Дмитрий Янтарный – Долги Нейтралов. Том 2 (страница 3)

— Вот как? — голос Сундарка ни на йоту не изменился, хотя во взгляде и появился неприятный холодок, — и за что же?

— Как будто вы сами не знаете! — закричал Хим, делая вид, словно бы он тоже очень долго держал в себе эту злобу, — вы отдали меня Сарефу, не объяснив ему, кто я такой и как со мной надо обращаться! Малейший, абсолютно любой повод — и он бы убил меня! А если бы его забрали драконы — мы бы погибли оба! Вы свели нас вместе — и после этого магистр Адральвез честно признался нам, что он совершенно не исключал возможности нашей смерти. Вы бросили меня, не зная, выживу ли я. И вы подставили Сарефа под огромную опасность! Естественно, после этого мы считали вас злейшими врагами и предателями, и даже близко не собирались сюда соваться!

— Ожидаемо, — устало кивнул Сундарк, спокойствие которого просто поражало, — наивно с нашей стороны было предполагать, что эта обида пропадёт без следа. Ну, а потом…

— А потом так случилось, что член клана Айон умер по нашей вине, — угрюмо продолжал Хим, вызывающе отказываясь смотреть Сундарку в глаза, — и мы знали, что они нам этого не простят. И именно здесь, где нас с Сарефом в результате клановых интриг бросили на произвол судьбы, было наше единственное спасение. Ну а потом… думаю, и так понятно. Мы получили такое отношение, какого совершенно не ожидали. Вот только Сареф… вы же знаете, как он воспитывался в своём клане. Он до сих пор вам не верит. Но при этом он постоянно получает от вас хорошее отношение. И в ночь зимнего солнцестояния, когда вы подарили ему этот артефакт… он совсем потерял голову, и тогда… у него случился очередной срыв.

— Какой у него эффект? — быстро спросил Сундарк.

— За каждые 5% потерянного здоровья весь получаемый урон увеличивается на 5%, — ответил Хим, опуская подробности о небольшом ослаблении этого проклятия. В массе своей оно было несущественно.

— Мда… дело дрянь, — пробормотал Сундарк, поднимаясь на ноги, бережно подхватывая Сарефа и укладывая его себе на плечо, — мы ожидали подобного… не ожидали только, что проявится оно так поздно. А так… Адральвез, конечно, предупреждал нас, что это может случиться, но мы все надеялись, что сможем помочь ему пережить это. Что ж, не получилось. Ладно, будем работать с тем, что есть. Ты молодец, что рассказал нам об этом, Хим, — он ободряюще улыбнулся маленькому хилереми, — ступай отдыхать. Помоги своему хозяину очнуться и передай ему, что очень скоро мы решим этот вопрос так, что он больше никогда не будет вас беспокоить. Понятно?

— Да, наставник Сундарк, — кивнул Хим, — я всё передам своему хозяину.

После этого он исчез, а Сундарк направился к поместью с Сарефом на плече…

Просыпался Сареф в отвратительном состоянии. Во-первых, в нём всё ещё бился отголосок страха. Это было ужасное, невыносимое чувство, вызывавшее страшное омерзение, от которого он никак не мог избавиться. Это чувство, будто он разваливается на куски. Но был страх и другого рода. Сундарк, конечно, очень ему благоволит, но он не дурак, и такое он не проигнорирует. А это значит, что придётся готовиться к вопросам.

Открыв глаза, он понял, что находится в лазарете. Интересная ирония. В прошлый раз он попал сюда потому, что умер. В этот же раз… нет, холода касания смерти он точно не помнит, значит, до этого всё же не дошло.

— Хим, — спросил он демонёнка, вспомнив, что у него есть надёжный свидетель случившегося, — что произошло после того, как я потерял сознание?

— Ужасное, хозяин, — печально ответил Хим, всё это время не отсвечивавший, — они тут же принялись допрашивать меня.

— И… и что же? — у Сарефа упало сердце. Разумом он понимал, что Хим слишком мал, чтобы сопротивляться допросу сразу двух зинтерровцев. Но если они вытащили из него всю правду — вопрос стоял только один: почему они всё ещё живы?

— Мне пришлось рассказать часть правды, хозяин, — так же виновато заговорил Хим, который сейчас, вероятно, очень чётко уловил настроение Сарефа, — мне пришлось рассказать им, что мы их ненавидим за то, как они с нами поступили. Какому риску подвергли меня, отдав тебе и никак не подготовив к этому. Я был слишком мал, а ты мог слишком сильно испугаться и убить меня. А если бы нас заполучили драконы — мы бы оба умерли. Ну и ещё, для красок, добавил кое-что.

— И… и что же? — спросил Сареф, не веря, что Химу хватило выдержки и сообразительности выкрутиться из этой истории, — они… они поверили?

— Да, хозяин. Мне кажется, они этого ожидали, поэтому и поверили. Они поверили, что именно по причине стыда у вас случился приступ, из-за которого вы получили это Системное проклятие.

— Значит, про проклятие они всё-таки узнали, — обречённо выдохнул Сареф, — ну что ж… наивно было ожидать другого, такое только слепой бы не заметил. А по поводу всего остального…

— Они велели передать мне, чтобы вы ни о чём не переживали, — добавил Хим, — я, честно, не знаю, до какой степени они мне поверили, но больше не стали ни о чём спрашивать.

— Ну… само собой, они ещё захотят это обсудить, — кивнул Сареф, — но, в общем… Святая Система, Хим, какой же ты молодец! Как ты удачно помог нам выкрутиться, я просто не верю! Ты у меня самый лучший, самый сообразительный, самый незаменимый!..

— Спасибо, хозяин, — Сареф почувствовал, как Хима переполняет радость и гордость за такое количество похвал, — я очень стараюсь.

Сареф со счастливой улыбкой откинулся на подушки. Что ж, в очередной раз ему очень повезло. И в очередной раз он получил очень важный урок: самая эффективная ложь — это неполная правда. Конечно, теперь ему предстоит пережить разговор с Адральвезом… и хотелось бы надеяться если уж демоны получили результат, который так или иначе ожидали — вряд ли они станут копать глубже.

Интуиция не обманула Сарефа. Адральвез пришёл спустя час после того, как Сареф очнулся. И, судя по его взгляду, Сарефу сейчас предстоял такой же нелёгкий разговор, какой провёл Хим против Сундарка и Дьяго…

Глава 1.4

Глава 4.

Примечательно, что за всё время своего отдыха Сареф никого не видел. Разве что спустя полчаса после того, как он очнулся, на прикроватном столике появился поднос с едой. И исчез после того, как Сареф поел. Вероятно, все получили от Адральвеза очень строгий приказ не лезть к Сарефу, чтобы не издёргать его ещё больше.

— Приветствую, Сареф, — устало сказал глава демонов, опускаясь на стул рядом с постелью, — мне уже рассказали о том, что случилось. И в этом есть часть моей вины в том числе. Тебя я прошу ни в чём себя не обвинять. Твоя обида и обида твоего хранителя на всех нас справедлива. Вот только, — из-под его капюшона едва заметно полыхнул алый свет, — как бы я ни любил всех своих подопечных, я ни на секунду не должен забывать, что на Севроганде ведутся непрерывные политические игры. Цена поражения в которых — это вопрос нашей свободы или нашего выживания. И даже мне порой приходится жертвовать членами своего клана. Естественно, я всеми силами стараюсь этого избегать… но, к сожалению, в политике, где всегда все против всех — и по-другому, поверь, не бывает — иначе нельзя. В итоге за 64 года моего правления порядка сотни членов моего клана вынуждены были ввязаться в задачи, ценой выполнения которых стали их собственные жизни. Я всех их помню по именам. И… это, наверное, печальная ирония, но вы с Химом должны были быть сотыми в этом списке… если бы вы не смогли.

— И в этом состоит моя основная ошибка, — продолжал он, дёргая себя за кайму капюшона, — если бы ты только знал, как мы были рады, когда вы пришли к нам. И, признаюсь, я страшно не хотел заводить этот разговор. Потому что — о чём тут говорить? По отношению к вам — это подлость, и я знаю это. Вдвойне подло — потому что манипулировать твоей жизнью у меня вообще не было никакого права. Ты не рос здесь, и не имел всей поддержки и привилегий клана Зинтерра. И мне так хотелось верить, что ты просто поймёшь и простишь нас… что со временем, когда ты повзрослеешь, когда узнаешь, насколько высоки могут быть риски и ставки взрослого человека, ты нас поймёшь. А особенно горько от того, что ты стал заложником собственной совести. Потому что у тебя есть полное право закончить своё обучение, а потом сказать нам, что мы — твари и подонки, и ты больше знать нас не хочешь, и уйти после этого. И никто бы слова тебе не сказал, потому что с твоей стороны это было бы справедливо. Но вместо этого ты начал мучить самого себя… с вполне ожидаемым результатом.

— Так бы я точно не поступил, — покачал головой Сареф, — но… да, мне самому себе было тяжело признаться в том, что я до сих пор вас ненавижу. Я пытаюсь объяснить себе, что если бы драконы получили меня без Хима — моя жизнь, скорее всего, была бы ещё хуже, чем в клане Джеминид. Что с Химом я стал намного сильнее и сохранил свою свободу. Но… простите, что я вам говорю это — но когда Мёртвый Король воров убил Арнарда под Мирзаком… я был рад этому. Потому что тогда он использовал на меня Очарование, хотя я тогда этого и не знал. И у меня было очень чёткое ощущение, что он хотел заманить меня в ловушку. Как вы, возможно, заметили, я пришёл сюда подготовленным. Один из моих Талантов Полуторного Совершеннолетия позволил мне получить иммунитет к Очарованию. Потому что без него я бы моментально попал влияние любого полноправного члена клана Зинтерра.