Дмитрий Володихин – Государь Федор Иванович (страница 121)

Не торопись! Не посылай ты Шуйских Теперь в тюрьму, теперь, когда они Обвинены в измене!

Федор

      Ни, ни, ни, Аринушка! И не проси меня! Ты этого не разумеешь! Если Я подожду, я их прощу, пожалуй, Я их прощу — а им нужна наука! Пусть посидят! Пусть ведают, что значит Нас разлучать! Пусть посидят в тюрьме!

(Уходит.)

Через реку живой мост. За рекой угол укрепления с воротами. В стороне — рощи, мельницы и монастыри. По мосту проходят люди разных сословий. Курюков идет с бердышом в руках. За ним гусляр.

Курюков. Стой здесь, парень, налаживай гусли, а как соберется народ, зачинай песню про князь Иван Петровича! Господи, благослови! Господи, помоги! Вот до чего дожить довелось!

Гусляр строит гусли; Курюков осматривает бердыш.

Ишь, старый приятель! От самого от блаженной памяти от Василь Иваныча не сымал тебя со стены, аж всего ржавчина съела. А вот сегодня еще послужишь. Ну, перебирай лады, парень, вона народ подходит!

Посадский (подходит к Курюкову). Доброго здоровья дедушке Богдану Семенычу! Что это у тебя за бердыш?

Курюков. Внучий бердыш, батюшка, внучий бердыш! Татары, слышно, оказались. Внуку-то, вишь, некогда, так я-то вот и взялся его бердыш на справку снести да вот парня послушать остановился.

Посадский. А близко нешто татары?

Курюков. Близко, слышно.

Другой посадский. А кого навстречу пошлют?

Третий посадский. Чай, опять князь Иван Петровича?

Курюков. Годунова пошлют!

Первый. Что ты, помилуй, Богдан Семеныч.

Курюков (злобно). А что? Чем Годунов вам не воевода?

Третий. Где ж ему супротив Иван Петровича?

Курюков. Ой ли? (К гусляру.) Ну, что ж песня-то? Песня?

Гусляр

(поет)

«Копил король, копил силушку, Подходил он под Опсков-город, Подошедши, похваляется: „Уж собью город, собью турами, Воеводу, князя Шуйского, По рукам и по ногам скую, Царство русское насквозь пройду!“»

Один из народа. Царство русское насквозь пройду! Ха-ха! Малого захотел!

Другой. Иван Петровича скую! Да, скуешь его! Попробуй!

Курюков (к гусляру). Ну, парень!

^{Русский воин XVI в. Перегравировка из книги Ц. Вичеллио 1590 г.}

Гусляр

(продолжает)

«То не божий гром над Опсковом гремит, Бьют о стены то ломы железные, Ядра то каленые сыплются!»

Женщина. Пресвятая богородица, какие страхи!

Гусляр

(продолжает)

«А не млад то светел месяц зарождается, Государь то Иван Петрович князь На стене городской проявляется. Он идет по стене, не сторонится, Ядрам сустречь глядит, не морщится».

Один. Да, этот не морщился!

Гусляр

(продолжает)

«Целовали мы крест сидеть до смерти — Не сдадим по смерть Опскова-города!»

Один. И не сдали Пскова, не сдали!

Другой. Святые угодники боронили его!

Женщина. Матерь божия покрывала!

Курюков. А кто сидел-то в нем, православные? Кто сидел-то в нем?

Один. Одно слово: Иван Петрович!

Курюков. То-то!

Гусляр