с удовольствием вас выслушаю.

— Итак, вопрос. Меня беспокоят мои способности. Я сегодня весь день шёл, удерживая водонепроницаемую защиту, и под конец играючи справился с шестью боевыми магами. Я не ощущал себя уставшим в магическом плане. Это не кажется вам странным?

— Конечно, кажется, — сказала Матти, элегантно расположившаяся в одном из кресел, — я далеко не последнего уровня волшебница, но статично поддерживать тот щит мне едва ли удалось больше, чем час. А ты как будто колодец бездонный.

— Полагаю, — подал голос Алаэрто, — это связано с тем, что твои способности, практически дремавшие в твоем мире, сейчас пробудились с огромной силой, подобно вулкану или гейзеру. Предполагаю, что это скоро пройдёт, так что не рассчитывай на то, что этот эффект останется с тобой надолго.

— Кроме того, есть ещё кое-что, что тебе следует знать, — сказала оставшаяся стоять возле двери Мари, — когда мы были в башне, и ты попытался стащить с меня браслет, тебя отбросило, и ты ударился о тумбу, с которой слетел флакон с каким-то зельем и разбился. И его содержимое попало на твою руку. Причем именно на ту, где у тебя твоя… татуировка.

— Ты не запомнила, что это было за зелье? — повернулся я к ней.

— Нет, — протянула она, после чего с сомнением добавила, — помню только, что осколки сосуда, в котором оно было, имели ярко-красный оттенок.

— Вот незадача, — я, конечно, вспомнил, что это за флакон, и почему я в своё время не использовал его, — похоже, я, сам того не желая, обмакнул свою татуировку в зелье, которое игнорирует устойчивость и сопротивляемость к магии других существ.

— Что же в этом плохого? — спросила Матти, — теперь, как я понимаю, если к тебе пристанут храмовники, то независимо от их количества ты сможешь наподдать им всем хорошего пинка.

— Проблема в том, что на меня валится все больше и больше силы, — мрачно ответил я, — и из этого вытекает второй вопрос.

— Вопрос. Я… правда не хотел, чтобы наш приход выглядел именно так. Я даже планировал замаскироваться, но потом внутренний голос сказал мне, что глупо обладать такой силой и прятаться. Я бы прошёл, не кидаясь ни на кого, но малейший повод — и гнев пересиливает прочие чувства. Мне кажется, что я не могу с этим бороться, — тихо закончил я.

— Это пройдёт, — успокаивающе сказал дракон, — нам тоже очень долго приходиться учиться обуздывать свои инстинкты и сохранять самоконтроль, ведь силы так много… пьяняще много, и прочие смертные кажутся лишь пылью под ногами. Десятилетиями мы тренируем выдержку. Твой уровень силы стал настолько высок, что и тебя начинают мучить похожие проблемы. Если желаешь — после того, как всё будет кончено, я научу тебя самоконтролю, а до того буду тебя сдерживать, чтобы ты ненароком никого не убил.

— Ну спасибо, успокоил, — фыркнул я, — то есть я уже недалек от того, чтобы на людей кидаться от того, что они на меня косо посмотрели?

— Ты сейчас, конечно, преувеличил, Дэмиен, но не настолько, насколько тебе кажется, — Алаэрто был сама невозмутимость.

— Хорошо. Тогда, — с моей стороны, вопрос последний. Предстоящий бал. Что вы о нём думаете?

— Глупая и бессмысленная трата времени, — ответил дракон.