Дмитрий Воронов – Таверна "Неудача" (страница 2)

Шериф и все остальные стражники развернулись. Казалось, что только сейчас они заметили стоящего перед ними бедного трактирщика с перекошенным от паники лицом.

— Ну-с... Слушаю. — пробормотал шериф после неловкой паузы.

— Ура! Наконец-то вы меня услышали! Через несколько дней сюда придут разбойники, чтобы меня ограбить!

— Ограбить тебя? — шериф окинул таверну пристальным взглядом. — Что-то я не особо верю в то, что тебя хоть кто-то захочет грабить. Уж точно не в ближайшее время. У тебя ведь даже ценного ничего нет. Ну, разве что этот великолепный виски...

— Да в этом-то всë и дело, чëрт подери! — Билли перешёл на визг. — У меня ничего нет! Они сказали, что если я не приготовлю тысячу золотых к их приходу - они меня убьют! Ну... Или как следует покалечат... Знаете, они не уточняли, что именно собираются со мной делать.

— Уважаемый, мне кажется, что вы просто стали жертвой какого-то злого розыгрыша. Ну сами подумайте - кому в здравом уме придёт в голову вымогать такую сумму у того, кто только что открыл своё заведение? Другое дело, если бы вы владели каким-то престижным местом. Но, это явно не про вас...

— И тем не менее, я говорю чистую правду. Да и вообще - быть может это какие-то ненормальные? Вы упомянули тех, кто находится в здравом уме. Но что, если эти ребята полные идиоты? Или же просто чокнутые?

— Хмм... Ну, в таком случае вероятность есть. Да. В таком случае позовите нас.

— Как это - позвать вас... Когда?

— Когда придут, конечно.

— Что значит - когда придут? Мне что же, спокойно дожидаться того момента, когда они ворвутся сюда?

— Именно так. Скажите, вы видите сейчас в таверне хоть одного разбойника?

Билли стиснул зубы, едва сдерживая гнев.

— Нет, не вижу...

— А вы, ребята? Видите бандитов? Не притаились ли они на люстрах над вашими головами?

— Нет, шериф. — ответили помощники, задыхаясь от смеха. — Тут и люстр-то нету.

— Вот именно. — шериф посмотрел в глаза краснеющего от стыда и злобы Билли. — Ни бандитов, ни люстр, ни каких-либо ценностей. А это означает, что описываемое вами грядущее ограбление крайне сомнительно, и вам ничего не угрожает.

С этими словами Шериф круто развернулся и зашагал к выходу, увлекая за собой своих подручных.

— Но шериф, эти разбойники... — начал было снова Билли.

— Разбойники... — вновь перебил его шериф. — Да, в наше время это самая настоящая чума. Но это вряд ли касается тех, которых описываете вы. У нас городок маленький. Как думаете, сколько в нём сторожевых крепостей?

— Я-то почëм знаю... Три? Четыре?

— Одна, сэр. — отчеканил шериф. — В этом маленьком городке, вокруг которого и защитной стены-то нету, есть всего-лишь одна сторожевая крепость. Знаете, какое количество стражи охраняет её?

— Нет. Я не совсем понимаю, к чему вы всë это...

— Вся её стража сейчас стоит перед вами, сэр. — голос шерифа стал металлическим. — Потому, что никто в здравом уме больше не хочет рисковать своей жизнью, сражаясь со всякими вампирами, зомби, гоблинами и другой разнообразной нечистью. И потому мы не в состоянии разбираться с такими малоопасными случаями, вроде вашего. Прямо сейчас на крыше одной высокой башни, прямо посреди города, застрял огромный единорог. И я, вместе с моими верными помощниками, обязан во что бы то ни стало снять его оттуда. А знаете почему?

— Почему? — спросил Билли без малейшего интереса.

— А потому, что никто больше в этом трижды проклятом захолустье не станет этого делать. Никто, кроме нас. Подумайте об этом на досуге. Идём, парни.

С этими словами стража покинула таверну. Оставшись один, Билли какое-то время просто стоял на месте, размышляя над всем, что сейчас произошло. Среди воцарившейся тишины было слышно только его дыхание. Он тщетно пытался понять, как действовать в сложившейся ситуации, и не понимал. Теперь ему было не к кому обращаться за помощью, и рассчитывать можно было только на себя.

День третий . "Бард".

Билли стоял за барной стойкой и с надеждой смотрел на входную дверь. С момента открытия таверны прошëл уже целый час, и всё это время Билли был занят только этим. Наконец дверь медленно отворилась, и в неё вошëл улыбающийся молодой человек, в руках у которого была старая лютня.

— Доброе утро! — вежливо поклонился незнакомец.

— Доброе утро. — тихо ответил Билли.

— Так вышло, что я брëл по пустынной дороге и увидел ваш городок. Зайдя в него, я заприметил вашу маленькую таверну. Осмелюсь заявить, что она столь же мила и уютна внутри, как и снаружи.

— Что-ж... Спасибо... Это очень приятно слышать. Быть может, вы чего-нибудь желаете?

— Желаю ли я чего-нибудь? Ах... Ну конечно желаю... Да только вот денег у меня с собой, увы, нет. Но, быть может, я был бы полезен вам в качестве барда? — незнакомец обхватил обеими руками свою лютню и принялся перебирать струны, создавая чарующую мелодию.

— Как красиво... — только и смог вымолвить Билли.

— Спасибо. Моя цена - пятьдесят серебряных монет в час. Плюс еда и напитки. О да, напитков мне понадобится много.

Помолчав немного, Билли нервно засмеялся.

— Что же в этом смешного? — спросил смущëнный бард.

— Я открыл эту таверну пару дней назад и за всë это время у меня ещё не было нормальных посетителей. Разве что шериф со своими бездельниками... Да и те ничего мне не заплатили. А теперь сюда приходишь ты и мало того, что ничего не заказываешь, так ещё и просишь плату... У судьбы есть чувство юмора, не иначе.

— У вас совсем нет денег, как и у меня?

— Именно так.

Бард перестал играть на лютне. На какое-то время он задумался.

— Хмм... Как интересно... Ну что ж, в таком случае, быть может судьба не просто так привела меня к вам, но сделала это для того, чтобы мы помогли друг другу улучшить наше положение?

— Каким же образом?

— Денег у вас нет. У меня тоже. Однако, у меня есть лютня и талант. У вас же - целая таверна с припасами. Так давайте же объединим это и получим уютное, тëплое место с волшебной музыкой и непередаваемой атмосферой. Думаю, что это точно привлечëт новых посетителей. Разумеется, плата за мои услуги поменяется на первое время... Пусть это будет только еда и вода. На данный момент это уже не плохо.

— То есть, вас такое устроит?

— Ну конечно.

— И вы будете готовы работать только за еду?

— Да, буду. Ради всего святого, только покормите меня уже! Я умираю с голоду.

— Что ж, присаживайтесь.

Барда не пришлось уговаривать дважды. Радостно вскрикнув, он подбежал к одному из столиков и уселся на стоящую рядом скамейку.

— Это место нравится мне всё больше и больше!

Через пол часа он уже вовсю объедался овощным рагу с мясом, запивая всё это красным вином.

— Ох, славно, славно. Добрый человек, спасибо вам огромное за такой пир. — благодарно произнёс бард, когда окончил со своей трапезой. — Ну... Пришëл теперь мой черëд отплатить вам!

С этими словами бард резво схватил свою лютню и принялся на ней играть.Мелодии полились одна очаровательней другой. Билли слушал их с нескрываемым восхищением. Они были просто волшебны. Казалось, что с ними вся таверна словно ожила, и теперь её стены, потолок, стулья и столы двигались, сливаясь в невообразимом и сказочном танце. Не прошло и десяти минут, как в таверну стали заходить случайные прохожие, услышавшие доносящуюся из неë музыку. Они торопились занять лучшие места, стремясь быть как можно ближе к тому волшебнику, который извлекал манящие дивные звуки из своего инструмента. Чуть позже посетители стали понимать, что изрядно проголодались. Они заказывали себе еду, выпивку, изысканные блюда и просто закуски. Монеты посыпались в маленький ящик, возле которого стоял Билли. В его глазах горел огонь. Это был огонь неистовой радости и счастья. Впервые за всё время таверна стала именно такой, какой он её себе представлял ещё в детстве. Осознание этого пьянило его. Сказка наконец-то превратилась в реальность. Однако вся магия и волшебство тут же развеялись, когда бард начал петь... Это было ужасно. Он не пел... Он горланил... Нет, даже не так... Он неистово орал во всю глотку самые непотребные и возмутительные тексты. Я не рискну описывать здесь всë то, что довелось услышать находящимся в таверне бедолагам, но поверьте - это было отвратительно.

— Это что такое?! Как вам не стыдно?

— Возмутительно! Просто возмутительно!

— Какой стыд! Какой позор!

— Прекратите немедленно это безобразие!

Гневные возгласы разносились по всей таверне. Над головой поющего барда несколько раз пролетали тарелки, стаканы и даже стулья!

— Довольно с нас! Уходим отсюда!

— Согласен! Я думал, что это приличное заведение, а не какой-то бордель!

Гости вскакивали со своих мест, опрокидывая стулья и переворачивая столы. Они устремились к выходу единой массой и каждый из них щедро оставлял на прощание какое-нибудь оскорбление в адрес барда или ошарашенного трактирщика. Билли не верил своим глазам и ушам. Когда все ушли, он медленно подошëл к играющему на скамейке барду и со всего размаху треснул его по голове огромной вяленой рыбой.

— Ай! За что?! — схватился за голову опешивший бард.

— За что?! Ты ещё спрашиваешь?! Что за балаган ты здесь устроил?