Дмитрий Янтарный – Дэмиен. Интуит. Том 1 (страница 23)

— Эй, ты чего? — спросил подошедший Воррт.

— Скажи мне, — повернулся и спросил я, — у меня с лицом всё в порядке?

— Нет. У тебя на лице квадратная вмятинка, ты ещё плохо умеешь спать в гамаке, — с улыбкой ответил он.

— НЕ СМЕШНО! — сорвался я и оттолкнул от себя Воррта (с таким же успехом можно было толкнуть стену или груду камней без помощи магии), и упал на колени, прижав ладони к вискам. Спокойствие, только спокойствие, лишь усугубит дело…

— Почему ты так напуган? Кошмар приснился? — спросил Воррт, от удивления решивший на первый раз спустить мне такое невежливое с собой обращение.

— Да. И это не просто кошмар, — всё ещё дрожащим голосом ответил я.

— И что же там было?

— Там я… увидел со стороны себя… только у меня не было глаз… то есть были, но там была сплошная чернота… и я что-то сказал себе…

— Меньше верь снам, — сказал орк, засмеявшись и хлопнув меня по плечу. Я хотел было рассердиться, но каким-то образом смеющийся орк сумел и мне передать частичку своего настроения. Образ кошмара быстро улетучивался, и я помимо своей воли улыбнулся.

— Не обращай внимания. После тяжёлых дней всегда снится какая-нибудь чушь, а у тебя вчера денёк точно был не из лёгких. Скажи лучше, что ты теперь собираешься делать? — отсмеявшись, спросил Воррт.

— Пойду в магазин одежды и куплю что-нибудь приличное, — я уныло оглядел свою одежду, которая после вчерашнего двухчасового путешествия под водой совсем потеряла остатки приличного вида.

— Может, кому-то лучше пойти с тобой? — спросил он.

— Спасибо, думаю, магазин одежды я уж как-нибудь сам найду, — мой ответ был чуть более резким, чем следовало.

Я развернулся и пошёл в сторону торгового квартала города. Интуиция, впрочем, подсказала мне, что Воррт растолкал Сайраша, вкушавшего сладкий послеобеденный сон и велел ему идти присмотреть за мной. Довольно странное поведение, он же знает, кто я такой и что могу за себя постоять, тем более, при свете дня. С другой стороны, он знает Дхасса, знает, кто я и для чего в этом мире и, вероятно, хочет не потерять мой след. Наверное, мне не стоило быть вчера таким откровенным. Четыре поединка за день, столько событий, усталость… воля дала трещину. Ладно, всё это неважно. В глубине души я давно отказался бежать. Потому что, в конце концов, это не имело смысла. Если я откажусь входить в Храм — то всё равно через полтора года погибну вместе со всем миром. А вот если бы была возможность вернуться домой… Да если бы даже и была — самому мне такое вряд ли удастся провернуть. А помогать… кто в здравом уме станет мне помогать, если будет знать, что итогом его помощи будет смертный приговор всему миру?

Стоит отдать должное Сайрашу — выслеживал он почти профессионально. Дважды я оборачивался, якобы уточнить дорогу или полюбоваться красивыми зданиями, — и оба раза он умудрялся теряться в толпе. В конце концов я решил его разыграть. Зайдя в цветочную лавку и, не дожидаясь, пока из подсобки выйдет цветочник, набросил на себя иллюзию невидимости и тотчас вышел из него. Сайраш пристроился неподалёку, не теряя из виду вход в лавку. Я же спокойно вернулся по улице и встал за углом, наблюдая.

Прошло пять, десять минут. Поняв, что процесс придётся подстегнуть, я сотворил собственную иллюзию, которая якобы вышла из цветочной лавки и свернула за угол. Сайраш немедленно бросился следом. И каково же было удивление ящера, когда на почти пустой длинной продольной улице меня не оказалось. У него в самом буквальном смысле отпала челюсть. Он посмотрел по другим направлениям, вернулся, даже зашёл в цветочную лавку, снова бросился на улицу, где пропала моя иллюзия. Можно было, конечно, еще заставить побегать его за миражами, но это лишнее. Любой розыгрыш уместен в меру. Подойдя к нему сзади, я схватил его за плечи с криком: «Попался!» После чего, как мне и предписала интуиция, отпрыгнул назад, так как ящер сделал ловкий пируэт, который бы закончился отличным ударом в висок, останься я на месте.

— Тоже мне, великой следопыт, — радостно захохотал я, — тебя нельзя послать проследить даже за старой бабкой, идущей на рынок за пучком зелени.

Крайне самолюбивому ящеру совершенно не понравился розыгрыш. В мгновение ока он оказался рядом и аккуратно взял меня за горло.

— А ну повтори, что ты сссказал, маленький шутник, — ласково прошипел он, и хотя ящер выглядел разгневанным, на дне его глаз плескался лукавый огонёк.

— Помогите, — прохрипел я, отменно имитируя удушье, — надежда этого мира на спасение задыхается в лапах следопыта-недоучки.

— А ещщщё раз, — сказал он, сжимая руки сильнее.

— Ой-ой-ой, всё-всё, беру свои слова назад, только отпусти меня, — тут же сказал я. Как видно, ящер высоко ценил свои немногочисленные таланты и выслушивать критику от меня, который без своих способностей точно даже за бабкой на рынке не уследит, ему явно было не по душе.

Через пять минут пути Сайраш, тем не менее, признал, что шутка была не так уж и плоха и даже нашёл в себе силы посмеяться над собой. А еще через пару минут его компании уже обрадовался я, так как по пути мы зашли на рынок, где появилась возможность вкусно перекусить. Стоит признать, без его советов я вряд ли обратил бы внимание на невзрачный прилавок с хмурой гномой, которая, приняв от меня золотой, не раз попробовала его на зуб. После третьей попытки она всё же соизволила признать, что монета по случайности оказалась настоящей и отсыпала девять серебряков сдачи.

— Ты не сссмотри, что Варда такая хмурая, — шепнул мне Сайращ, когда мы отошли на приличное расстояние, — на сссамом деле она добрая. Меня вот почти каждый день пирожками с мясссом угощает. Просто обошлисссь с ней неласссково в сссвоё время, вот волком на всех и сссмотрит.

Я шёл рядом с ним и, жуя восхитительно вкусные пирожки с творогом, сочувственно кивал. Когда после пятого пирожка я уже начал икать, Сайраш хмыкнул и метнулся куда-то в сторону. Через двадцать секунд он вернулся со стаканом, который мне и протягивал. Это был малиновый сироп. Приторный до ужаса, однако дарёному коню, как известно, в рот не залезают, так что я, благодарно кивнув, залпом выпил сахарную воду. Через десять минут мы, наконец, добрались до искомого магазина.

— Ага. Магазин Ады Хелли. Сссамый лучший в городе. Конечно, цены здесь кусссаютсся, но есссли ты хочешь выглядеть приемлемо, то это сссамый лучший выбор. Я подожду тебя здесссь.

Пожав плечами, я вошёл в магазин. Надо признать, ассортимент впечатлял. Толпу в несколько сотен человек можно было одеть в рабочие, а потом еще и в праздничные костюмы. Решив не спешить с выбором (интуиция мне подсказала, что Сайраш уже устроился в кабачке напротив с бокалом фруктового сиропа, с тем расчетом, чтобы сразу меня увидеть, когда я выйду), я неспешно пошёл вдоль рядов, с любопытством рассматривая одежду. А посмотреть было на что.

Во-первых, эта Хелли обладала просто великолепным чутьём на подбор цветов для комплектов одежды. Даже простая походная, которую я, собственно, и планировал купить, была не только чёрной или серой, но и других цветов, не слишком ярких, скорее ненавязчивых. Во-вторых, пошив здесь, в магазине средней руки разительно отличается по качеству от вещей в нашем мире. Заметьте, я говорю о вещах, которые шьются на заказ. А уж моими ширпотребовскими джинсами здесь даже пол вытирать бы не стали. Сайраш, конечно, упомянул, что это лучший магазин в городе, но Порт-Охрас — город небольшой. А про столичные магазины, как подсказывает интуиция, ходят легенды, что некоторые городские дамы пропадают в них навсегда. И наконец, самое главное: от каждой вещи чувствовалась лёгкая аура любви и мастерства — как видно, Хелли была портным от природы. В раздумьях я остановился около костюма, пошитого, как я понял, из сброшенной шкуры дракона. А вот это уже интересно. Мысленно я задал себе вопрос, а что же известно о драконах обычным жителям Авиала? И вот какой ответ мне пришёл.

Драконы в этом мире существуют, и они совершенно не живут в полной изоляции от людей. Они разумны, и, по сути, представляют собой ещё одну расу. Все драконы — оборотни, и могут так же принимать и человеческий облик, что делает возможным союзы дракона и не дракона. Между прочим, в истории Авиала, как мне сейчас подсказывает интуиция, не было ни одного принудительного брака дракона и не дракона. Это впечатляет, надо признать. Значит, они воспитывают потомство, наделяя способностью нести ответственность за свои поступки, особенно, обладая такой огромной силой. Но я отвлёкся.

Драконы достигают совершеннолетия к ста годам. За это время они трижды сбрасывают кожу. После достижения ста лет кожа сбрасывается лишь раз в век. Драконы охотно обменивают кожу на право охотиться в лесах Старого Света, в основном для того, чтобы дать необходимые уроки молодняку. И вот из такой кожи был сшит костюм, на который я сейчас смотрел. Он был серый с оттенком синевы, и включал в себя куртку, штаны и сапоги — стандартный походный костюмчик. Я просто не мог оторвать от него взгляд. Даже неосознанно протянул руку, чтобы пощупать его…

— Что, вещь слишком хороша, чтобы за неё платить? — хмыкнул кто-то сзади. Теперь уже моя очередь была сделать пируэт в воздухе. Около меня стоял тролль. Придется мне, уважаемый читатель, ещё раз злоупотребить твоим терпением и сделать информационное отступление.