Дмитрий Янковский – Тень мира (страница 10)
– Смотри вокруг, – сказал Андрей, – не только на сам постамент!
Приглядевшись, Марина поняла, что имел в виду Андрей. Вокруг постамента, на равных расстояниях друг от друга, стояли семь небольших ящиков с поднятыми крышками. Сделаны они были скорее всего из дерева и Марина условно назвала их сундучками. Именно из этих сундучков вылетали фонтаном мелкие голубые искры, которые весело играли над постаментом. Не думая долго, Марина подбежала к одному из них, присела рядом и, положив ружье, подняла сундучок. Внутри желтел шероховатый пергаментный свиток с нанесенными на нем незнакомыми письменами.
– Похоже на карту твоего папашки, – сказал подошедший Андрей. – Только здесь больше написано, чем нарисовано… Э! Ты поосторожней с этим пергаментом, может, он отравленный!
– Отравленный… Может, это и есть то, из-за чего спит Марк?
– Знаешь, я уже давно думаю… – задумчиво протянул Андрей. – Что-то у меня уже мозги заворачиваются. Тут все странное, но знакомое, согласись. Даже эта крыса. И сундучки, и клубящийся туман.
– И что? – осторожно спросила Марина.
– Может, это магия? – нерешительно спросил Андрей. – Все это есть в книгах, понимаешь, в фильмах сказочных.
– Я тоже так думаю. Но какое отношение это имеет к бандитам?
– А что ты вообще знаешь про этого Шершня? Похоже, твой папашка тоже как-то втянут в эту историю. А то, может, и не последнюю роль в ней играет.
– Скоро узнаем, если нас никто не сожрет, – негромко ответила Марина.
– Слушай, а что обычно делают в таких ситуациях? Ну в кино, в книгах? Если герой сталкивается с магией.
– В книгах пишут, что нужно следить за мыслями, – ответила Марина. – Так как там, где действует магия, мысль настолько же сильна, как и выстрел из этого ружья. Даже сильнее. Старайся не представлять разных чудовищ, не употреблять обиходных выражений с именем нечистого. Потом полезно иногда перекреститься, плюнуть через плечо или бросить щепотку соли. Но соли у нас нет…
– Креститься я не умею, – признался Андрей.
– Тогда придется плюнуть.
И она храбро сказала «тьфу», повернув голову налево.
– Кто так плюет! – укорил он Марину, и его плевок смачно впечатался в пыль на расстоянии трех метров.
– Да! Есть чему поучиться, – невесело усмехнулась девушка.
БЕЖАТЬ!
Осматривая сундучок, Марина закрыла крышку, чтобы случайно не дотронуться до потенциально опасного манускрипта. И в эту же секунду вскрикнул Андрей.
– Марк! Ты проснулся, Марк?
Марина взглянула на Марка. Он лежал такой же бледный и совершенно неподвижный, но глаза были открыты и сияли жизнью.
– Марк, ты слышишь меня? – Андрей тряс его за плечо.
– Похоже, что нет, но явно видит! – заметила Марина.
Марк стал бешено вращать глазами, потом остановился и стал указывать ими куда-то вбок.
– Ты что-нибудь понимаешь? – спросил у Марины Андрей.
– Пока не очень. Но… Я закрыла сундучок! Понимаешь?
– Говори!
– Их семь, это явно связано с органами чувств и речью! То есть я закрыла тот, который блокирует зрение. Надо их все закрыть!
Они кинулись закрывать сундучки. С каждой закрытой крышкой Марк оживал все больше, а светящих искр становилось меньше. Андрей закрыл последний сундучок и помог ожившему Марку сесть.
– Который час? – хриплым, непослушным голосом спросил Марк.
– Без десяти одиннадцать ночи, – ответил Андрей, рефлекторно взглянув на часы. Затем подумав секунду, добавил: – По Москве.
– А ты оказался не таким слабаком, как я подумал на набережной, – бросил Марк и с трудом встал с алтаря.
– Долг платежом красен, – сказал Андрей и смутился.
Он не знал, что говорят в таких случаях.
– Час и десять минут еще есть… Надо бежать! – разминая затекшие члены, хрипло сказал Марк.
– Куда? – в один голос воскликнули Андрей и Марина.
– На лестницу!
Он переступил через крысу и глянул на Марину с ружьем.
– Девочка, это ты его так? – с удивлением спросил Марк.
– Кого? – растерянно спросила Марина.
– Археорэтикса! Да вот же, крыса лежит!
– Да нет, это Андрей. Я только помогла немного…
– Ага! – рассмеялся Андрей. – Помогла немного! Всадила ему в жопу три пули из «Стечкина»!
– Молодцы… – пробормотал Марк. – А тебя, девочка, я видел в ресторане, перед тем как бойцы Шершня вломились. Это ты меня спрашивала?
– Да.
– А я, старый дурень, подумал о той даме, что собиралась ресторан перекупить. Старею, теряю чутье. Что ты мне там хотела сказать?
– Сама ничего. Но отец велел зайти к вам в ресторан и сказать, что Конса пойдет через Южный проход.
– Ну и ну! – широко улыбнулся Марк. – Весть замечательная… И как же твоего родителя зовут в миру?
– Константин Сазонов.
– Тот самый? Нет, я, значит, дважды дурак! Мог бы сам догадаться. Ладно.
– Но мне-то ты можешь все объяснить? – глянула на Марка Марина.
– Не сейчас, дорогая моя. Чуть позже. Времени у нас в обрез, а сделать надо многое. Хотя вы уже неплохо себя зарекомендовали.
– А то! – улыбнулся Андрей. – Не все же тебе меня выручать.
– Ладно! – закончил Марк. – Хватит разговоров. За помощь большое спасибо… Хотя вы себе помогли не меньше, чем мне.
Андрей и Марина недоуменно переглянулись. Марк между тем быстро обошел сундучки, без всякого страха открывая их и осматривая манускрипты. Свалил все в кучу, плотно скатав один и сунув его в карман.
– Что это? – осторожно поинтересовался Андрей.
– Заклинание, обездвиживающее врага, – уже на ходу ответил Марк. – Любого врага на любое время. Хоть на тысячу лет.
Он первым направился обратно к лестнице, без всякого страха, но зайдя в темноту остановился, ожидая друзей.
– Скорее! – поторопил он.
– У нас спичек нет… – виновато пожала плечами Марина. – Чтобы факел зажечь!
– Сейчас! – проворчал Марк и вернулся.
Подойдя к Марине, он направил на потушенный факел указательный палец, что-то тихо шепнул и… факел вспыхнул ярким, жарким пламенем. Марк сам взял его и, махнув ребятам, торопливо направился к проходу.
– Постарайтесь не отставать! – раздался из тоннеля его громкий голос.
– А что ты говорил об этих, как их… археорэтиксах, Марк? – поинтересовался Андрей, боясь спросить о странной методике воспламенения.
– Я о них ничего не говорил, просто удивился, что вы его вдвоем завалили, да еще таким оружием… Он, наверное, больной был или съел что-то не то…